- Нельзя, - вздохнул батюшка. - Потому и просили проделать всё тайно. Никто не должен знать о Вашей роли в событиях на территории бывшей Литвы и ныне покойной Польши. Международная обстановка обязывает и требует невмешательства. Одно дело - добровольцы, и совсем другое - целый генерал.
- И потому про мои мифические подвиги во всех газетах напечатали? Это Вы называете сохранением тайны?
- Позвольте не согласиться. Там фамилия нигде не указывалась, только инициалы. А.Г.Р. Может, это был бразильский генерал? По имени Альварец Гильермо Родригец?
- Угу, - согласился я. - Тот самый бразилец, который с криком: - "Вот я вам, блядям, ужо покажу!", сбил низколетящий литовский самолёт метко брошенным обломком рельсы.
- Что Вы такое говорите, Гавриил Родионович, "Правда" газета солидная, ни о каких блядях в ней не упоминается.
- Ладно заливать-то, святой отец. Своими глазами в "Комсомолке" видел.
Священник достал блокнот, и сделал в нём пометку:
- Совсем молодёжь распустилась. Примем меры, наложим епитимью. (с) С. Н. Шкенев