Это цитата сообщения Glasha_Yu Оригинальное сообщение



[400x220]
ПАТРОНИМ КАК ЦЕННОСТЬ

ПАТРОНИМ - личное имя от имени отца, отчество.

- Как тебя, - Жигулин Иван, а по батюшке?.. (…)
- Так с отчеством будешь писать нас?.. Да за это – что хошь!
А. Толстой. Петр Первый


Русскую антропонимическую традицию определяет трехчленное именование (т.е. называние имени, отчества и фамилии) человека. Сложение этой системы было долгим, вызванным рядом факторов как социального, так и собственно лингвистического характера. Наличие патронима, например, было обязательным в деловой письменности, о чем ярко свидетельствуют документы Московского государства XVI-XVII вв.: кабальные записи, грамотки, приходно-расходные книги и т. д. В русской художественной литературе часто высвечивается социальный аспект именования дворянских детей прислугой по имени-отчеству.
Однако наличие патронима при обращении или номинации человека определяется не только указанными причинами. Ценность патронима заключается в поддерживании тесной связи с родом, столь важной для русича с времен глубокой древности.
В известном по школьной программе «Слове о полку Игореве» (XII в.) жену князя автор называет Ярославной, опуская ее первое имя. Игорь, обращаясь к брату Всеволоду, произносит: «Оба мы Святославичи». «Ольговичи, храбрые князья» выступают на защиту Игоря.

В фильме режиссера Л. Гайдая «Иван Васильевич меняет профессию» царь на вопрос милиционера отвечает: «Рюриковичи мы» - подчеркивая свое происхождение от прародителя Рюрика. В языке это отражается благодаря суффиксу - ович, закрепившемуся в современных русских патронимах.

Марфа Васильевна я.

[480x360]

Рюриковичи мы!

[480x360]

Приведенные примеры иллюстрируют нам, насколько значимой для неизвестного автора и персонажей становится генетическая связь – связь с родителями, прародителями, родом.
Патроним в современном обращении без первого компонента (имени) типа Петровна или Михалыч, несмотря на фамильярность, остается все же тонкой ниточкой, связующей семейные отношения по вертикали.

Михалыч и Кузьмич

[590x441]
[500x299]

Разрыв родовых традиций, нарушения именования в соответствии с традицией начинается после революции 1917 г. Тогда же, как замечает Л.В. Савельева, начинается складываться, социальный тип Иванов, не помнящих родства. Начинается «разрушение национальной традиции родового именника», что ведет к «деформации русской языковой личности, разрыву вертикальных и горизонтальных семейных отношений» [2: 37]. В русском именнике появляются мужские имена, образованные от нарицательных существительных, называющих новые реалии, аббревиации и пр. Эти имена, ставшие впоследствии труднопроизносимыми патронимами, нередко приводили к полному отказу носителя имени от отчества или выбора другого отчества для обращения и именования.
В русской культуре двучленная система именования (по имени и фамилии, с опущением патронима) характерна для поэтической традиции, которая поддерживается носителями языка по сей день – Сергей Есенин, Анна Ахматова, Роберт Рождественский . Однако все чаще в официальных выступлениях находит отражение двухчленная система именования, присущая западноевропейским языкам и культурам - Президент Владимир Путин, губернатор Валентина Матвиенко и пр. В этой тенденции можно усмотреть покушение на русский речевой этикет. Отчасти такая манера именования оправдывается экономией устноречевых средств деятелей СМИ. Неполнота русского именования в устной речи в речи письменной компенсируется за счет инициалов при фамилии.
Представление имени и отчества в виде инициалов, широко употребляемое в письменной речи (публицистической, научной, деловой) приводит нас к важной проблеме этического характера: будут ли эксплицированы эти инициалы, или имя с отчеством останутся сокрытыми от читателя?
Особенности постановки инициалов в препозиции или постпозиции в отношении фамилии в разных реквизитах документа представлены в ГОСТ Р 6.30 – 2003 «Унифицированные системы документации. Унифицированная система организационно-распорядительных документации. Требования к оформлению документов». Во многих случаях инициалы в документе или библиографическом описании остаются имплицитными хранителями чужого именования. Случаи употребления инициалов в препозиции показывают, что имя и отчество одушевленного объекта знакомы или будут знакомы читателю. Так, недопустимым не только с точки зрения ГОСТ, но и с этической точки зрения оказывается, например, текст объявления о начале конференции памяти учителей Зиндера Л. Р. и Матусевич М. И.
Вторая проблема, связанная с инициализацией, заключается в утрате культурных связей, в полном забвении носителя имени и, как следствие, в невежестве наших граждан (в первую очередь, молодого поколения).
На практических занятиях по курсам «Риторики» или «Русского языка и культуры речи» автор на протяжении нескольких лет предлагает студентам небольшое проверочное задание в виде разминки. Студентам нужно назвать имена и отчества следующих деятелей России: Багратиона, Буденного, Ворошилова, Грибоедова, Деникина, маршала Жукова, поэта Жуковского, Колчака, певца Козловского, Ломоносова, Кутузова, драматурга Островского, физиолога Павлова, изобретателя радио Попова, Репина, певицы Руслановой, Римского-Корсакова, Суворова, Чайковского, Чапаева, Чехова, певца Шаляпина, художника Шишкина.
Современные студенты хорошо помнят имя и отчество Чапаева, очевидно, благодаря сильной фольклоризации этого деятеля. Маршал Жуков, как правило, остается без отчества. Имя и отчество Кутузова запоминаются, вероятно, вследствие редкого в современном обществе имени Илларион, а Суворов и Багратион всегда остаются «безымянными».
Советский школьник без труда мог назвать имена и отчества Буденного и Ворошилова. Естественно, что нынешний студент имен красных командиров не знает, но и затрудняется назвать имена и отчества Деникина и Колчака, несмотря на изменившиеся взгляды в истории и обществе на роль белого движения или даже его поэтизацию. Из поэтов и писателей школьной программы «безымянными» остаются Грибоедов, Жуковский, Фонвизин, Островский. Деятели науки и искусства – самая неизвестная группа, за исключением Петра Ильича Чайковского. Ломоносов удостаивается только имени в народном обличье – Михайло.
На упреки в безразличии к своей культуре и отсутствии интереса к ее деятелям, студенты в свое оправдание обычно ссылаются на нераскрытые инициалы под портретами в учебниках и преподавателей, обычно оперирующих только фамилиями. Неэксплицированные в устной и письменной речи имена и отчества, длинная цепочка из фамилий в учебниках истории, культурологии, литературы, проговоренные скороговоркой лектором имена и фамилии - все это приводит к тому, что, во-первых, не происходит в дальнейшем идентификации фамилии человека с результатами его деятельности, а во-вторых, - к полному забвению многих деятелей России, составивших ей славу. В этом, безусловно, и беда нашего среднего и высшего образования, в котором на учебные предметы (историю Отечества и русскую словесность), играющие огромную роль в формировании гражданина России, а не гражданина вселенной, отводится ничтожное количество часов.
Упоминание о том или ином деятеле науки или искусства чаще всего происходит лишь по фамилии, и в редких случаях, на лекциях или экскурсиях один раз упоминают его первое имя и патроним . В этом приеме, безусловно, есть желание сэкономить речевые средства, но как бы вслед за этим не выплеснуть из купели ребенка. Ведь имя, за которым ничего (никто) не стоит, ничего не значит. У имени собственного в отличие от нарицательного нет общей предметной отнесенности. За именем собственным стоит человек, личность, деятель. В противном случае имя собственное становится «пустым для сердца звуком». «Ужасающую фамильярность» (по словам поэта) или шаг к общей предметной отнесенности можно наблюдать в известной телевизионной рекламе «Микоян. Просто вкусная сосиска»?

[437x375]

Автор заметил, что при постоянном именовании человека в соответствии с русской традицией, у студентов формируется определенное уважительное отношение к этому человеку, создается определенный образ в сознании. Так, на протяжении лекционных и практических занятиях в курсе «Русский язык и культура речи» неоднократно упоминается имя русского языковеда, академика Льва Владимировича Щербы . Благодаря этому ученый перестает быть одним из многих неизвестных. Студенты видят, что за научными трудами, к которым они обращаются в процессе изучения дисциплины, стоит яркая личность. Это и автор трудов по лексикографии, отрасли языкознания, результаты деятельности которой столь необходимы каждому человеку, и ученый, одним из первых обратившийся к проблемам современного русского языка, в частности, нормам произношения, и создатель «глокой куздры», наглядно продемонстрировавший превалирующую роль грамматики. Уважение преподавателя к коллегам, учителям, предшественникам, подчеркнутое в речи упоминанием их имен и отчеств, рождает такое же уважение к ним и со стороны студентов.
Стремительность нашей жизни ведет к экономии речевых средств, экономия речевых средств происходит в соответствии с образцами западноевропейских культур и оборачивается нарушением русского речевого этикета. На русской почве эти нарушения воспринимаются как фамильярность, пренебрежение, безразличие. Частные проявления ведут к разрушению целой системы в языке. Утрата патронима как специфически национального объекта в целом можно оценить как отрицательное явление нашей жизни. Далее – шаг в Лету.

Литература

1. Колесов В. В. Культура речи – культура поведения. – Л.: Лениздат, 1988.
2. Савельева Л. В. Русское слово: конец ХХ века. – СПб.: Издательство «Logos», 2000.

Данная статья опубликована в сб.: Ценности современной науки и образования. Материалы международной научно-теоретической конференции. Т.1. – Киров, 3–4 апреля 2008 г. – Киров: Издательство ВятГГУ, 2008.