Он с собою забрал
Звук,
И серебряных струн
Звон,
И оглохла Москва
Вдруг,
Продавив через горло
Стон…
Продавив через горло
Боль.
В онемении пальцев
[478x350]
Рук,
Все текла по щекам
Соль,
Словно каждому он –
Друг.
Словно каждому он
Мог
Распахнуться навстречу
Весь…
До сих пор он, кому-то,
Бог,
И по-прежнему многим –
Здесь.
И по-прежнему многим
Хрип
Намагниченной ленты –
Свет…
Нет, не умер, твердят –
Погиб!
Нет, не бард, говорят –
Поэт!
И еще говорят:
Жил –
Гнал коней, не боясь,
В лет!
Мол, кололся и много
Пил…
Только знаю я – кто-то
Лжет!
Только знаю – не в этом
Суть –
Пустословием горло драть…
Он же просто не мог
Уснуть –
Все боялся страну
Проспать.
Все боялся недо- [417x700]
Сказать,
И ломился аккордом
В мир,
И не петь он хотел –
Рыдать,
Разрывая канаты
Жил…
Разрывая у легких
Плоть,
И в объятия, в жадность
Рук –
Чтобы в вены любовь
Колоть,
Сердца выстрадав каждый
Стук.
Чтобы выстрадать каждый
Вдох,
Не стихами – самим
Собой –
Сколько раз он бывал
Плох,
Когда сердце давало
Сбой!
Возвращался, чтоб снова
Петь,
Как хотите – судьба…
Стезя…
Он кололся и пил?
Не сметь!
Значит, было иначе
Нельзя.
Значит, было зачем
Сгорать,
Ведь не плюшевый –
Из узлов!
Пальцы в кровь, чтоб играть –
Кромсать
Хриплым лезвием рифмы
Слов.
Отпустили… и он
Ушел –
Молча траур по телу
Выл,
Я проститься
Не подошел –
Где-то рядом душою
Стыл…
… Я сегодня по возрасту –
Он,
Даже старше, считай,
Чуть-чуть…
Только песням его
С похорон
Все твержу: Ну, еще
Побудь…