(продолжение)

24
План Медеи обязательно должен был сработать. Она шла рядом с Женей, в который раз окидывая его внимательным взглядом. Что она чувствовала, когда была рядом с ним? Гордость, удивление, восторг, трепет? Разве может ведьма чувствовать подобное, пусть и не по отношению к простому смертному? Оказывается, может. Если этот человек так же недоступен, как и в первый день их знакомства.
Медея уже неплохо узнала его характер. Во всяком случае, ее наблюдений хватало, чтобы понять, что на Евгения ни в коем случае нельзя давить. Если он пожелает что-то сделать, – он сделает. А если нет, – тут хоть что предприми, его с его позиции сбить вряд ли удастся. Вот она, Медея, рядом со своим неприступным другом. Но кто это стоит на дороге, улыбается им обоим и говорит насмешливо:
- Женька! Сколько лет, сколько зим!
- Макс! Как я рад тебя видеть!
Медея улыбнулась, переглянулась с Максом и спросила обидчиво:
- А со мной что же не здороваешься, Макс?
- Медея? Извини, я не сразу тебя узнал. Ты сегодня… немного не такая, как бываешь, когда мы встречаемся. Ну, здравствуй.
- Медея, откуда ты его знаешь? – Интерес Жени вполне понятен, но Медея отвечает скупо:
- Так, пересекаются порой наши пути-дорожки.
Макс берет инициативу в свои руки:
- Вы, друзья-товарищи, собственно, куда направляетесь?
- Ну, куда… Гуляем. – Ответил Женя.
Они и, правда, просто гуляли, не имея дальнейшего плана действия.
- Может, зайдем ко мне? Это недалеко. – Предложил Макс. Медея и Женя переглянулись. Делать все равно нечего, так почему бы ни принять предложение и не сходить в гости?
- Пойдем. – Женя решил за обоих, а Медея и не думала протестовать. Они провели чудесный вечер втроем. Макс играл на гитаре и пел, они с Женей вспоминали времена год-два назад, когда вместе веселились и вместе встречали неприятности. Медея взглянула на часы. Пожалуй, ей пора уходить, чтобы дать Максу время поделиться своими наблюдениями:
- Ну, ладно, друзья, вы как хотите, а мне надо бежать.
Женя вскочил:
- Я тебя провожу.
- Не имеет смысла. Я сейчас не домой, я – к отцу.
- Как поживает твой отец? – Поинтересовался Макс. В этом вопросе был тайный смысл. Медея ответила:
- Все в порядке, спасибо. Да, послезавтра, - многозначительная пауза, - отец хотел бы тебя видеть.
- Я обязательно приду! – Он искренен. Медея улыбнулась обоим и выпорхнула за дверь. Пусть поговорят. Может быть, Женя изменит свое отношение к ней? Ну, сколько можно быть просто друзьями?
Макс тем временем удобно устроился на диване. Взглянул на Женю:
- Красивую ты себе девчонку нашел. Только почему ты так легко ее отпустил?
- Почему легко? Нужно ей – она и ушла. А ты откуда с Медеей знаком?
- Я с ее отцом знаком. Серьезный, знаешь, мужчина. Очень интересный человек.
- Он с дочкой познакомил?
- Нет. У него познакомились. Ты, Женька, счастливый человек. Такая красавица с тобой рядом. Вообще-то говорят, что Медея ни одного парня больше двух-трех встреч не удостаивает. Ты, значит, исключение.
- Мы с ней друзья, наши отношения в другие сферы не переносятся.
- Да неужели? Но ведь как раз ночью Дея делает так, чтобы ее никогда не забыли.
Евгений поморщился. Подобные разговоры ему не нравились. У каждого своя жизнь. Медея поступает так, как считает нужным. Только почему тогда это так его расстраивает?
- Это что, тоже по слухам?
Макс цинично усмехнулся:
- Ну. почему же… По опыту. Да ты, Женька, не смущайся. Я тебе дорогу не перейду. Да и не соперник я тебе. У вас с Деей это как-то… Ну… По-настоящему, что ли.
- Да не было у нас ничего, пойми ты, Макс!
Макс прикинулся удивленным:
- Не было? Так чего же ты ждешь? Лови удачу, пока она рядом.
Женя задумчиво попросил, сдаваясь:
- Расскажи, как она в постели.
Макс рассказывал, естественно, не жалея красок. Евгений слушал его рассеянно, думал он о другом. В его голове сейчас метались, не давая покоя, такие мысли: «Как она могла?! Как она посмела?! Предательница! Ну, я ей покажу!» Если бы Евгений сейчас попытался проанализировать свои мысли, как сторонний наблюдатель, он бы понял, насколько его притязания необоснованны. Они с Медеей ничего не обещали друг другу, поэтому предать его она уж никак не могла. Когда Макс закончил рассказ, Женя попрощался, спокойно улыбнувшись в ответ на фразу друга:
- Ты, Женька, на меня не обижайся. Заходи, как время будет.
Мысли его были уже далеко. Он позвонит Медее, настоит на встрече. Что скажет она сама? Это должно все решить. Почему-то Евгений считал себя оскорбленным. А на самом деле… О, это была обыкновенная ревность, так знакомая Медее. Теперь же и Евгения не минула чаша сия.

25
Медея ждала предстоящей встречи с Евгением, и почему-то тревожно было у нее на сердце. Она поняла, по голосу в трубке телефона, что Женя встревожен, расстроен, зол даже. И хоть он ничего не сказал, все было, как обычно, но Медее стало страшно.
Чего может бояться прекрасная ведьма? Раньше Дею не испугал бы никто и ничто. А теперь вот она боится этого разговора с Евгением. И, кажется, не без основания.
Они договорились встретиться в парке, недалеко от дома Медеи. Впрочем, и от Жени это было тоже не очень далеко. Вообще-то ведьмочка не любила опаздывать на свидания, она считала, что точность – это действительно вежливость королей, а опаздывать на назначенные с определеным временем встречи – значит, просто проявлять свою невоспитанность. Но в этот раз Дея опоздала. Ее сердце билось чересчур сильно, ее легким не хватало воздуха. Она идет спокойно. Внешне – уверенно, каблучки постукивают по асфальту: цок-цок, цок-цок. Но время от времени раз, и скребанет каблук по асфальту. Почему так получается?
Вот и сердце у людей бьется ровно, ритмично, жить бы да радоваться. Но появляется кто-то, входит в мысли, душу, сердце. И сердце начинает биться неровно. Как тот каблучок, что по асфальту скребет.
Очень дорог стал Медее Евгений, и сама не заметила, как полюбила его. За гордость, уверенность, честность и открытый взгляд полюбила ведьма зеленоглазого тигра. А теперь идет к нему, тяжело, как на Голгофу, и боится, что будет эта встреча последней.
Евгений увидел ее, пошел навстречу, без улыбки, серьезен. «Кажется, сейчас будет трудный разговор», - подумала девушка. Улыбнулась ему:
- Здравствуй.
- Здравствуй. Дея, мне с тобой нужно серьезно поговорить.
- Я тебя внимательно слушаю, Женя.
- Пойдем, сядем.
- Ну, что же, пойдем.
Они уселись на скамейку, но Женя не спешил начинать разговор. Он был спокоен, сосредоточен. Светлые глаза его смотрели куда-то мимо Медеи, лишь время от времени он смотрел на нее, встречался глазами с ее пристальным взглядом, и вновь отводил глаза. Дея смотрела на него пристально-пристально, будто пытаясь понять что-то. Или запомнить Евгения таким. В который раз она думала о том, что он очарователен. И все так же недоступен. Как жаль. Женя, наконец, заговорил:
- Дея… Ты от Макса рано ушла… Мы с ним потом еще говорили…
- Естественно, на то вы и друзья. – Ответила Медея. Конечно, она знает, что разговор был о ней, но зачем же раскрывать свои карты? Ни к чему.
- И ты знаешь, о чем он рассказал мне? – В вопросе этом содержалась добрая доля утверждения. Девушка заставила себя улыбнуться:
- Откуда мне знать это, Женя?!
Евгению, кажется, все-таки тяжело начинать этот разговор. Он пару минут молчит, подбирая слова. Медея сидит рядом с ним, близко-близко, она чувствует тепло его плеча, и ей так славно. Ей раньше никогда ни с кем не было так хорошо. Просто рядом с Евгением Медея чувствовала себя королевой.
- Макс сказал, что вы с ним неплохо проводили время вместе.
- Он был прав. Но это было очень недолго.
Евгений молча смотрел на Медею, не в силах понять, что с ней случилось. Почему она так откровенна и так цинична? Откуда эта ухмылочка? Ведь она может быть доброй, открытой и нежной. Что же с ней сейчас?
- Дея… Каждый человек имеет право на свободу и право на выбор. И я бы об этом не говорил даже…
- Женечка, миленький, да пойми ты, я хочу любви. Ты не желаешь сдаваться, ты слишком самоуверен, самовлюблен и горд для этого. А вот Макс знает, знает, какое счастье – провести ночь со мной. Да и Данил тоже знает…
В этот момент она была невыразимо пошла. А упоминание о Даниле просто вывело Евгения из себя. Всего лишь на мгновение он потерял над собой контроль, но именно в это мгновение пощечина обожгла лицо Медеи. Она удивленно и жалобно взглянула на Евгения, закрыла лицо руками, но не заплакала. Если бы кто-то другой ударил ее, он бы за это поплатился, и поплатился жестоко. Но это же был Евгений! Ее Женька! Она заговорила тихо:
- Это глупо, это просто недостойно мужчины – ударить женщину. Ты ничего не понимаешь… И не хочешь понять!
Он тяжело вздохнул и ответил устало:
- Да нет, я все понял. Спасибо, что поняла мне понять, кто ты такая.
- Кто? Я – обычная ведьма, влюбленная в идиота.
- А, по-моему, ты обычная дешевая шлюха, гоняющаяся за впечатлениями! – Он не хотел это говорить, эти слова вылетели сами. И тотчас же прозвучала ответная пощечина. Звонко, как удар в ладоши. Медея вскочила. Щеки ее горели, ладонь – тоже.
- Что ж, твое дело, как называть меня. Но только ты меня совсем не понял, и, боюсь, не поймешь. А когда узнаешь все, рано или поздно… Скорее, это будет поздно.
Повернулась и ушла, свободная и независимая, гордая и горячая. А в сердце – жгучая ярость и кипящая ненависть. И еще огромная. Пульсирующая боль. Первая настоящая любовь.

(продолжение следует)