- Если хочешь сад - разбей...
Женщина наклонилась ниже и, ласково улыбаясь, потрепала по волосам маленького испуганного мальчика. Ореховые глаза расширились в немом удивлении, на обветренных детских губах заиграла неуверенная улыбка. Женщина выпрямилась, и на ее пушистых волосах вспыхнули ярко-алые блики закатного солнца.
- Если хочешь сад - разбей... - тихо и тепло повторила она, и в ее руке как будто из ниоткуда возник маленький стеклянный шарик, наполненный чем-то вроде солнечного света. Белая рука, на которой светились едва заметные веснушки, потянулась к перепачканной в земле руке мальчика, и шарик тяжело упал на середину детской ладошки.
Маленькие пальчики обхватили гладкую прохладную поверхность и слегка сжались, словно опасаясь выпустить неожиданный подарок в объятия высокой тонкой травы.
Шарик переливался на солнце и отбрасывал блики на на настороженное, сосредоточенное личико ребенка. Внутри прозрачного стекла виднелся маленький домик, окруженный такими же маленькими деревьями и уж совсем незаметными цветами.
- Нравится, Джейми?..
Мальчик нахмурился, ведь имени женщины он не знал, однако все его недовольство в скором времени отступило перед восхищенным любопытством. Он уже видел подобные игрушки раньше, и особенно часто под Рождество, но все они были похожи одна на другую, и внутри каждой плавал снег, сделанный, как подозревал Джейми, из кокосовых хлопьев.
Однако внутри этого шарика медленно, будто во сне, плавали золотые блестки не совсем понятного происхождения. Они немного напоминали цветочную пыльцу, но откуда взяться цветочной пыльце внутри стеклянного шарика?..
Джейми отвлекся от красивой вещицы только тогда, когда чьи-то легкие пальцы пробежались по его волосам, приведя их в еще больший беспорядок. Няня наверняка будет недовольна и снова начнет расчесывать его овечьим гребнем, а это так больно...
Мальчик поморщился, и женщина, будто позволяя себе какое-то удовольствие, погладила его по щеке.
- Ты ведь мечтаешь о своем маленьком саде с громадными клумбами ярких цветов и лианами на покрытых мхом деревьях... - последовал нерешительный кивок, и женщина, казалось, засветилась еще ярче.
- Теперь все, что тебе нужно сделать... - тонкие пальцы осторожно дотронулись до шарика, случайно коснувшись теплых пальцев ребенка.
Но тут, казалось, женщину что-то отвлекло. Джейми завороженно смотрел на легкие, почти невесомые пряди волос, как будто охваченные огнем, и не видел, как на мгновение побледнело красивое незнакомое лицо. Когда он поднял глаза, женщина улыбалась все так же искренне, и в тот момент мальчик вспомнил, как няня читала ему книгу о феях, давно, когда он сильно заболел.
- Береги свой подарок, хорошо?.. - наклонившись, женщина легко коснулась губами его лба, улыбнулась и вдруг накрыла ладонью глаза мальчика. Тот испуганно обхватил шарик вспотевшей ладошкой, но тут давление исчезло. Джейми открыл глаза и заметил, что солнце совсем зашло.
Рядом никого не было, и мальчик, прижимая руку с шариком к груди, поспешил домой.
- Негодный мальчишка!.. - вторая пощечина заставила его пригнуться и зажмурить глаза. Стоявшая напротив пожилая женщина не крывала негодования, укрытая платком широкая грудь вздымалась от частого сбившегося дыхания.
- Как ты посмел явиться так поздно, когда все уже места себе не находили от беспокойства?! Будь здесь твой отец, он бы не обошелся с тобой так милосердно, как я!..
Слезящиеся то ли от гнева, то ли от волнения глаза обшарили взглядом хрупкую фигурку. Прижатый к груди кулачок не остался незамеченным, цепкие старческие пальцы сжали детское запястье, заставляя показать, что именно пытаются сберечь так отчаянно и смело.
Джейми молча попытался вырваться, за что получил еще одну пощечину. Маленькие пальцы непроизвольно разжались, и шарик, упав на ковер, закатился куда-то под шкаф.
Несмотря на плач и уговоры, мальчик был водворен в спальню и уложен в постель. Свет единственного в комнате ночника погас, как вскоре и свет, просачивающийся из-за закрытой двери.
Когда мальчик, измотанный плачем, все-таки уснул, ему снились светящиеся на солнце рыжие волосы, как будто охваченные пламенем.
На следующее утро мальчик, не дожидаясь, пока кто-нибудь явится его будить, встал и вышел из комнаты, стараясь двигаться как можно тише.
В кабинете, куда он вчера зашел, уже готовый к возможным побоям, все еще было довольно темно, однако мальчику хватало того скудного света, что шел от незанавешенного окна. Он встал на четвереньки и пошарил рукой в темноте под шкафом, ожидая нащупать гладкую поверхность шарика. Однако все, что попалось ему на ладонь, было комком грязно-серой пыли.
Джейми стоял у распахнутого окна, наблюдая за тем, как отражается солнце в воде большого ухоженного пруда. По лицу мальчика нельзя было судить, привлекает ли его это зрелище. Он просто смотрел, то ли завороженный игрой бледных бликов, то ли просто задумавшийся о чем-то, чего перед глазами не было.
Рыжеволосая женщина улыбнулась, глядя на то, как играют блики на металлическом шлеме одного из ее молчаливых тюремщиков. Нельзя было сказать, пугает ли ее это зрелище, она, казалась, думала о чем-то приятном, чего перед глазами не было.
Грубый толчок в спину заставил ее пройти вперед и поставить босую ногу на грубо сбитую деревянную ступень. Она оглянулась и наткнулась взглядом на горящие ненавистью глаза, смотревшие с когда-то красивого, но обезображенного старостью и аскетизмом лица.
Улыбнувшись так же светло, как улыбалась до этого теплому, ласковому с ней солнцу, женщина поднялась на небольшое возвышение. Торчащий на пути сухой прут поцарапал тонкую лодыжку, и упавшие на деревянную ступень несколько капель крови заставили стоящих рядом мужчин отшатнуться в каком-то нелепом ужасе.
Цепи обняли хрупкие руки, холодя кожу, и высокий, крепко сложенный мужчина поспешно отступил, неловко, но истово крестясь.
...Огонь лизал босые ноги, заставляя пальцы беззащитно и бессмысленно поджиматься, как будто это могло принести хоть какое-то облегчение. Однако на обращенном к небу кротком лице не было и тени боли, оно видело что-то, чего перед глазами не было. Когда через несколько минут пламя охватило легкие, как пух у одуванчика, волосы, казалось, что это не больше, чем заигравшиеся солнечные блики.
Маленький Джейми смотрел в окно на правильной формы клумбы с цветущими левкоями, и понимал, что в них есть своя прелесть.
Мечты о диком, запущенном саде с яркими тропическими цветами казались все нелепей, пока не угасли совсем.
Джейми отвернулся от окна, потянулся к книжной полке и зацепил корешок слегка потертой книги. Тяжелые, пахнущие старой бумагой половинки послушно легли на ладони, даря ощущение собственной равнодушной значимости.
Пальцы было потянулись скомкать и выдернуть ветхую станицу - еще недавно из таких выходили прекрасные самолетики. Однако, чуть дрогнув, ладонь осталась на месте, придерживая слегка измятую страницу.
Едва слышно вздохнув, Джейми принялся читать.
(с)entropi
