продолжение

4
Он был на охоте, одет, как прежде, в черное и белое. Великий маг, что постиг тайные глубины колдовства. Конь под ним бесновался и грыз удила. Это был быстроногий и яростный жеребец, только раз покорившийся человеку. Никто, кроме мага, не смог бы его покорить. Он же подчинил себе этого скакуна и потому был чрезвычайно горд.
Рог на его груди инкрустирован серебром и рубинами, а какой звучный голос у этого рога! Где бы он ни был, стоит лишь протрубить, как сразу примчатся к нему великолепные гончие, способные справиться с любой добычей. В тот день они загоняли единорога.
Единорог был матерым самцом с чуть сероватой шерстью, медными, отсвечивающими на солнце гривой и хвостом, точеными серебристыми копытами и острым витым рогом. Зверь совсем не собирался сдаваться на милость загонщиков.
Он бежал легко и свободно, мах его был поистине прекрасен, и если бы не конь Антея, летящий так, что ветер свистит в ушах и грозит выбить из седла, единорогу легко было бы уйти от своих преследователей. Рог мага призвал псов и развязал новую гонку, еще более быструю и утомительную.
Дождавшись, когда гончие утратят осторожность, единорог развернулся к ним, выставив смертоносный рог. Одна собака с размаху наскочила на острие и тут же пала бездыханная. Еще одну собаку единорог ранил, сделав хитрый выпад. А после этого зверь презрительно повернулся задом к своим преследователям и снова побежал.
Маг, увидев, что случилось с двумя собаками, протрубил в рог особый сигнал, призывающий самых лучших его гончих, псов, беспрекословно выполняющих приказы, псов, которые бесстрашны и убийственно молчаливы, когда идут по следу. Эти псы помчались теперь за единорогом.
В последний раз гордый зверь развернулся к псам, надеясь, если повезет, разделаться с ними так же, как расправился с предыдущими. Но это были другие псы, они были закалены в битвах и злы, как сотня чертей. Ни острый рог, ни мощные копыта не помогли единорогу вырваться из кольца злобных тварей. Он был повержен, и маг приветствовал его смерть звучным сигналом своего рога.

Я проснулся от шелеста крыльев. Откинул плащ и взглянул, желая выяснить, что случилось. Я по-прежнему лежал на каменном пятачке. Но теперь уже был не один. Рядом со мной - Пиоло и еще двое демонов (потому что их народ называли демонами за черные крылья и порою - буйный нрав). Пиоло улыбался, глядя на меня, двое других выглядели совершенно бесстрастными.
Я вспомнил, что Пиоло - незаконнорожденный сын короля этого народа и, хотят того правители или нет, но он - принц и у демонов снискал популярность. Увидев, что я проснулся, Пиоло произнес:
- Вот, Антей, мои соратники помогут тебе спуститься, а при дворе моего отца Янри поможет тебе вспомнить все забытое.
Я хотел спросить, кто это - Янри, но при звуках имени мое сердце само забилось сильнее, и на лице вдруг появилась самодовольная улыбка. Я знал ее. Она была дочерью короля, законной наследницей трона, а еще она была ведуньей. Когда-то, давным-давно, когда я еще не знал Галочку, я был без ума от Янри. Будь, проклята эта амнезия! Так я рискую влипнуть в довольно неприятную и глупую историю.
Но сейчас меня волновал другой вопрос, и я задал его Пиоло:
- Как мы спустимся отсюда?
- Я - на крыльях, а ты - на их крыльях, Антей. Вспомни, многие из нас носили тебя, когда ты просил...
Да, такое было, но ведь было так давно. Смешно теперь и вспоминать об этом. Тогда я был другим: дерзким и самоуверенным сверх всякой меры. И у меня были на то основания.
- Хорошо, тогда чего мы ждем?
- Я принес тебе оружие.
Пиоло отдал мне короткий меч в чеканных ножнах и длинный кинжал. Его меч был длиннее, но я привык уже и к короткому оружию. Я прицепил его к поясу и снова почувствовал улыбку Пиоло. Демон, безусловно, был красив, по любым стандартам. И порою я с легким раздражением подумывал о том, что по очарованию и обаянию только он в этом мире может составить мне конкуренцию. Он и Джареф, будь он проклят, кто бы он ни был.
Пиоло становился еще более красивым в битве и в любви, тогда лицо демона с тонкими резкими чертами становилось каким-то божественно-нежным, а в глазах светился такой неземной огонь, что перед ним не могли устоять ни враги, ни женщины. Я понимал Пиоло и даже боялся его немного. Боялся, потому что Пиоло не был человеком в полном смысле этого слова.
Два демона, прилетевших с Пиоло, подхватили меня на руки и дальше - свист ветра в ушах, внизу - горы, и мысль, предательская и злая: "Если они захотят убить меня - им достаточно просто разжать руки". Упав с такой вышины, я разбился бы неминуемо. Но Пиоло меня не предаст, нас связывали еще какие-то узы, кроме дружбы, я знал это, хоть и не помнил, какие.
Иногда я жалею, что я не демон и у меня нет крыльев. Путешествия по воздуху происходят намного быстрее, чем на самом горячем скакуне, даже кентавры не могут сравниться в скорости с демонами. Однако у меня есть (или было) множество достоинств, полностью искупающих отсутствие крыльев. Вот вспомнить бы только, каких.
Мы летели часа три, из чего я мог заключить, что каменный карниз, где мы с Пиоло оказались, был местом средоточия силы, удаленным от столицы демонов. Приди я туда один, - вряд ли бы меня стал кто-то искать. Демоны там практически не появляются, им нечего там делать, а резкие ветры, блуждающие между горами, обжигают их.
Мы приземлились прямо на дворцовой площади. Пиоло наконец-то забрал у меня свой плащ и накинул на плечи. Крылья его были сложены за спиной. Два демона поклонились ему и мне и поспешно ушли. Они выполнили просьбу принца, а теперь - свободны.
Мы переглянулись и пошли ко двору. У входа стояла стража, но, увидев Пиоло, они вежливо посторонились и дали нам пройти. За время моего отсутствия Пиоло стал еще более популярным у демонов. Прекрасно, ведь эта раса в войне просто незаменима. А что предстоит война, - я не сомневался. Она уже началась и ее нужно только успешно закончить. Но справиться с Джарефом могу только я. Почему-то.
Дворец короля демонов был, на мой вкус, чуть мрачноват. Их семейным цветом являлся черный и именно в темных тонах оформлен сам дворец и все придворцовые реликвии. Прекрасные камни, черные или с черным оттенком, собраны, должно быть, со всех концов наших земель. Я сам посылал ему черные мрамор и обсидиан, черную яшму и черный жемчуг, когда был влюблен в Янри. Я действительно любил Янри! Когда-то.
Пиоло сжал мою руку и открыл тяжелую дверь из черного дерева. Я понял его пожатие, как знак держать себя в руках, но все равно не смог не издать возглас восхищения, когда увидел Янри. Когда я видел ее в последний раз, она была милой и хрупкой девушкой. Теперь она стала женщиной, чья красота оказалась вызывающей, блестящей, жгучей. Почему я не помнил о ней, когда был в изгнании?
Янри сидела у небольшого столика на высоком стуле с резной спинкой и прокладками из золота и рубинов. И столик, и стул были из черного дерева. И все вместе - черное, черное. Может, и из-за этого тоже их называют демонами? Янри сидела прямо и улыбалась безмятежно, так, что я сразу понял - ее улыбка - только маска, под ней - более сильные чувства, которые она не станет выдавать.
Она была немного похожа на Пиоло. Такая же смуглая, с такими же глубокими черными глазами и очаровательной улыбкой. У нее были длинные и очень густые черные волосы, сейчас собранные в хвост и перевитые толстой золотой нитью. Ее платье из легкого черного материала так соблазнительно охватывало ее идеальную фигуру.
Она поднялась из-за стола и сказала мне ласково:
- Здравствуй, Антей.
- Здравствуй.
- Не хочешь ли перекусить? Здесь готовят вкусную еду.
- Я помню. Как давно это было!
Когда-то, какое-то время я состоял послом моего государства у короля демонов. Пока не занял место моего отца, когда тот погиб на охоте. Тогда, при смерти, отец что-то говорил о Джарефе, что совершенно перевернуло мое мировоззрение и изменило отношение к Джарефу. Он уже тогда собирал темные силы, и все пути к нему были закрыты.
Мы обедали втроем. За обедом я не мог взгляда отвести от Янри, и она чувствовала, какое произвела на меня впечатление. Пиоло тихо и самодовольно усмехался. Он раньше пытался свести меня с Янри, но у нас что-то не заладилось тогда. А потом началась война, и было поздно заниматься любовными интрижками.
Я поймал себя на мысли о том, что до сих пор не знаю, как Янри относится ко мне. Она была мила, добра, улыбчива и любезна, как этого требовала политика, но что она испытывала при виде меня? Какие чувства рождались в ее душе? Мне очень хотелось бы знать это.
Пока же я знал, что обед был вкусным, а теперь мне предлагают отдохнуть. Перелет отнял у меня все-таки много сил, хоть и летел совсем не я, зато как я боялся, что меня уронят! Янри пообещала мне показать мое прошлое в чаше сразу же после того, как я полностью приду в норму. А теперь мне нужно хорошо выспаться. Будь я хоть чуть-чуть более в форме, я бы набрался наглости, и предложил Янри составить мне компанию. Но сегодня в этой сфере я просто недееспособен.
Я поклонился принцессе и попросил Пиоло показать мне мою комнату. Пиоло торжественно пригласил меня следовать за собой. Мы уже почти дошли, когда вдруг Пиоло спросил меня с улыбкой дьявола:
- Как тебе сестренка? Похорошела, не правда ли?
- Янри все еще занимается магией?
- Больше, чем ты можешь думать. Она перешла в те сферы магического искусства, где службу чаще всего ведут обнаженные женщины, и дело заканчивается сценами разврата.
- Янри занимается сексуальной магией? - от изумления я замедлил шаги.
Занятия подобными вещами не были редкостью здесь, и я знал это. Более того, одно время я сам довольно тесно соприкасался с магией подобного рода. Сколько красивых женщин разделили тогда со мной ложе! И все они отдавались с криками восторга и торжественными песнопениями на губах. Но то я, а то - Янри. Да, это было для меня настоящим сюрпризом.
Пиоло позволил себе циничный смешок:
- У нее был выбор: либо заниматься такого рода магией, либо стать шлюхой. Она выбрала первое.
- Почему ты так зло говоришь о ней, Пиоло? Не потому ли, что завидуешь ей? Ведь она-то, в отличие от тебя, рождена в браке.
Пиоло рассмеялся:
- Сестренка унаследует трон, и я ей не завидую. Такая ноша слишком тяжела. А что до того, кто рожден в браке, а кто - нет, говорят, Джареф тоже незаконнорожденный. Не знаешь?
- Джареф? Не знаю. Мне нет никакого дела до Джарефа.
- А жаль. Ему-то наверняка есть до тебя дело. Но вот твоя комната, отдыхай. На столе - хрустальный колокольчик. Захочешь чего-то - позвони в него. Слуги сделают все, чего бы ты ни приказал.
Я благодарно кивнул ему и вошел в комнату. Все, что только возможно, здесь было черным. Вот только черного хрусталя не нашлось, и колокольчик сделан из голубоватого горного хрусталя. Отменный хрусталь, самого лучшего качества.
Я разделся, откинув полог, повалился на кровать и задумался. Мысли о Янри не давали мне покоя. Интересно, она действительно преуспела в магии сексуальных ритуалов? Помнится, женщины, которые служили такие ритуалы, искушены и искусны. Или я был тогда слишком молод? В самом начале жизни все кажется странным и удивительным.[more/]

Продолжение следует