продолжение

9
На следующее утро молодой венценосный кентавр приблизился ко мне и сообщил горделиво, явно красуясь и ожидая благодарности и восхищения:
- Мы решили помочь тебе, колдун. Тебе и твоему другу. У нас один общий враг и нам нужно выступить против него вместе.
Я не мог обмануть ожиданий кентавра, поэтому старательно изобразил серьезность и высокопарно произнес:
- Я благодарю тебя, Смирол, за сочувствие и понимание. Обещаю тебе, что ни одну секунду ты и твой народ не будете раскаиваться в том, что помогли мне. Мы победим Джарефа! Однако кто будет нашими проводниками в пустыне?
- Ваших коней вам лучше оставить здесь. Эти неповоротливые копытные только создадут лишние проблемы. Мой народ о них позаботится. Я все равно хотел повидаться с отцом. У нас правитель сам должен возглавлять самые опасные битвы или экспедиции. С нами пойдет Эльрикс, мой лучший друг. Он будет счастлив сражаться бок о бок с вами.
Эльрикс? Это один из самых крупных кентавров, которых я вообще видел. Светло-каурой масти с сильными плечами и руками, курчавыми рыжими волосами и бородой и смеющимися голубыми глазами. Эльрикс. Лучших спутников я даже пожелать не мог. Четыре вооруженных воина вместо двух? По-моему, у нас есть шанс.
Подошел заспанный, отчаянно зевающий Пиоло и я ввел его в курс дела. Оказалось, он не пришел в восторг от перспективы путешествовать на спине кентавра (это действительно несколько утомительно, ведь седел не будет, и единственное, что будет смягчать удары - мягкая попона, положенная на спину кентавра), но спорить было уже поздно, тем более что демон тоже понимал: это наш единственный шанс пересечь пустыню.
Сборы в дорогу были недолгими. Мы простились с кентаврами и отправились в путь еще до полудня. По пути, чтобы не было скучно, я рассказал моим спутникам о том, как добыл золотого гепарда, одного из редчайших зверей этих мест. Обычно гепарды имеют пятнистую окраску, но время от времени у кого-нибудь из обычных гепардов рождается золотой щенок.
Новость о рождении царственного малыша быстро разносится по округе, и гепарды даже из самых отдаленных мест приходят, чтобы посмотреть на будущего повелителя. Ибо каждый золотой щенок, когда вырастает, становится царем своего рода. Обычно гепарды несговорчивы и свободолюбивы, как всякие хищники, но своих вожаков слушаются беспрекословно.
Я был неподалеку от угодий счастливых родителей, когда птицы принесли вести о рождении золотого щенка. Вы знаете, что значит завладеть королем гепардов? Это значит - использовать его, чтобы править всеми гепардами.
Я оказался у лежбища гепардов раньше, чем кто-либо из ближайших соседей, пришедших посмотреть на будущего вождя. Гепарды почуяли во мне могущественного соперника и дрожали, тем не менее, готовы были драться до смерти за своих малышей. А я сказал.
- Отдайте мне своего золотого сына. Он будет жить у меня в роскоши и уважении - благородный зверь на благородной службе. Я не причиню ему вреда, напротив, я буду заботиться о нем. Со мной он будет вне опасности.
Они меня поняли. Животные всегда прекрасно понимали меня. Я забрал золотого щенка, не потревожив остальных. Он был так трогательно мал и слаб тогда. Я заботился о нем, и он прекратился в большого и красивого зверя. Кто знает, где он теперь, мой золотой гепард? Может, во дворце, может, бегает где-то на просторе. Я давал ему много воли, ведь он был хищником, хищником-королем.
Моего рассказа хватило как раз до пустыни. Смирол скомандовал:
- Внимание. Пустыня - очень опасное место. Я поведу вас тайными ходами, известными лишь кентаврам, но и на этом коротком пути нас могут подстеречь опасности.
Ну, еще бы! Одни песочные монстры чего стоят! По правде сказать, я никого так не опасался, как этих созданий. Одно из изобретений Джарефа, они отвратительны и очень опасны. Я уже встречался с ними и не горел желанием возобновить знакомство.
Мы ехали молча. Кентавры осторожно ставили копыта. Эльрикс шел след в след за Смиролом. Я знал, почему кентавры так осторожны. В этой пустыне полно песочных ловушек и замаскированных ям, провалиться в которые - смерть. Засыплет песком и все. А выбраться без посторонней помощи оттуда невозможно.
Мы ехали уже часа три, солнце поднялось над головой, и палило вовсю. Пиоло, несмотря на то, что был одет в черное, казался крайне довольным солнечным денечком. Может, правы легенды о том, что демоны родились в аду? В аду еще жарче, чем здесь. Во всяком случае, я так думаю. Там я еще не был и не особенно тороплюсь. Всему свое время, так я считаю, а сейчас - время бороться с Джарефом.
Песочные монстры появились перед нами прямо из пустоты. Ну и отвратительные же создания, своего рода одушевленный песок. Этих существ можно убить только магией. Эх, был бы со мной мой жезл, - я сумел бы их обезвредить. Я бился с полчищами этих чудовищ и убил их всех. Посох Сна против них бессилен, он действует только на живых, нуждающиеся во сне, а монстры - они монстры и есть, сон им не нужен. Одушевленный Джарефом песок… Только он дал им очень злые души.
Кентавры и Пиоло выхватили мечи из ножен, собираясь дорого продать свои жизни. Я лихорадочно соображал, как эти жизни сохранить. Убить монстров, появившихся на нашем пути, обычным оружием нельзя. Вот если бы оружие было магическим! Вот если бы со мной был Брат Грома! Какой же я идиот, сразу нужно было вспомнить о Повелителе! Монстры приближались, как все неизбежное, и я крикнул Смиролу:
- Беги прямо на них, топчи их копытами. Я знаю, как их убить!
На мое счастье, авторитет мой среди кентавров был достаточно высок, чтобы Смирол без раздумий подчинился моему приказу. Нужно было срочно расправляться с монстрами, а то ведь они задушат нас, песком засыплют. Это верная смерть! Я покрепче обхватил ногами круп кентавра и вытащил Повелителя. Меч завибрировал в моей руке, готовый ринуться в бой. Тем лучше. Единство меча и мечника всегда приносит победу. Смирол освободил копыта из кучи песка, которая осталась от монстра, и позволил себе смешок. Он понял, что дело пошло на лад.
Пиоло придумал свой способ расправляться с монстрами. Почти так же, как кентавров, Пиоло ненавидит оборотней, и у него, признаться, есть на то причины. Впрочем, я их сейчас вряд ли вспомню, как и все подробности того происшествия. Но финалом ненависти демона к оборотням стал серебряный кинжал, с которым Пиоло не расставался даже в постели. Вот этот-то кинжал крылатый и вонзил в ближайшего монстра. Монстр взвизгнул и загорелся синим пламенем. Совершенно бездымным. Ну, все, голубчики, вам конец!
Очень весомый вклад внесли в эту битву кентавры. Если бы они не валили монстров, ударяя своими тяжелыми копытами, разделаться с ними было бы существенно сложнее. Они же увертливые, такие же, как и их гнусный создатель. Черт возьми, ну почему наглец Джареф решил испортить этот прекрасный мир? Нет, добром это для него не кончится.
Мы немного передохнули и поехали дальше. После победы над песчаными монстрами кентавры пришли в хорошее настроение, а Эльрикс еще и утратил осторожность. Иначе как объяснить, что он попал в песочную ловушку, которую Смирол обошел? Услышав позади крик, я быстро обернулся. В ловушку попал только Эльрикс, Пиоло успел взлететь с его спины. Но тут же приземлился на краю песчаной ловушки и протянул руку кентавру. Другую руку протянул ему я.
Вытащить эту крупную особь племени кентавров было трудно, но мы справились. Самая большая трудность заключалась в том, что кентавры довольно тяжелые. Но его подкованные алмазами копыта снова сослужили кентавру добрую службу. Стоит ли после этого удивляться, что кентавры ценят алмазы больше золота и самоцветов? Эти подковы не раз спасают им жизнь. По-моему, это вполне достаточная причина, чтобы любить алмазы.
Дальше мы шли не только радостно, но и осторожно. На лице Эльрикса не было заметно следов стресса. Это хорошо. Кентавр, который обычно скрывает свои чувства, не только умный и сильный, но и не теряется в опасных ситуациях. Чувства не мешают ему делать свое дело. Отец Смирола из таких кентавров, да и Смирол - тоже. Значит, как бы жизнь не сыграла, а с нами пошли лучшие. Тем хуже для Джарефа, щадить его здесь не настроены.
Дальнейший наш путь через пустыню (оставшийся день и половина ночи) прошел в относительном спокойствии, тем более что потайные тропы кентавров известны только самим кентаврам. А монстры Джарефа, на наше счастье, все еще достаточно немногочисленны для того, чтобы представлять для нас смертельную угрозу. После того, как мы уничтожили встретившихся песчаных монстров, никто из подобной нечисти нас не беспокоил. Может, поняли, что не на тех напали, а, может, мы продвигались слишком быстро, чтобы они успели устроить засаду.
Весь день я раздумывал о возможных вариантах того, как меня примет мое государство. В общем-то, я не сомневался, что все будет в порядке, и подданные будут радостно приветствовать своего короля. Но если (это невероятно, и все-таки) власть в Стране Цветов захватил Джареф, мне жаль, но встреча тогда будет очень неласковая. А еще нужно вспомнить, куда я задевал свой жезл и где Брат Грома. Нужно найти моих золотых зверей - Сокола и Гепарда.
Наверняка все выяснится, как только я окажусь в пределах своей страны, но туда ехать еще неделю, не меньше. Правда, сильные мира сего позаботились о том, чтобы дорога наша не была сложной, и у нас есть, чем себя защитить, но ведь бывают противники, которые действуют не силой, а хитростью. Против них бессильно оружие, а магия, настоящая магия, к которой я привык, мне пока недоступна.
Ехать с кентаврами - это самый лучший вариант путешествия вообще. Об обычных лошадях приходится заботиться, а кентавры могут позаботиться не только о себе, но и о своих седоках, конечно, если таковые имеются. Вообще, то, что кентавр везет кого-то на своей спине, говорит либо о полном доверии, либо о полном недоверии кентавра. Надеюсь, что нам кентавры все-таки доверяют, ведь мы вместе сражались и у нас одна цель - избавить наш мир от Джарефа.
Пустыня закончилась, началась зеленая, с редкими деревьями, пустошь. Песок, который мешал кентаврам двигаться со всей возможной скоростью, остался позади, и кентавры скакали наперегонки с ветром, иногда даже забывая, что несут кого-то на спине. Пиоло несколько раз приходилось взлетать, чтобы не подвергать себя излишнему риску, а я только благодарил судьбу за то, что Смирол был не такого буйного нрава, как его друг.
Два дня мы ехали спокойно, не испытывая тревоги, не подвергаясь опасностям. Это были чудесные спокойные дни. В душе я очень люблю покой, и не моя вина, что судьба постоянно заставляет меня вести чересчур активный образ жизни. Я приноровился даже охотиться на дичь - небольших, очень жирных, очень вкусных, и очень хитрых куропаток. Два последние "очень" способствовали тому, что охота на куропаток стала делом желанным, но не совсем возможным. Эти птицы - мастера мимикрии, и подстрелить их, когда они уже взлетели, практически невозможно. Реакции не хватает.
Но что такое "невозможно"? Только слово, и, вдобавок ко всему, это слово мне не очень нравится. Более того, - я не признаю его. Поэтому я использовал вместо арбалета Посох Сна. Возможно, герцог Сон дал мне свой посох вовсе не для того, чтобы я убивал невинных куропаток (после того, как я усыплял их, они, естественно, падали, а Пиоло с воздуха следил за их падением и потом подбирал), но нам нужно было чем-то питаться, а нежное мясо куропатки - лучшее, что мы могли себе предложить.
Наша жизнь была спокойной, по вечерам мы рассказывали друг другу о своих приключениях и несли ночную стражу каждый по два часа, потому что могли себе позволить спать по восемь часов в сутки. Но, конечно же, всю дорогу так продолжаться не могло. Проблемы начались после того, как мы перешли границу.
Границы Земли Единорогов нет ни на одной карте нашего мира. Однако на местности эту границу знали все, кто хоть раз сталкивался с этими вспыльчивыми созданиями. Тот, кто говорит, что единороги - звери, очень и очень сильно ошибается. Они разумны, причем они разумнее многих людей со средним, скажем, интеллектом. Просто их разум построен на другой основе, они углубляются в сферы, которые нам или не интересны, или неподвластны, или просто даже неизвестны.
Единороги общаются при помощи телепатии, и к этому тоже нужно привыкнуть. Я привык, тем более что ничего другого мне просто не оставалось. Была война, и все способы вербовки союзников против Джарефа были хороши, по крайней мере, эти единороги никогда не узнали, как много их товарищей я затравил, когда охотился в лесу со сворами гончих.
Вступить в Земли Единорогов я не боялся. Единственное, чего я опасался, - что кентавры не дадут договориться с единорогами, если в том возникнет необходимость. Отец Смирола так и не смог привыкнуть к тому, что единороги из врагов превратились в союзников. Впрочем, вожак единорогов, действовал точно так же, и от нападения друг на друга их удерживал только мой авторитет и моя магическая сила, которой сейчас мне ох как не хватало!
Я думаю, за нами следили и устроили засаду, точно зная, куда мы пойдем. Мы ехали через небольшую рощу. Вечерело, и мы торопились поскорее покинуть места, поросшие деревьями. Всем известно, что уйти от единорога на открытом месте легче, чем, скажем, в лесу. Но на сей раз, засада была очень оригинальной. Единороги и не собирались скрываться. Они выстроились цепью, их было что-то около пятидесяти, крупных, с лошадь размером, покрытых серой шерстью нежнейшего оттенка единорогов с серебряными винтовыми рогами, бронзовыми, полыхающими на солнце копытами. Это были боевые единороги, и такое их количество мог послать только тот, кто знал, кто мы такие.
Я опустил Посох Сна и приветствовал единорога, который стоял немного впереди остальных. Кентавр издал полный негодования вопль:
- Нечего перед этими винторогими пресмыкаться!
- Заткнись, если не хочешь, чтобы эти рога истыкали тебя. Ты знаешь, они владеют ими лучше, чем многие люди - мечами.
Мне пришлось прервать свою речь посередине, потому что заговорил единорог. Его голос звучал у меня в мозгу, но это было почти привычно. Почти.
"Как смели вы, два дерзких смертных и два кентавра, войти в наши земли? Ваша дерзость заслуживает наказания, и смерть станет достойным наказанием для вас!".
Я усмехнулся и тут же поспешил скрыть свою усмешку. Единороги говорили высокопарно, но они так же высокопарно и думали. Поэтому я предпочел не гневить единорога в самом начале и сказал тоже высокопарно, как и единорог:
- Между нами какое-то время был заключен союз. И я был уверен, что наш договор еще в силе.
"Ты обманул нас, колдун, ты обещал нам свободу, а мы до сих пор зависим от Джарефа, будь проклят он и дети его до седьмого колена!".
- Не возражаю. Но я и сам только недавно вернулся сюда, а наш мир, и я жажду отомстить тому, кого вы тоже ненавидите.
"Ты уверен в себе, как всегда, колдун. Впрочем, может быть, это и хорошо. По крайней мере, ты не лжешь. Что ты можешь предложить нам за свою жизнь и жизни своих спутников?".
Хороший вопрос. Я знаю, что эти ушлые существа будут торговаться до умопомрачения, и обмануть их будет сложно. Но у меня на руках козырь - мой враг по совместительству является и их врагом. Поэтому я уверенно заявил:
- Я думаю, мы не о том говорим, уважаемый единорог. Я хочу разделаться с нашим общим врагом. Разве этого мало?
Единорог тряхнул гривой, в его словах слышались нотки нетерпения:
"Ты хочешь обмануть нас, маг! Знай же, что мы не из тех, кого легко обмануть!".
Ох уж эта мне подозрительность единорогов. Она уже давно вошла в поговорку. Однако и здесь у меня был козырь, я знаю способности этих разумных в облике животных. Я попытался придать своему голосу нотки заискивающего уважения:
- Но вы же знаете, что помыслы мои чисты. Ни одно живое существо при достаточно близком расстоянии не может утаить свои мысли от единорога. При наличии мыслей, разумеется.
Вот тут-то я немного лукавил. Узнать о мыслях мага без его на то желания очень сложно. Для этого существуют различные магические приемы, о которых единороги не знают. Но мысли мои чисты, поэтому я могу себе позволить открыть их единорогам. И единорог оценил мое самопожертвование, ибо ответил с нотками раздражения, но мирно:
"Да, мы великий народ, никто из вас, презренных, никогда не достигнет наших талантов. Мы не можем допустить, чтобы такой разум пропал бесследно. Поэтому мы будем придерживаться заключенного когда-то союза".
Я не выдержал и спросил, не скрывая радости по поводу счастливого завершения переговоров:
- Значит, все в порядке? Моим спутникам больше ничего не угрожает, надеюсь?
Следовало бы мне помнить, что единороги никогда так просто не уступают своих позиций. Единорог, который вел переговоры, ответил ехидно:
"Это не мое право - давать тебе обещание не причинять вред твоим спутникам".
- Кто может дать мне твердые гарантии, что с моими спутниками не обойдутся, как с врагами? Ты главный, почему ты не можешь дать мне таких гарантий?
"Я главный, пока в племени не появится белый единорог".
- И он появился?
"И он появился!"
Все, теперь все решения остаются за белым единорогом. А белые единороги - это странные особи, которые ни в грош не ставят даже других единорогов, а что уж о людях-то говорить? Впрочем, может, и он будет за то, чтобы их племя выжило. Только бы выдержать его высокомерие, не сорваться, не наговорить глупостей. Если я оскорблю белого единорога, всех нас ждет неминуемая смерть от рогов его подданных.
- Ты хочешь, чтобы я встретился с белым единорогом?
"Да. И твои спутники будут заложниками твоего хорошего поведения. Белый единорог хочет встретиться с тобой, маг, и именно по его распоряжению я привел сюда гвардию. Твоим спутникам этого лучше не сообщать".
- Конечно, мы отправимся с вами. Все в порядке.
- Зачем? - Пиоло крикнул это как-то слишком зло и отчаянно. Я взглянул на него и медленно кивнул, призывая к спокойствию:
- Потому что мне нужно встретиться с белым единорогом.
После этого заявления на меня все посмотрели, как на самоубийцу. Бедняги, они даже не подозревали, насколько худо обстоит дело. Для них. Они остаются в стаде бешеных единорогов, как гарантия моего хорошего поведения. А что будет, бог мой, что будет, если я сорвусь?[more/]

Продолжение следует