На дайри я записалась участвовать в марафоне. «Раз в неделю по драбблу - раз плюнуть», - решила я и подписала себе смертный приговор. Почему именно так? Да потому, что темы драбблов реально вынесли мне мозг. И сейчас я уже раз десять пожалела, что дала Чуу уговорить себя на это. Хыхыхы! Хотя ее на этот марафон подбила именно я))) Да, я коварное неко, бойтесь меня.
Кстати, заодно я подписалась на крэк-фест, и мне там такой тройник попался, что просто убиться. Но в тот вечер я хорошо покурила, так что фик случился. И я его уже даже выложила, ну и хер, что его плохо прокомментировали. Насколько я поняла, на сообществах по Риборну комментят только то, от чего прутся. Совсем не так как в фандоме Наруто, где комменты оставляют все, кому не лень, или по Бличу.
Поэтому сегодня я выставлю здесь целых два драббла: с крэк-феста и драббл №1 с марафона.

Марафонское
Пейринг: Кен/Чикуса
Рейтинг: G
Жанр: романс
Дисклеймер: Амано Акира
Размещение: с разрешения автора

Город запутался в сетях сумрака, спрятался от дневной жары под покрывалом ночи. Крыши домов залиты желтым светом луны-королевы, окруженной своими извечными спутниками – звездами, слабо мерцающими на темном небосклоне. Призрачный свет молочно-желтого светила проникал в разбитое окно, рисуя на пыльном полу диковинные круги. Слабое освещение придавало полуразрушенной комнате еще более унылый вид, появившиеся черные тени подчеркивали следы тлена. Около окна стоял старый диван, потрепанный, изъеденный молью, но выглядевший так же величественно, как и в дни своего былого величия. Рваная обивка и торчащие пружины не вызывали отвращения - казалось, что все это просто нелепость, временное небытие. В углу, облокотившись на подлокотник, сидел мальчик: хмурый и сосредоточенный взгляд, несколько морщинок на лбу. Казалось, что в мыслях он сейчас далеко отсюда. Ни призрачный свет луны, ни шум машин, проезжающих мимо, ни лай бродячей собаки – ничто не привлекало его внимание, он полностью был во власти собственных дум. Но сейчас он не один в комнате: в углу, куда не проникал свет из окна, сидел еще один парнишка. Он тихо вздохнул и поправил очки, съехавшие на кончик носа. Чикуса встал и направился к Кену, все также сидящему на диване.
- Все будет хорошо, Джошима, - тихо проговорил он. – Мукуро-сама ни за что не дал бы себя обмануть. Он знал, на что шел, соглашаясь участвовать в этой затее с кольцами...
- Заткнись, - мальчик на диване подскочил. Слова друга вывели его из состояния задумчивости. Сейчас его взгляд был полон решимости. – Мукуро-сама загнан в угол, заперт в этой проклятой тюрьме. У него даже тела нет, приходится пользоваться этой никчемной девчонкой. Он… Он…
Кен замолчал, опустился снова на диван, схватившись за голову. В комнате повисло молчание, отчетливое чувство тревоги заставляло сердца ребят биться быстрее.
Чикуса подошел к дивану и сел рядом с Джошима, обнял того за плечи:
- Повторюсь еще раз, Мукуро-сама знает, что делает, - он ободряюще погладил Кена по спине. – Главное - верить в то, что с ним все будет хорошо.
Кен шмыгнул носом, с недоверием посмотрел на друга и вдруг скинул его руку со своего плеча.
- Я знаю, что с ним все будет в порядке. Но я не понимаю, зачем он согласился помогать этому мальчишке, Цуне Савада?
Чикуса вздохнул. Он и сам не мог понять этого. Так хотелось бы разобраться во всем, расспросить Мукуро-сама о его планах, но малышка Хром никак не могла выйти с ним на связь. Оставалось только гадать, но так никогда не узнаешь нужной информации. Только лишь добавится загадок.
Так они и сидели на пыльном диване, укрытые желтым светом луны, словно покрывалом. Два мальчика, забытые на обочине жизни, погруженные в свои мысли - разные, но посвященные одному и тому же человеку…

Крэк-фестское))
Пейринг: Кен, Гокудера, Червелло
Рейтинг: PG
Жанр: юмор, романс
Дисклеймер: герои мне не принадлежат
Размещение: с разрешения автора.

Раскаленный желтый диск летнего светила завис над головой. Воздух, прокаленный, такой тягучий и вязкий, медленно втекал в легкие, обжигая их своим жаром, заставляя хрипло сипеть. Кен шел по улице, медленно перебирая ногами. Он был неимоверно зол. Примерно так же, как буйвол, которого муха укусила за ляжку. Откуда такое сравнение? Парень и сам не смог бы объяснить, просто подумалось, и все. Кстати, причиной его плохого настроения был, как, наверное, всем уже стало понятно, Чикуса. Этот очкастый придурок свалил куда-то с самого утра, прихватив с собою никчемную Хроме. Ну, на кой черт она ему понадобилась? Непонятно. И это самое незнание бесило Кена до невозможности. Именно поэтому старая консервная банка получила сильнейший пинок в подарок и, жалобно звякнув, покатилась вниз по улице, стукаясь об асфальт до тех пор, пока на ее пути не возникла преграда - белый кроссовок.
Взгляд Джошима уперся в эти безукоризненно белые кроссы: «Какая чистюля. Беее, даже противно. Может, ему морду начистить, чтобы так же, как и обувка, сверкала?» Парень поднял глаза и встретился взглядом с Хаято Гокудерой.
- Ты?! – в голос удивились они. – Что ты здесь делаешь?
Они попытались прожечь друг друга взглядом, но к оружию, как ни странно, никто не тянулся.
Первым не выдержал подрывник:
- Какого черта ты тут шляешься? Гадость для Джудайме какую-нибудь задумали со своим проклятым Иллюзионистом?
- Да пошли вы, - огрызнулся Кен. – Больно нам надо для вас подставы придумывать. Ваш босс такой неудачник, что неприятности его сами найдут.
Гокудера от злости даже зубами скрипнул, но в ответ не смог ничего сказать. Только беззвучно, как рыба, стоял, открывая и закрывая рот. А потом просто похлопал ресницами. Кен хищно ухмыльнулся и собрался пойти дальше, но Хаято вцепился в рукав его куртки и не дал сделать и шагу.
- Эй, куда собрался? Ты так и не ответил, что делаешь в этом районе? – подрывник оказался весьма упрямым парнишкой. – И где друга своего потерял, а?
Вот тут уже рука Джошима сама собою потянулась к карману, где лежали чудо пилюли. Лев или Медведь? Кто из них двоих разорвет этого ублюдка быстрее?
- А с какой стати я все время должен таскаться с Чикусой?! У меня и своя личная жизнь есть, - Кен, полный гнева по отношению к Чикусе и Хроме, выдернул руку, высвободился из захвата и, развернувшись, собирался продолжить свой путь. Он сделал шаг, второй, и тут за его спиной раздался громкий смех. Гокудера ржал, сидя посреди улицы на грязном асфальте. Он смеялся так сильно, что из глаз слезы потекли. Кен, ничего не понимая, ошалело смотрел на него, хлопая ресницами.
- Эй! Ты, придурок! Какого черта ты ржешь?!
Ответить Хаято ничего не смог. Стоило ему взглянуть на Джошима, как он снова начинал смеяться. Злость в душе Мальчика-Зверя росла и разгоралась с новой силой. Еще немного, и здесь, на улице недалеко от дома Десятого, произойдет ужасно кровавое убийство.
Наконец, Гокудера отсмеялся. Он с трудом поднялся на ноги и смог таки ответить на вопрос Кена:
- Личная жизнь? У тебя? - Хаято снова хохотнул. - Не смеши мои носки. Ты же только о своем ненаглядном Мукуро и можешь думать. Хахахахах!
На это Кен ничего сказать не мог и так же, как и Гокудера минут десять назад, только стоял и открывал-закрывал рот. Его вид весьма позабавил подрывника, и тот продолжил свою атаку. Как оказалось, он был еще и очень мстительным парнем:
- Да, ты, наверное, еще ни разу и не целовался?
Глухой удар, падающий Гокудера и набрасывающийся на него сверху Кен - именно такую картину увидела милая старушка, выглядывающая из окна соседнего дома. Посмотрела пару мгновений на катающихся по тротуару молодых людей, пошамкала губами и со словами: «Вот молодежь пошла, совсем обнаглели» отошла от окна. Чем ей так молодежь не угодила - не понятно. Ну, подумаешь, дерутся посреди бела дня? Да всегда так было.
Помяв пару минут друг другу бока, парни откатились в разные стороны. И снова начали игру в гляделки. Только на этот раз первым не выдержал Кен:
- Да пошел ты, подрывник хренов! Целовался я! И много раз уже! - Джоширо рыкнул от избытка чувств, переполняющих его. - И с девчонками я уже давно встречаюсь!
Гокудера с подозрением посмотрел на него. Потом, тихо ойкнув, поднялся на ноги, и проговорил:
- Ну, если давно, то тогда ты не откажешься от пари, которое я тебе предлагаю, - Хаяте улыбнулся и с вызовом посмотрел на противника. - Мы с тобой сейчас идем в парк, и там ты знакомишься с какой-нибудь девчонкой. Если сможешь выпросить у нее номер телефона - я признаю, что был не прав...
- И ты оплатишь мой ужин в кафе, - Кен вскочил на ноги. Его глаза азартно блестели. Спор занял все его мысли. И что с того, что с девчонками он никогда толком и не общался? Он обязательно выиграет это пустяшное пари.
Подрывник оценивающе глянул на парня и кивнул:
- Ладно, но это только в случае твоей победы. А если выиграю я, - он улыбнулся. - То тогда ты придешь домой к Джудайме и попросишь у него прощения за то, что считал его неудачником. И признаешься в том, что ты ему просто завидуешь, потому что он такой замечательный и великолепный Десятый босс Вонголы, самой известной мафиозной семьи.
Кен поморщился, словно только что съел дольку лимона, но, тем не менее, согласно кивнул. Парни пожали друг другу руки и молча направились в сторону парка.
Это был какой-то неправильный парк, потому как в нем не наблюдалось ни одной девчонки. В нем вообще никого не было. Никого, кроме наших знакомых - Кена и Гокудеры. Еще бы, солнце палило так нещадно, что не нашлось больше ни одного придурка, который решился бы выйти на улицу в такую погоду. Двое спорщиков уселись под раскидистым деревом, оказавшись в небольшой тени, и принялись ждать, когда же появится жертва, то есть какая-нибудь девушка. В молчании и ожидании они просидели так час, второй, третий.
- Феееее, - Кен потянулся, разминая затекшую спину. - И долго мы так сидеть еще будем?
- Не знаю, - Гокудера и сам был уже недоволен, что затеял этот спор. – Видимо, девчонки узнали, что сюда идешь ты, и в страхе разбежались.
- По мозгам получить хочешь, урод? - для пущего эффекта Кен поднес кулак к носу подрывника. - Я тебе быстро путевку в санаторий оформлю.
Хаяте отмахнулся от угроз Джошима и устало оглядел пустынный парк. Что делать? Пари уже пора заканчивать, а ни одной девчонки в округе не видно.
- Я предлагаю вам изменить условия пари, - парни подскочили и стали затравленно оглядываться по сторонам. Никого. Но кто тогда только что произнес эту фразу? - Я тут, на дереве.
Кен и Гокудера подняли глаза и, о чудо, увидели одну из сестричек Червелло.
- Можете даже и не просить. Я знаю о вашем пари, поэтому за случайную девушку я никак не могу сойти, - на этих словах парни уныло переглянулись и, понурив головы, уставились в землю. - Поэтому я и предлагаю вам изменить правила спора. Хаяте Гокудера, помнится, ты смеялся над Кеном Джошимо, говоря, что он еще ни разу не целовался? - Не чувствуя подвоха, тот кивнул. - Вот и проверь свою догадку.
- Но как? - Хаяте с сомнением посмотрел на Джошимо.
Червелло посмотрела на него как на человека, обделенного интеллектом:
- Поцелуй его сам, вот и поймешь, есть у него опыт в этом деле или нет.
Челюсть Хаяте, да и Кена тоже, упала на землю и там так лежать и осталась. Прошло минут пять. Никто из парней в себя так и не пришел. Прошло еще пять минут. Кен слабо дернулся, поднял челюсть и:
- Я не педик, чтобы целоваться с парнями, - крикнуть громко не получилось. Вышло как-то чересчур визгливо.
Эти слова вернули к жизни и Гокудеру.
- Я тоже отказываюсь с ним целоваться. Мое тело принадлежит только Джудайме!
Кен в шоке посмотрел на подрывника, который, осознав, что он ляпнул, покраснел и заткнулся, уставившись куда-то в небо.
- Как хотите. Я только предложила, можете сидеть тут и ждать, когда же, наконец, поблизости появится особь женского пола, - с этими словами Червелло исчезла в листве соседнего дерева.
Хаяте и Гокудера остались одни. Девчонка из Червелло, конечно, предложила решение сложившейся ситуации, но целоваться с парнем никому из них особо не хотелось. Так они и сидели под деревом в тишине, каждый погруженный в собственные мысли.
- Эй, белобрысый, я уже домой хочу, - проскулил Кен час спустя. - Так и быть,целуй меня, потом корми ужином, и я домой пойду.
- Я тебя поцелую, вот только не хочется мне твой первый поцелуй украсть, - Гокудера продолжал гнуть свою линию. - Не верю, что ты уже целовался.
- Да пошел ты! Я целовался!
- Ну, вот и прекрасно, сейчас я это и проверю.
Они развернулись друг к другу, и на этом их решительность значительно поубавилась. И снова они начали уже полюбившуюся им игру в гляделки. Бросать начатое на середине не хотелось ни тому, ни другому. Хаяте медленно придвинулся к застывшему Кену, наклонился и осторожно коснулся своими губами губ парня. Тот охнул от неожиданности, тем самым дав возможность языку Хаяте проскользнуть в его рот. Гокудера, поначалу немного скованный, постепенно вошел во вкус. И невинный поцелуй перерос в страстный. А потом уже и Кен стал отвечать подрывнику. И в тот момент ему было совершенно наплевать на то, что его первый поцелуй был с парнем, да еще и с приспешником Десятого. К черту все! Ведь целоваться, как оказалось, так прикольно. Воздух в легких закончился, и поцелуй пришлось разорвать. Парни смотрели друг на друга с интересом.
- Я проиграл, - фраза, произнесенная синхронно. - Что? Значит, я выиграл? - и это они тоже произнесли в голос.
Кен и Гокудера удивленно пожали плечами и снова одновременно произнесли:
- К черту все! Лучше давай еще раз поцелуемся.
Сказано - сделано.

На город опустились сумерки. Яркое заходящее солнце окрасило крыши домов в красные цвета. Воздух постепенно остывал, и от дневной жары остались только воспоминания. На улицах появились группы радостных прохожих. А в парке, который по-прежнему пустовал, двое парней все также увлеченно целовались. И, казалось, для них в этом мире ничего и никого не существовало, только они. Ну и еще, любопытная Червелло, все еще сидящая на ветке дерева неподалеку и с интересом наблюдающая за ними.