продолжение

2
Дверь открылась, вошел секретарь. Это был расторопный молодой человек, до тонкости изучивший мои капризы, и потому незаменимый в работе:
- Антон Сергеевич, к Вам посетитель. - Промолвил он испуганно, как будто был лично ответственен за приход какого-то назойливого посетителя, который меня обязательно побеспокоит, а в результате я буду недоволен недостаточной бдительностью секретаря.
Я специально выбирал себе секретаря мужчину, и причины тому (основных причин, разумеется) было две. Во-первых, кто бы что мне не говорил, я считаю, что работоспособность у мужчин несколько больше, чем у женщин, а нагрузки на плечи моего секретаря падали немалые. А, во-вторых, я решил раз и навсегда: никаких любовных интриг в офисе. Работа есть работа, и отвлекаться на что-то другое, пусть это другое и имеет очень соблазнительные формы, я не собирался.
- Зови его, Андрей. - Улыбнулся я спокойно. Пяти - десяти секунд мне хватило, чтобы вспомнить, что сегодня - день расплаты с моим таинственным заказчиком. Андрей кивнул и вышел. Я поудобнее устроился в кресле и заранее улыбнулся. Кто бы ни был этот заказчик, но человек, платящий такие суммы, улыбки заслуживает наверняка.
Гость вошел и кивнул, увидев, что его ждут. Я, кажется, непроизвольно изменил выражение лица. Слишком живо описала мне Галочка человека, интересовавшегося мной, и сходство этого описания с моим теперешним посетителем было невероятным. Одетый в черное, с черными, ниже плеч, волосами, с восточным лицом, на котором особенно выделялись глаза, глубокие, притягивающие, наверное, успех его у женщин был огромен.
Теперь я понимал, почему этот человек произвел на Галочку столь сильное впечатление. В том, что недавний Галин гость и мой нынешний посетитель - одно и то же лицо, я не сомневался.
- Прошу Вас, садитесь.
- Благодарю.
Его голос звучал как-то приглушенно. Наверное, если бы он позволил себе говорить, не смягчая голоса, это звучало бы, как раскаты грома. Тембр и сила голоса у этого человека были потрясающие.
- Я так понимаю, Вы пришли за своими программами?
- Да, Вы все правильно поняли. Тешу себя надеждой, что Вы справились с моим заданием.
- Конечно. Я лично проверил программы, они работают безупречно.
- Прекрасно. Могу я попросить Вас об одной услуге, Антон Сергеевич? - мне показалось, что мое имя он произнес с насмешкой. Я решил, что мне стоит облегчить переговоры, и предложил:
- Зовите меня просто Тони. Я предпочитаю оказывать услуги людям, которые, по крайней мере, со мной знакомы. А если с Вами еще и я буду знаком...
Его смех напоминал что-то среднее между клекотом птичьего базара и грохотом водопада.
- Хорошо сказано, Тони. Тогда я внесу ответное предложение - давай перейдем на ты. Меня близкие друзья зовут Питером, надеюсь, ты не обидишься, если я попрошу обращаться ко мне именно так?
- Надеюсь, не Питер Пен? - наивно предположил я и был вознагражден новой порцией водопадного клекота.
- Да нет, просто - Питер.
- Хорошо, раз уж мы познакомились, выкладывай свои затруднения.
- Это, собственно, не столько затруднение, сколько предложение. Я знаю, что программы, которые я просил, могли сделать только профессионалы высшего уровня.
- Других не держу! - усмехнулся я самодовольно.
- Собственно, такие программы я мог сделать и сам, просто сложно найти хорошие машины, вот так, с бухты-барахты. Поэтому я решил просто заплатить за работу другим и посмотреть, что из этого выйдет.
Охотно верю. В нем есть что-то чертовски привлекательное. А иногда даже профи обращается за помощью к коллегам. Я только что-то не могу понять, к чему ведет нас этот разговор.
- Ты останешься доволен нашей работой, Питер. - Я выложил на стол дискеты и многозначительно улыбнулся. Он понял, чуть привстал, дотянулся до кейса и долго возился с его замками. Наконец, открыл его и показал мне содержимое. Как я и думал, - там были всего лишь деньги.
- Я благодарен тебе и твоим людям за работу. Между прочим, как ты подбираешь кадры?
- Если я скажу, что одержимых работой видно сразу, ты мне поверишь? - поинтересовался я. Питер многозначительно кивнул:
- Да, потому что это так и есть. Скажи, между прочим, похож я на одержимого, если не работой, то, по крайней мере, идеей?
Я осторожно кивнул. Конечно, внешне ничего подобного не заметно, но человек, способный заплатить такие деньги за программы, которые он мог бы разработать сам и совершенно бесплатно - либо дурак, либо одержимый. При всей моей смелости и при всем моем цинизме дураком я бы его, пожалуй, не назвал.
- Да, ты одержим какой-то идеей. Но что из того? Я могу тебе только пожелать счастливого завершения поиска. Свою часть работы мы сделали качественно.
Питер чуть наклонился вперед и поинтересовался громовым шепотом:
- Не хочешь принять меня на работу?
Я растерянно улыбнулся. Еще не видя Питера, я уже предполагал, что подобными программами могут интересоваться только специалисты, а специалистов я искал всегда, именно поэтому мой расчетный центр и был лучшим. Но принять его на работу? Я бы не сомневался ни секунды, если бы не вчерашний разговор с Галочкой. А, впрочем, бабы - вздорный народ, а бизнес есть бизнес. Я скрыл свои изумление и растерянность за одной стандартной фразой, до сих пор не пойму, была это отговорка. Или меня это тогда действительно заинтересовало?
- Каковы твои условия?
- Оплата обычная, как у всех твоих профессионалов. Я буду работать на тебя и параллельно делать свою работу. Разумеется, не в ущерб тому, что я буду делать для фирмы. Я хочу поработать на тебя вовсе не из корыстолюбия, у меня нет проблем с деньгами. В общем, ты не поймешь мои мотивы, поэтому я предпочту оставить их при себе.
Интересно, чем закончится этот разговор? Я не знал, потому что собирался пустить его течь в опасное русло.
- Хорошо, ты принят. Но при одном условии.
- Да?
- Ты расскажешь мне, чем я тебя заинтересовал.
Он хотел засмеяться, но потом посерьезнел и сказал примирительно:
- Я знаю, это прекрасная блондинка рассказала тебе о моем интересе. Кажется, твоя бывшая подружка, или что-то вроде того...
- Прошу тебя, не уходи от темы, мы говорим сейчас о твоем интересе к моей личности, а не о моем интересе к женщинам.
- Ну да. Мне нужно было знать, что ты представляешь собой, как специалист.
- Ты красиво врешь, Питер. Но я все равно беру тебя на работу. Если у тебя есть тайны, - то это именно твои тайны. И еще, я предлагаю отпраздновать наше сотрудничество. Приглашаю тебя пообедать со мной.
У меня появилось предчувствие, что с помощью нового программиста хлопот у меня прибавится. Но деловые люди обычно не верят предчувствиям, а Питер заплатил неплохой вступительный взнос - деньги за его программы. Поэтому, когда Андрей проводил Питера в расчетный центр, мои предчувствия уже оставили меня в покое.
Обедать мы отправились в одно из небольших кафе, которых в деловой части города было превеликое множество. В этом кафе были чистые скатерти, расторопные официанты и вкусная еда. Все три эти факта говорили за то, что обед в этом милом местечке обещает быть приятным. Он и обещал, пока мой спутник не замер от неожиданности прямо посреди холла. Я проследил за направлением его взгляда и напряженно улыбнулся.
За дальним столиком сидел мужчина, на которого я обратил внимание вчера. Он был снова погружен в свое меню и не почувствовал на себе наших напряженных взглядов. Я был заинтересован тем романтическим ореолом, который окружал этого странного мужчину. Питер же был жутко не то изумлен, не то испуган, я не мог понять, в чем дело.
Питер, заметив, что я смотрю туда же, куда и он, спросил громким шепотом:
- Скажи, ты узнаешь этого человека, Тони?
- Я его вижу уже второй раз за два дня. Мне он кажется знакомым, но я не могу понять, откуда.
- Ну, еще бы, тебе не знать его!
- Что? - тон Питера был таков, словно он очень давно знает и меня, и того, кто испугал его (я ясно слышал в его голосе нотки страха), и удивляется тому, что я не помню таких элементарных вещей. Или таких важных вещей? После моего вопроса Питер нахмурился и произнес спокойно:
- Извини, Тони, кажется, я позволил себе сказать лишнее. Пожалуйста, не расспрашивай меня ни о чем. Каждый из нас имеет право на тайну, не так ли?
Я пожал плечами и предложил:
- Ну что же, не будем обсуждать твои тайны, да и мои, пожалуй, трогать тоже ни к чему. Мы пришли обедать, а не открывать тайны, тем более, если один из нас не считает, что эта тайна должна быть открыта.
Питер понял, что я намекаю на его таинственность, и тут же пожал плечами:
- Ну, Тони, это дело мое. Может, я и расскажу тебе кое-что, когда придет время. А беспокоить тебя преждевременно я не собираюсь.
- Хорошо.
Мы сделали заказы и молча принялись за еду. Я исподтишка наблюдал то за Питером, то за белокурым незнакомцем, не понимая, почему же этот мужчина, красивый, не спорю, кажется мне знакомым.
Мы уже доедали десерт, едва не ставший причиной моей преждевременной смерти. Потому что мимо меня прошла, благоухая своими любимыми французскими духами, Галочка, так увлеченная стремлением к какой-то особой цели, никем не познанной, я доедал мороженное. Как хорошо, что я все-таки умудрился благополучно проглотить то, что было у меня во рту.
Галочка была просто восхитительна. Ее пушистые волосы необыкновенного оттенка были небрежно разбросаны по плечам. Для такой кажущейся небрежности необходимо две вещи: тщательно завить волосы и так же тщательно определить место каждого локона, каждой прядки. Бог мой, я до сих пор схожу с ума от нежности, когда вижу ее даже в мыслях.
Боюсь, я не смог скрыть своего изумления, когда увидел Галочку. Еще больше изумило меня то, что она проскользнула мимо меня, не обратив никакого внимания. Меня это уязвило. Но худшее произошло, когда я увидел, куда спешила моя очаровательная блондиночка. Она спешила к не менее очаровательному и еще более блондинистому герою, тому самому, который озадачил меня и напугал Питера.
Питер предложил закончить трапезу и удалиться, но совсем не удивился, когда я сказал, что мне нужно чуть задержаться. Он наверняка знал, что произойдет дальше. А дальше я медленно поднялся со своего стула и неспешным шагом пошел к столику, где сейчас Галочка весело болтала с белокурым изяществом. В руках у меня была вазочка с остатками мороженого, но, ручаюсь, я наверняка не был похож на официанта. Я стоял какое-то время у столика, ожидая, пока меня заметят, но меня продолжали игнорировать, и мне пришлось принимать срочные меры.
Я изящно поклонился и мягко произнес:
- Здравствуйте.
Кажется, я начал перенимать у Питера его манеру разговора, мой голос звучал чуть приглушенно и от этого - более загадочно. Галя подняла голову, и ее улыбка уступила место ехидной усмешке:
- А, это ты, Тони. Что ты здесь делаешь?
- Честное слово, я не следил за тобой. Я здесь обедал со своим новым сотрудником, а ты промчалась мимо, даже не заметив меня. Это меня заинтриговало.
- Я не виновата, что ты такой незаметный! - усмехнулась Галя. Ее новый друг недоуменно переводил взгляд с меня на нее и обратно. Может, если бы я не показал тогда, как Галочка мне дорога, ничего бы не случилось. Или случилось бы не так скоропостижно, кто знает. А может, в тот миг нами снова играла судьба. Может быть. Все равно я ни о чем не жалею.
- С каких это пор я стал незаметным. Милая? Куда ты смотрела, что не видела меня?
- Я смотрела на него, Тони. - Пояснила Галочка с легкой улыбкой на своих очаровательных губках. Я холодно улыбнулся (у меня в руках была вазочка с тающим мороженым, поэтому я очень надеялся на то, что из рук холод перешел в холодную улыбку):
- Думай о том, что говоришь, девочка моя. А то я сейчас как заревную!
Может, получилось резковато. Офигенно ослепительный блондин самодовольно усмехнулся, видимо, под грузом обстоятельств решив, что отбил у меня любимую женщину (все это было совсем не так, она сама отбилась от рук, мерзкая девчонка!). Галя же рассмеялась в ответ на мое предположение. Она всегда была очень резка в суждениях:
- Твоя ревность была бы оправданной, если бы я любила тебя. Но ведь это не так!
- Я думаю, ты меня любишь! - усмехнулся я. Уж очень горячей показалась мне ее речь. Мороженое продолжало таять. Галочка покачала головой:
- Если уж выбирать, то я выберу его. - Она указала на блондина, и он открыто и нагло расхохотался.
Мои движения были полностью рассчитаны, не даром же я программист. Я сделал шаг к блондину, и содержимое вазочки с мороженым украсило его начесанную шевелюру. Все равно я не стал бы доедать это растаявшее мороженое. Я не люблю растаявшее мороженое. После того, как мороженое залепило шевелюру и физиономию нового Галочкиного увлечения, я улыбнулся самой прелестной из своих улыбок, поцеловал ее нежно-нежно, пока она не поняла, что случилось, и произнес, крайне довольный собой:
- Ну, вот видишь, я уже и ревную!
После этого мне осталось только заплатить по счету и отправиться восвояси, что я и сделал. Ах, чего не сделаешь ради любимой девушки... вернее, женщины, но к черту эти уточнения. Жаль, что в руках у меня была всего лишь вазочка с мороженым. Но этот поступок, по крайней мере, принес мне удовольствие.[more/]

Продолжение следует