Я поднялся сюда
По прозрачным ступеням заката,
Когда ночь над землей
Зябко куталась в синь одеял.
Показалось что люди
Как птицы летали когда – то,
А меня, вот, уносит
В это небо ревущий металл.

Отражением звезд
Вниз упали огни голубые,
Проблесковый пунктир
Потерялся под тенью крыла,
Мне спускались навстречу
Неопрятно- и темно-седые,
Как тяжелые кляксы
Размышлений моих, облака…

Я смотрел обреченно
В чернила стеклянной глазницы,
На искрящийся город,
Который как угли костра
Прожигал эту ночь,
И с улыбкой столичной блудницы,
Обещал, может быть,
Не забыть обо мне никогда…

Мягкой лапою в грудь
Упираясь земным притяженьем,
Серебристый корабль
Завершал свой рискованный взлет,
Я пытался понять,
Под размыто-слепым освещеньем –
Кто же каждую ночь
Эти крылья над городом ждет?

Прижимаясь щекой
К тонкой коже дрожащего тела,
И пугаясь надрыва
Над ухом звенящих турбин,
Я тебя вспоминал,
И срываясь строкой то и дело,
Падал словно в тоннель
Безвоздушных воздушных глубин.

А когда через час,
Пролетая Уральские горы,
Мне ударил в глаза
Золотою волною рассвет,
Я готов был обнять,
Словно крыльями, эти просторы,
Я готов был отдать
Небу даром непрожитость лет…

Я глядел в бирюзу,
Где алели пронзительно маки –
Над планетой рождался
Новый день, проливаясь росой,
И ложился крылом
Лайнер к Солнцу на угол атаки,
Повторяясь в озерах
Беззвучно скользящей звездой.

Я теперь понимал –
Красота беспощадная сила,
Если в сердце вошла,
Значит только о ней и мечтать!
Вот куда каждый раз
Моя птица стальная спешила,
И Икару поэтому
Так безумно хотелось летать.

Я и сам был не прочь
В гриву ветра вцепиться рукою,
И ворваться в рассвет,
И, наверное, в нем утонуть…
Но нельзя мне никак,
Я ведь знаю, что только со мною
Ты, любимая, сможешь,
Прижавшись, спокойно заснуть.

И когда через день,
Распрощавшись с Тюменской мошкОю,
Я опять попаду
В сладко-трепетный плен высоты,
Будет алым закат,
Непременно, над самой Москвою,
Только нет ничего
В мире этом прекрасней чем ты…


© Copyright: Сказоч-Ник, 2008