(продолжение)

3
Андрей был безутешен. Наверное, он слишком любил свою жену, чтобы простить ее смерть, смириться с ней. И виной всему было существо, которое его жена носила под сердцем, которому она дала жизнь. А сама ушла в мир теней. Он не мог полюбить этого ребенка. Он не мог заставить себя улыбнуться при виде сына, взять его на руки, укачивать, давать ему тепло и ласку, заботиться о нем. Этот ребенок убил его жену. Это он убил Ирину. Это он!
В это время Андрей ни с кем не мог говорить, только один человек мог помочь ему, облегчить его боль, дать совет. Так было всегда, и сейчас тоже. Это был Владимир, старший брат Ирины. И с Ириной-то Андрей познакомился благодаря Володе. Он заботился о ней и обожал свою сестру, почти боготворил ее.
Как ни странно, когда Ирина умерла, только Володя сумел сохранить здравый смысл и частично хладнокровие. Он понимал, что главное сейчас – его племянник, тот новорожденный малыш, который раньше был таким желанным, а теперь стал ненавидимым и одиноким. Как не переживал Владимир смерть любимой сестры, но твердо понимал, что она мертва, и с этим уже ничего не поделаешь.
Ее сын - другое дело. Он нуждается в заботе и нежности любящего отца, раз уж Бог забрал мать младенца. Именно поэтому однажды Владимир обнял за плечи Андрея и тихо спросил:
- Скажи, Андрей, о чем Ира просила тебя, когда умирала?
- Она… Просила… О сыне заботиться… - Эти слова дались Андрею с видимым трудом. Он не мог забыть лицо любимой жены. Глаза его были печальны, глаза искажены болью воспоминания. Владимир заметил грустно:
- Вот видишь, Ира оставила Евгения тебе и ушла к Создателю, спокойная. Ты должен выполнить последнюю волю Иры…
- Выполнить? Но как? - В голосе у Андрея отчаянье. Володя подсказал:
- Нужно любить этого малыша. У него кроме тебя и меня никого нет. Я помогу. Все будет хорошо.
До утра они просидели без сна, связанные общим горем и общей заботой.
Когда, на следующий день, Андрей взглянул на своего сына, он уже не видел в нем врага, но просто маленькое существо, младенца, нуждающегося в защите и нежности. С тех пор не было отца заботливее и нежнее Андрея.
4
Выслушав рекомендации отца, Медея решила заняться порученным ей делом, не теряя времени. Настроив свой внутренний компас на волну Евгения, Медея без труда выяснила, где ей его искать. Это почти в центре города, известное место. Ее внутреннее, колдовское чутье подсказывало, как нужно поступить, а своему внутреннему чутью она уже давно научилась доверять.
Медея позвала телохранителя и отправилась на встречу с Евгением. Он, правда, об этой встрече не знал, но это вовсе не имело никакого значения. Красивой девушке всегда рады, даже если она появляется неожиданно и приходит незваной.
Евгения Медея увидела сразу же, и отметила, что выглядит он внушительно. Черный кожаный плащ добавлял ширины его плечам, а русые волосы, собранные в хвостик, придавали ему своеобразную прелесть. Медея кивнула телохранителю и пошла к Евгению.
Евгений смотрел на Медею, раздумывая, куда может идти эта красивая девушка. таких на улице редко встретишь. Позади нее, отставая шага на два, неотступно следовал молодой человек примерно ее возраста, или чуть старше. Он был среднего роста, темноволос. Черты лица выдавали в нем кровь не то юга, не то востока. Лицо его было суровым. Он был своеобразен и красив той красотой, которая в первые мгновения ускользает от взгляда, и лишь позже проявляется все сильнее. Этот человек был телохранителем Медеи. Ее отец настоял на присутствии рядом с дочерью телохранителя, то ли для того, чтобы произвести впечатление, то ли для того, чтобы обеспечить ее безопасность. Впечатление телохранитель Медеи, и, правда, производил. Впечатление жестокого и безжалостного убийцы, игрока. Каковым он, впрочем, и являлся.
Медея, не медля и не колеблясь, подходила к Евгению. Подошла, мило улыбнулась и сказала:
- Привет. Я рада тебя видеть, Женя!
Он озадаченно улыбнулся, глядя на Медею и ее спутника, отстававшего не больше, чем на два шага.
- Мы разве знакомы?
- Конечно. Мы встречались целых два раза, с промежутком в шесть лет. Забыл?
- Так ты… Та девочка? С необыкновенным именем?
- Да. Я – Медея. Ты почти совсем не изменился, Евгений.
- А ты очень изменилась, Медея.
- Зови меня просто – Дея. Так меня зовут все друзья. Познакомься, это мой телохранитель, Дмитрий.
Женя кивнул, пожал руку телохранителя Медеи, без особого восторга, впрочем. Медея это заметила. Произнесла с улыбкой:
- Вообще-то Дима – киллер. А телохранителем стал, потому сто мой отец в состоянии много заплатить.
- Киллер – это наемный убийца? – Удивленно спросил Евгений у Димы. Тот ответил спокойно, пожав плечами:
- Ну да.
Его собственная профессия не удивляла, она ему нравилась. Женя взглянул на часы, и Медея спросила тихо:
- Торопишься?
- Да нет. Жду друзей. Должны через пять минут подойти. Как дела у тебя, Дея?
- Отлично. Отец во мне души не чает. Все есть, все здорово. Учусь в университете, на психолого-педагогическом.
Ее батюшка считал, не без основания, что, когда придет время, Медея заменит его и станет жрицей великого сатаны. И тогда ей понадобятся не только познания в магии, но и умение управлять людьми. Это и послужило для выбора профессии для Медеи. Да и вообще, психология нынче в моде.
- Тебе нравится там учиться?
- Да, очень. Я никогда не занимаюсь тем, что мне не нравится. Правда, вкусы у меня, на взгляд некоторых людей, несколько странные. Их привил мне отец в раннем детстве. Но это не важно. А что ты? Чем занимаешься?
- Учусь в университете. На физико-математическом.
- Достойное дело. И прибыльное.
- Ну, в какой-то мере – да. – Улыбнулся Евгений. Он чувствовал себя так, будто встретил старого, хорошего друга, с которым давно не виделся, и в этом заключается особая прелесть встречи. Медея хотела что-то сказать, но тут Женю окликнули. Женя улыбнулся и сделал шаг навстречу пришедшим. Они были примерно его возраста, молодые и улыбчивые парни. Один из них – немного пониже Жени, хрупкий, стройный, подтянутый, со светлыми волосами, голубыми глазами, и доверчивой, открытой улыбкой. Женя представил его Медее:
- Алексей.
Медея протянула руку, он коснулся ее руки и покраснел. Как оказалось позже, краснеет он регулярно, по самым различным поводам, и сам не понимает, от чего зависит эта его особенность. Второй юноша ростом и комплекцией был схож с Евгением. Внимательный, сосредоточенный, в очках, он имел вид чуть ли не профессорский. Впечатление дополняли бакенбарды и его неулыбчивость. Нет, конечно, он умел улыбаться, но пользовался этим своим умением не часто. И его Евгений представил тоже:
- Александр.
Медея улыбнулась. Друзья Евгения производили хорошее впечатление. Они были из тех милых, неиспорченных парней, которых так мало осталось в конце двадцатого века. В общем, они были не то рыцарями, не то джентльменами. Женя предложил:
- Ну, что, может, пойдем ко мне? Возьмем пару бутылочек вина, выпьем за встречу. Как ты думаешь, Медея?
- Дея! Зови меня Деей, Женя. Это и вас, ребята, касается. А что до того, чтобы отметить нашу встречу – я не против. Правда, надеюсь, ты не забудешь пригласить Диму?
- Конечно, нет. Тем более что он твой… - Женя взглянул на Диму, – телоохранитель.
- Вот и отлично. Пойдемте.
Вечер был полон веселья и разговоров. Медея просматривала подходы к Жениному сердечку, одновременно отметив про себя, что обоим его друзьям пришлась по душе. Что ж, она и это сумеет использовать, когда будет нужно.
Ничего серьезного в тот день Медеей предпринято не было. Да и глупо было бы, в первый же день. Однако Медея уже чуть-чуть начал понимать, что за человек Евгений. А это уже кое-что.

(продолжение cледует)