Как и все явления общественной жизни, секс в значительной степени
подвержен моде. Некоторые из модных тенденций возникают и угасают в
течение считанных лет, другие удерживаются в течение десятилетий,
обрастая "клубами по интересам", организацией международных движений,
проведением специальных конференций, созданием школ. Эти новые
тенденции, несомненно, возникли в ходе сексуальной революции,
последовавшей за второй мировой войной в странах Европы и Америки.
Развитие новых тенденций в сексуальной жизни общества во многом
определяется историческими гуманитарными традициями, религиозными и
моральными запретами и влиянием феминизма.


 

Так, в либерально-буржуазной Европе, с ее терпимым отношением к
адюльтеру (внебрачным связям) и проституции, сексуальная "мода"
последних десятилетий была ориентирована в сторону повышения
мужественности мужчин и женственности женщин, а в США, ввиду
интенсивных религиозных и моральныхљ запретов, развивались различные
формы виртуального (бесконтактного) секса. Впрочем, последнее
десятилетие, Интернет и возможности мобильной связи, в значительной
степени перемешал эти тенденции западной секс-культуры.



Одним из таких относительно свежих течений этой культуры является, так
называемый, страпоновый секс (от англ. strap-on - крепить, привязывать,
пристегивать), который воплощает идею женского сексуального
доминирования с использованием пристегивающегося искусственного
полового члена для анального секса с мужчиной.



Еще со времен З.Фрейда было известно, что добрая треть мужчин имеет
латентные ( скрытые) гомосексуальные наклонности, т.е. в реальной
жизни, даже сохраняя гетеросексуальный контакт, они не прочь поиграть в
обмен ролями с сексуальной партнершой, занять подчиненную т.е. женскую
или, как сейчас модно называть, "нижнюю" позицию. Эта мода отчасти
вытекает из стиля жизни западного общества, избежавшего в последние
годы разрушительных войн, природных катаклизмов и невостребованности
мужских качеств. Проблема женственных мужчин и мужественных женищин в
социологии обсуждается с 70-ых годов прошлого века. Однако, было бы
наивно полагать, что к страпоновому сексу склонны только женоподобные,
изнеженные, чувствительные мужчины. Опыт организации
садо-мазохистических клубов наглядно показал, что к подчиненной роли в
сексе склонны многие политики, крупные бизнесмены, администраторы, т.е.
люди, которые в реальной жизни должны проявлять избыток как раз мужских
качеств. Интимные отношения остаются для них, пожалуй, единственной
сферой, в которой они могут отказаться от лидерства, доминирования,
ответственности за другого человека и избавится от накопившегося
стресса.



Классическая технология страпона подразумевает постепенное вовлечение
мужчины в анальный секс путем преодоления его отрицательного отношения
к этой практике. Для этого доминирующая партнерша постепенно включает
расширяющееся воздействие на мужские половые органы в процессе полового
акта. В начальных стадиях отношений мужчина приучается к тому, что в
момент оргазма женские руки нежно обхватывают основание полового члена,
поглаживают ягодицы, постепенно приближаясь к анальному отверстию. На
втором этапе партнерша вводит в анальное отверстие мужчины палец,
аккуратно массируя переднюю стенку прямой кишки. У многих мужчин в
нескольких сантиметрах от анального отверстия на передней стенки прямой
кишки находится эрогенная зона, аналогичная "точке-G" у женщин.
Воздействие на эту зону во время полового акта резко усиливает
сладострастные ощущения у мужчины, он привыкает к дополнительному
воздействию на эту точку во время оргазма и со временем не может без
этого обходиться. После этого женщина использует пристегивающиеся к
специальным трусикам из кожи или резины фаллоимитаторы, постепенно
увеличивая их размер. Когда мужчина научился переживать сильнейший
оргазм только от анальной стимуляции, женщина в праве подумать и о
себе, т.е. выбрать из арсенала современной секс-индустрии
приспособление "двойного назначения", которое предусматривает
воздействие на клитор и влагалище во время страпона. Высшим пилотажем
является освоение страпоновой парой различных сексуальных позиций
(такая "камасутра" наизнанку). Когда же мужчина плотно подсел на
страпон, можно переходить к его окончательной феминизации: приобрести
ему женское эротическое белье, провести эпиляцию, поощрять его
пребывание дома в женской одежде. В итоге оба партнера получают
чрезвычайно прочную сексуальную связь, практически не воспроизводимую в
другом контакте.



Понятно, что женщина получает возможность полностью удовлетворить
психологическую потребность к доминированию, а ее партнер к подчинению.
В отличие от классической СМ идеологии страпон не подразумевает никакой
боли или унижения партнера. Только нежность и настойчивость, ведь
перемена сексуальных ролей сама по себе достаточно сильный "наркотик".
В этом отношении страпон физиологически намного выиграшнее СМ, еще
Дуров показал, что "поощрение" эффективнее "наказания" даже в цирке
зверей.



Рекомендации по страпоновому сексу включают использование современной
интимной косметики: анальных любрикантов (увлажнителей) и специальных
смазок с обезболивающим и разогревающим эффектами, полностью
предотвращающими болевые ощущения и повреждения ануса.



...Можно много говорить о допустимости анального секса, СМ вообще и
страпона в частности, но в современных условиях всеобщей демократии и
сексуального плюрализма, это явление уже вошло в нашу жизнь, как это
несколько раньше сделали, коммерческий секс, свингерство, тантра.



Все эти явления не влекущие мер уголовной и административной
ответственности, но предполагающие противоречивую моральную оценку, в
демократическом обществе относятся к важнейшей сфере и общественных
отношений -частной жизни (privacy), неприкосновенность которой
охраняется законом и является проявлением свободы совести. Плохо
только, если страпон или какая-либо иная нетрадиционная сексуальная
практика является не добровольной, т.е. связана с насилием, обманом или
беспомощным состоянием партнера и очень плохо, если в неё вовлекаются
несовершеннолетние, у которых не окончательно сформировалась
сексуальность. Но это уже предмет другого разговора и других выводов.