[280x286]
После заметки “Провокатор за работой” я понял, что нужно вернуться к китайской теме еще раз.
Стоит лишь заявить где-нибудь на просторах Рунета, что России нужны крепкие союзнические отношения с Китаем, как тут же вылезут агенты влияния Запада (подчас сами об этом не догадывающиеся) или просто заблудшие, прозомбированные пропагандой люди, которые скажут: “Что Вы, что Вы! Как можно! Китай - для нас страшная опасность и нам нужно опираться на Америку, чтобы выстоять в будущей китайской экспансии на нашу территорию!”
Гм, это все равно что рекомендовать зайцу искать спасения от волка у охотника в то время как, при ближайшем рассмотрении “волк” оказывается диким кабаном, который вообще зайчатиной не питается, потому что является вегетарианцем. Зато жена охотника послала своего мужа в лес как раз за зайчатиной!
За дальнейшими разъяснениями обратитесь моему комментарию “Опасен ли Китай?” к заметке “Провокатор за работой”.
Отношения с Китаем для России являются на ближайшие десятилетия абсолютно доминирующими и по своей важности намного превосходят значимость отношений России с США, и от того как Россия решит “китайский вопрос” зависит ее будущее.
Собственно у этого будущего есть два варианта: либо под военно-политическим натиском Запада Россия станет вассалом США, либо сохранит свою идентичность и суверенитет, опираясь на Китай.
Боюсь, что другого пути нет. Лавировать меж двух огней, как этот делает сейчас Кремль, крайне неосмотрительно. Необходимо быстро стать на сторону Китая в его натянутых отношени
ях с американской марионеткой Японией и решительно поддержать Китай в тайваньском вопросе.
И последнее. Благодаря Хелемендику прочитал статью двух Михаилов – Юрьева и Леонтьева “Поехали”, которое содержит просто блестящее описание текущих внешнеполитических задач России. Полностью статью можно найти здесь:
Тем, кому лень читать все, прочитайте хотя бы нижеследующий отрывок о внешней политике, где все просто и доходчиво расставлено по полочкам. Не статья, а готовое руководство МИДу к действию!
Браво!
Внешняя политика
От чего зависит внешняя политика государства в ее самых базисных позициях? Всего лишь от того, чем для него является внешний мир и чем оно является для внешнего мира. Если не рассматривать уже состоявшиеся отношения хозяин—вассал, то вариантов этого всего пять: торговый партнер, источник заимствований, источник опасности, объект экспансии, объект прозелитизма. Как для государства ранжированы по важности эти пять значений — таковы и будут принципы его внешней политики. Каким же должен быть в сегодняшнем мире этот ранжир для России?
Сначала — кто мы для внешнего мира. Западная цивилизация в силу ряда причин к нам особо враждебна, считая нас врагом — что бы ни произносилось с трибун, — то есть объектом желательного включения в сферу своего прямого влияния, при каких-то раскладах и силой. В меньшей степени это относится и к цивилизации исламской (и в самой меньшей — к шиитскому Ирану), но в меньшей — лишь потому, что она пока слаба и разобщена, ей не до нас. (Хотя когда мы были еще слабее, им было до нас.) Для западной и исламской цивилизации мы еще и первоочередной объект прозелитизма — в первом случае либеральной демократии, во втором — ислама. А китайская и индийская цивилизация такой враждебности не имеют, во всяком случае на нынешнем историческом этапе, рассматривая нас не более как конкурентов. Как источник заимствования идей нас сегодня не рассматривает никто, как источник военной угрозы — тоже. И все рассматривают нас как возможного и желательного торгового партнера, в основном как источник природных ресурсов и рынок сбыта.
Для нас внешний мир в первую очередь источник опасности, особенно доминирующая сегодня в мире западная цивилизация. Да и вообще, римляне говорили, что человек человеку волк — и хоть мы, русские, так не считаем, но вот цивилизация цивилизации точно волк. Во вторую очередь торговый партнер. В третью — источник возможных заимствований различных полезных вещей, от технологий до управленческих решений. Совсем не рассматриваем мы другие цивилизации как объект завоеваний и грабежа или установления своей сферы влияния, хотя не исключаем и такого поворота событий в ответ на агрессию против нас — исключением здесь являются наши земли, отторгнутые от нас обманом или силой. Также мы не рассматриваем их как объект прозелитизма, то есть как место целенаправленного экспорта наших взглядов и ценностей.
Из всего этого довольно однозначно вырисовываются конкретные внешнеполитические принципы и вектора. Запад специально не задирать, но и особо на него не оглядываться, а уж тем более не заигрывать — враг и есть враг, другом так и так не станет (а решит неожиданно стать — тогда и поменяем политику). То есть не делать чего-то, что явно в наших интересах, но не нравится Западу, лишь тогда, когда это грозит прямым военным столкновением, пока мы к нему не готовы. С исламскими странами ситуативно сближаться, пока отношения не стали безнадежными, но ничем ради этого не жертвовать — будущего у такого сближения нет, враг другом не станет. На страны, не входящие пока ни в чью сферу влияния (Африка, Латинская Америка, Индия), не рассчитывать: мы не входим в число мировых лидеров, они это знают и сближаться с нами могут лишь для улучшения условий аукциона по продаже себя реальным лидерам. С Китаем сближаться изо всех сил, вплоть до создания военно-политического союза, — он единственный из лидеров, с кем у нас нет проблем. Кроме чисто конкурентных — но таких проблем выше крыши и у союзнических Америки и Европы, ничего страшного в них нет. Вообще, надо понять, что как Англия в 30-х годах ХХ века дала германскому нацизму подрасти и окрепнуть (некоторые говорят, что и создала его), а потом чуть ли не сама устроила захват Польши, лишь бы только Германия напала на СССР, так и в следующем десятилетии Америка будет действовать с Китаем, готовя его к нападению на Россию. И контригра здесь лишь одна — превентивное сближение с Китаем, ради которого много чего не жалко. А у нас весьма влиятельные силы и во власти, и вне ее вместо этого утверждают, что не надо-де ссориться с Америкой, она нам еще понадобится как союзник против Китая. Нетрудно заметить, что «разводка» и сталкивание нас с Китаем — это системная политика, осуществляемая на всех уровнях — психологическом, идеологическом, дипломатическом, разведывательном, экономическом, военном. Поклон и респект американцам, которые умеют так разводить своих врагов! Воистину, как в песне из фильма «Приключения Буратино»: «На дурака не нужен нож, // Ему с три короба наврешь, // И делай с ним что хошь».
О странах—частях бывшего СССР надо прямо заявить в самых основополагающих документах, что мы как правопреемник СССР рассматриваем их как отторгнутые от нас и ставим стратегической целью воссоединение с ними. Как это сделала ФРГ в отношении ГДР, а Китай в отношении Тайваня — отнюдь не спрашивая, хочет ли этого вторая сторона. Правда, у тех не было дипотношений, а у нас с постсоветскими странами есть — но не надо бояться, если их кто и разорвет (как Грузия), большой печали нам не будет. С теми немногими из них, с кем у нас реально дружелюбные отношения (правда, и те не надо преувеличивать), в основном с Казахстаном и Арменией, всегда можно договориться отдельно. Не надо бояться и реакции Запада — они нас и так сильно не любят, и оттого, что мы такого не провозгласим, любить не начнут. Всячески поощрять во всех постсоветских странах, в первую очередь на Украине, развитие ситуации по сценарию Абхазии — Южной Осетии, во всех их нестабильных регионах: если ситуация и не даст нам осуществить где-то военный сценарий, полезно создать очаг напряженности у врага. Начать серьезную проработку комплексной кампании по подготовке в этих странах пятых колонн, как Запад делал у нас. Не надо беспокоиться, что в результате всего этого эти страны быстро примут в НАТО — их туда быстро примут в любом случае. А вот в сфере торговли руководствоваться сугубым прагматизмом, но помня о том, что чем там хуже экономическое положение, тем для наших интересов лучше — а не наоборот.
Ни в коем случае не надо продолжать увлекаться участием в многосторонних международных организациях и соглашениях — это наследие прошлого. СССР это было выгодно, потому что он там доминировал благодаря странам третьего мира — теперь это не так, и для нас это контрпродуктивно. Резко сократить количество европейских организаций, в которые мы входим, в частности без всякого конкретного повода выйти и из Совета Европы с его ПАСЕ, и из ОБСЕ с его БДИПЧ — они нам ничего не дают, но мешают и раздражают. Вообще, путинский вектор евроинтеграции, при всем уважении к нашему национальному лидеру, обладает одним недостатком — Европа не хочет интегрироваться с нами ни в каком виде и при нынешнем мироустройстве никогда не захочет. Вот и получается: «Хорошо бы, хорошо бы // нам слона поймать большого!» Одно утешает — нам как отдельной цивилизации, претендующей на статус сверхдержавы в будущем, этого и не надо.
Отдельно про оборонную политику. Коль для нас внешний мир есть в первую очередь источник опасности, то она приобретает первостепенное значение — а у нас к армии относятся как к обязательному, но реально ненужному атрибуту большой страны. Самое передовое оружие, которое делаем, продаем за рубеж, — а в свою армию поступают слезы. Ну что нам $8 млрд, которые мы выручаем за оружие, при нашем общем экспорте! Новую противокорабельную ракету разрабатываем совместно с Индией, а новый гранатомет — с Иорданией. Понятно, это связано с тактикой проникновения на перспективные рынки. Понятно, так выгоднее Росвооружению и Ростехнологиям — но если проиграем войну, этим будете утешаться? Надо начинать перевооружать армию так, как это делали в 30-е и в 70-е годы — если не так же в процентах от ВВП, то уж безусловно так же по уделяемому руководством страны вниманию. И это относится к военному строительству вообще, не только к вооружению. Только надо не забывать, кто наш главный враг и какой характер войны это предвещает.