продолжение

13
В следующий раз, когда я встретился с Сержем, он был закован в цепи и заперт в темнице. Его одежда была разорвана, но прическа казалась по-прежнему идеальной, и на губах все еще была улыбка. Его взгляд смело встретился с моим, он ответил шутовской поклон, низкий настолько, насколько позволяли цепи:
- Не знаю, как ты это сделал, король, но в любом случае - я проиграл.
- Я знаю. Ты забыл, что я не только король, но и маг. А теперь скажи мне, кто тебя послал. Джареф? Джареф велел тебе меня убить?
- Зачем об этом говорить, король? Зачем? Тебе лучше убить меня. Я ничего не скажу.
- Ну что же, поговорим по-другому. Рано или поздно ты расскажешь мне все.
Я уселся на каменную скамью неподалеку и кивнул палачу:
- Приступай.
Никогда бы не подумал, что человек может вынести все это. Мои палачи испробовали на Серже все свое искусство, но мы не услышали ни того, чего стремился услышать я, ни просьбы о пощаде. Я и не пощадил бы его. Я никогда не щадил своих врагов.
Когда палач закончил свое дело, я поднял меч и спросил его:
- Так тебя послал Джареф?
На его лице, изможденном пытками, на его искусанных в кровь губах появилась пародия на улыбку:
- А что я получу за это?
- Быструю смерть. Это было только начало пыток. Этот меч прекратит твои мучения одним ударом.
Он посмотрел на меч. Это был Повелитель, но руны его сегодня сверкают так, как раньше не сверкали никогда, и он воскликнул испуганно:
- Ты нашел меч? Джареф сказал, что тебе никогда до него не добраться. Старый грот у Бешенной он завалил камнями.
- Да? Спасибо за сведенья. За них ты получишь награду.
- Я благодарю тебя.
Его глаза блеснули, в последний раз встретившись с моими, и я добавил, опуская меч:
- Быструю смерть.
Меч опустился, его голова покатилась по каменному полу. Я усмехнулся и, взяв кусок ткани, стал вытирать оружие. Итак, Брат Грома в старом гроте у Бешеной. Сложновато будет его достать, но я это сумею. И тогда, с его помощью, можно попробовать найти жезл. Плохо, что Джареф доверил Сержу тайну меча. Очень плохо. Для Джарефа.
Бешенная - небольшая, но очень бурная речка, которая весной превращается в полноводный, бесящийся и гремящий камнями поток. Я решил, что не стоит откладывать поиски, сообщил своим командующим, что на время оставляю их без моего мудрого руководства. Со мной отправятся только два кентавра, единорог и Пиоло.
Наибольшую потерю для моих военачальников представлял Пиоло, он - отличный воин и мог и кое-чему научить, весьма полезному. Серж будет похоронен без почестей, а мы в это время уже отправимся в путь. Пиоло был просто счастлив оставить мои войска на некоторое время. Кажется, военачальники чрезмерно загрузили его работой. Ну, ничего, все, в конечном итоге, идет к лучшему. Моя армия, когда придет время выступать, будет великолепно вымуштрована.
Меня не спрашивали о маршруте. Все удовольствовались словами о том, что мы отправляемся к Бешенной, исследовать старый, заваленный камнями грот. Воображаю себе, как хорошо Джареф его завалил. Иногда мое воображение приносит мне сплошные неприятности. Но в этот раз я ожидал всего худшего, поэтому и не удивился, когда увидел, что нас ожидает.
Если бы я не знал, что здесь когда-то был грот, то у меня бы ни в коем случае не зародилось на этот счет подозрения. Камней было навалено с верхом. Этакая каменная горка. Могильный курган. Когда я сообщил своим спутникам о том, что это и есть тот самый грот, который просто немножко камешками завалило, я думал, они умрут от смеха. Ну, еще бы, ведь этот завал нам придется разбирать вручную.
Три дня мы вкалывали, как чернорабочие, с перерывами на еду и короткий сон. Вот тут-то и пригодились копыта трех моих спутников. Все время, пока мы откапывали грот, гепард и сокол охраняли место наших разработок, потому что, как бы я ни был беспечен, но я знаю, что здесь скоро может стать опасно. Если только Джареф узнает, что я устранил посланного им убийцу - он наверняка сменит выжидательную позицию на наступление.
Наконец, мы с Пиоло откатили последний камень, и я было рванулся в грот. Пиоло сжал мою руку и решительно произнес:
- Один ты туда не пойдешь. Хватит нам уже экспериментов.
- Хорошо. Пойдем. Ждите нас здесь. - Сказал я остальным, но на сокола и гепарда мои слова не произвели должного впечатления. Они были моими телохранителями, и сопровождали в опасностях, хотел я того или нет.
Итак, мы углубились в грот. Сюрпризов здесь не было, и быть не могло. Если уж человек проделал такую громадную работу, то он, тем самым, заслуживает приза. И приз был. В самом конце грота, у стены, в своих сверкающих ножнах стоял Брат Грома. Я коснулся рукояти меча и вытащил его из ножен. Руны вспыхнули ярким пламенем. Я нашел свой меч, и Пиоло склонил передо мной голову, понимая, какой удачный сегодня день.
В тот же день, едва мы только вернулись во дворец (собственно, дорога в одну сторону занимала примерно часов пять, не меньше), я отдал Пиоло Повелителя. И тот, так ни опасался за свои нежные крылышки, решил сражаться этим великим мечом своего отца.
Да, кроме всего прочего, со мной произошло еще одно приключение у грота, неподалеку от Бешенной. Никто из моих друзей, кроме золотого сокола и золотого гепарда не знал об этом, а эти двое не умеют говорить. Сейчас я могу рассказать обо всем спокойно, а тогда... Если бы не Брат Грома, я вряд ли бы мог вообще рассказывать вам историю своих похождений. Итак, я наслаждался обществом любимых зверей и любимого меча, наконец-то вернувшегося ко мне.
Может, я чересчур увлекся мечом, я хотел вспомнить каждый выступ на рукояти, каждую щербинку на лезвии, каждую руну, который наносил на меч собственноручно. Именно в этот момент мой гепард отскочил с тропинки. Раньше никогда не бывало, чтобы он струсил, и я рванулся вперед. Черт возьми, это был огромный тигр. Огромный золотой тигр.
Его движения были молниеносны, а эти прыжки, каждый длиной метров по двадцать! Черт возьми, было из-за чего испугаться гепарду. Впрочем, он тут же оправился от испуга и стал рядом со мной, грозно рыча. Над моей головой завис сокол и разразился боевым клекотом. Мои телохранители были со мной, и я рассмеялся. Возможно, тигр справился бы со мной, если бы был один я, но теперь у него нет никакого шанса.
Я рассмеялся и поднял меч. Ну, чего же ты ждешь, золотой хищник? Это с чего же он напал на человека? Почему? Он не мог быть голоден, потому что в местных лесах полно дичи. И потом, я никогда не слышал, чтобы тигры были такого цвета. Значит, это не тигр? Или не совсем тигр? Я даже в мыслях боялся произнести свое предположение, потому что, если оно верно - мне попался могучий противник, которого не остановит ничего, кроме смерти. Смерти или серебра.
Прыжок тигра был недостаточно быстр и недостаточно точен. Его коготь царапнул меня по руке, и я едва не выронил меч. Но вторая лапа тигра, ударив в живот, коснулась моего широкого пояса с накладными пластинками из серебра. Вот тут-то он взвыл. Я сжал зубы, раненая рука словно огнем горела, и было чертовски трудно поднять меч. Я взмахнул мечом, но тигр отскочил и скрылся в зарослях так же неожиданно, как и появился.
Я перевязал руку и позвал своих зверей. Мои друзья об этом происшествии не узнают. Если бы я только предполагал, какое предложение получит эта история, я, пожалуй, попытался догнать и прикончить этого тигра, когда это еще было возможно. Потому что в дальнейшем моя жизнь сделала резкий поворот.
Я был спокоен и уверен в себе, пока, через три дня, проснувшись, не почувствовал себя отвратительно. Царапина, которой я был обязан оборотню, воспалилась и жутко болела. Я попытался подняться, и вновь со стоном плюхнулся на кровать. Каждое движение причиняло мне ужасную боль. Черт возьми, у меня война, а я не могу ничего сделать! Глупее положения придумать было нельзя.
С каждым днем становилось все хуже и хуже. Я подозревал о причине моей болезни, но что могут дать подозрения? Я знал только, что жизнь моя в опасности, а, быть может, мне грозит что-то худшее, чем смерть. Я начал понемногу впадать в уныние от безнадежности моего положения, и, если бы не Пиоло, не знаю, чем бы все закончилось.
Однажды мой темный друг зашел ко мне. По его словам, выглядел я отрицательно, сразу же подурнел настолько, что он с трудом узнал меня. Конечно, я думаю, болезнь не красит, но все равно он немного преувеличил. Я не сомневаюсь, что я всегда - прелесть.
- По-моему, друг, ты залежался. Хватит. Выпей это и поднимайся.
Я принял из рук Пиоло бокал, но пить находящуюся в нем жидкость не торопился. Судите сами, - эта штука была мерзко-болотного цвета и с отвратительным запахом. Если уж мои друзья решили быстро покончить с моими мученьями, то разумнее было бы меня зарезать.
- Что это?
- Это отвар из трав.
- А могу я узнать, что ты туда положил?
Пиоло нежно улыбнулся и ответил:
- Пожалуйста, если ты хочешь, - я скажу. Тут немного офигень-травы, дурень-корня, цветов забвения, кошачьего мява и чуть-чуть бурого мурла.
Я чуть не взвыл. Такая комбинация действительно обещала смерть, причем не скорую и безболезненную, а смерть от коликов.
- Вы что, задумали меня убить? Ты лучше удуши меня.
- Но в твоих травниках написано, что именно такая смесь помогает при ранах, нанесенных оборотнями. - Ляпнул Пиоло хладнокровно. Я посмотрел на него долгим, немигающим взглядом удава:
- Откуда ты знаешь про оборотня?
- От тебя. Я как-то пролетал мимо твоего окна, совершенно случайно, как ты понимаешь, а ты бредил. Я все слышал. Ты бы еще дольше скрывал, с кем сцепился, может, и превратился бы в оборотня.
- Да брось ты. Он меня не укусил, а поцарапал.
- Пей, я сказал. Я никому не говорил, что с тобой приключилось, не хочу их пугать. Ты, Антей, если еще что-нибудь такое, фатальное, будешь от нас скрывать - точно кандидат в трупятину.
- Я и так уже кандидат в трупятину. Я умру от одной мысли, что мне нужно выпить этот отвар.
- Ну и умирай. Только сначала выпей.
- Выпью, выпью.
Я выпил отвар. Тотчас же голова моя поехала в одну сторону, тело - в другую, и я не понял, как отключился.

Король умирал. Принц сидел у его ног и не мог оторвать глаз от отца. Казалось, то, что произошло на охоте - обычный случай, которых бывает немало. Оба, и король, и его сын, были отмечены многими шрамами былых сражений. Тогда король получил просто несколько царапин, и не обратил на них особого внимания, мол, заживут в неделю. А теперь король лежал на смертном одре. Антей помнил, как все это произошло.
Они неслись за златорогим оленем. Пол года лесники и егеря королевства выслеживали этого чрезвычайно редкого зверя. Вообще все звери, в чьем окрасе присутствует золото, в стране Цветов считались особенными. Да и не только в стране Цветов, пожалуй. И вот, златорогий олень обнаружен. Его осталось только загнать. Отец и сын неслись на своих резвых конях впереди, бок о бок, в предвкушении добычи. На повороте Антей отстал, и это, возможно, решило его судьбу, и судьбу его отца.
Зверь, выскочивший на дорогу, оцарапал когтями спину и плечи короля. Царапины были поверхностными, и Его Величество почти совсем не обратил на них внимания. Он только возмутился тем, что дикие звери совсем обнаглели, бросаются на людей. Более того, на королей бросаются. Еще король посетовал по поводу разорванного костюма, мол, так жаль, это был очень удобный охотничий костюм.
Король первый пришпорил коня, и они снова понеслись вперед, чтобы наверстать упущенное время. Они догнали оленя, хоть кони уже почти выбились из сил. Антей выстрелил из арбалета, и его единственный выстрел стал финальным для охоты. Олень дернулся и медленно повалился на бок. Стрелял принц отменно, что и говорить. Он с радостным возгласом соскочил с коня и помчался к оленю. Обернулся, как будто для того, чтобы увидеть, как его отец, тяжело дыша и кусая губы, чтобы не застонать, медленно сползает с коня.
Король так и не поправился. Дело даже не в том, что причиной его смерти стали какие-то царапины, а в том, что, Антей это вспомнил только теперь, пересек их дорогу и ранил отца золотой тигр. [more/]

Продолжение следует