С противным жужжанием расстегнулась молния, и из палатки выполз взъерошенный, заспанный паренек. На вид ему было от силы лет 20, короткие темные волосы привычно торчали в разные стороны, а в серо-голубых глазах застыло, не слишком характерное для него, пренебрежение и полное отсутствие интереса к происходящему. В лагере было тихо… догорал костер и лишь трое самых стойких все еще подкладывали в него остатки дров. “Вода простая осталась?”- вместо приветствия спросил проснувшийся. Все молчали… Только сейчас он разглядел тех, кто сидел у костра. Двоих он уже знал.. еще два дня назад они были среди тех, кто пил за “нашего нового Друга, Мишку!”. Да, проснувшегося звали Михаилом. Девушка и парень… Девушку звали Кошкой, а вот имя парня Михаил вспомнить никак не мог. Ну и ладно. Третий же был новеньким. И, к стати, единственным, кто в ответ на вопрос жаждущего влаги начал внимательно озираться в поисках воды. “Чувак, только вот… чуть-чуть осталось,”- сказал он, протягивая, уже окончательно выползшему из палатки Мишке, пятилитровую бутылку, где на дне еще что-то бултыхалось. “не питьевая,”- с прискорбием подумал лохматый Мишка, но говорить ничего не стал, оценив жест вновь прибывшего. Утро начиналось, как обычно.
Это был их лагерь, который всего за несколько дней из двух палаток превратился в целый городок человек на 20. Все они по глубокому убеждению Михаила были замечательными ребятами, в чем-то даже уникальными. Но в них не было ничего, что могло бы его заинтересовать и потому он все больше времени проводит вне лагеря. Вчера, например, он весь день ходил по всевозможным семинарам и мастер-классам, а вернувшись ночью просто рухнул спать. Фестиваль открывал уйму возможностей, на него собирались великолепные люди, даже находилась пара-тройка настоящих Мастеров…только вот почему-то подавляющее большинство людей приезжает сюда лишь для того, чтобы тупо нажраться и потусить. Этого Мишка понимать не хотел категорически и сегодняшний день, едва сбегав на родник, он тоже намеревался посвятить поиску новых знаний.
Но в этот день что-то пошло не так… Какое-то странное чувство надежно поселилось внутри и не давало сосредоточиться. Сперва он пытался с ним бороться. Набрал воды на весь лагерь, насобирал дров, запалил нормальный костер, позавтракал вместе с вновь проснувшимися. Но не помогало… А значит закрывать на это глаза было нельзя. Как маг, не мог он себе этого позволить. Мишка был магом. Хотя, скажи ему об этом кто-нибудь, то немедленно услышал бы кучу аргументов это оспаривающих. Не любил он им быть, очень не любил. Слишком хорошо знал, что это значит. А потому старался быть просто нормальным человеком. Но уже не мог. И, что самое скверное, прекрасно это понимал. Так что отмахиваться от ощущений не стал, наоборот попытался в них углубиться. Тревога… ожидание… чего?... не понятно. Словно он был нужен где-то еще, но пока не ясно где. “Трам-пам-пам… Снова приехали, блин. Отдохнул,”- проворчал он про себя. Не любил он знать что-то, чего еще нет…
Прошло пол дня, а ощущение все не отпускало. Доходило до абсурда, на тренинге по голосу, когда уже достигнув цели, ему начало удаваться вплетать в звуки своего голоса силу и частоту, обычно не доступные ему, вмешалось это беспокойство.. и на завершающих этапах он просто остановился, понимая, что концентрация безвозвратно утеряна. Вместе с ним остановился и Мастер, заметив эти перемены в нем. Что-то было не так, он чувствовал уже отчетливо, что должен быть не здесь. А ведь впереди его ждала встреча с еще одним Мастером, да и завтра, пожелай он уехать, его довезли бы на машине до самого дома. Но до завтра ждать было нельзя. Покрывая крайне нехорошими словами все эти предчувствия, которые он за свои годы уже успел жестоко возненавидеть, Мишка обреченно побрел собирать вещи…
Светило солнце и мир вновь обрел свои краски. Едва только молодой маг собрал последнее и накинул на плачи рюкзак, гнетущее чувство растаяло. А на его место пришло то бесшабашное ощущение собственной силы и удачи, что приходит всегда, когда он выходил на дело. Ничто больше не было важно… только он и этот мир, только их неспешный разговор… В лагере, почти, никого не было, кто-то спал, кто-то гулял, а кто-то обкурился настолько, что его присутствие можно было смело не замечать. Адекватен там был лишь тот новенький паренек, что утром так заботливо подал Михаилу водички. Попрощавшись с ним и передав, что и кому сказать, Мишка отправился в сторону трассы. Он улыбался. И люди, которых он встречал, улыбались ему в ответ. А у самого выхода с территории фестиваля к нему подошел какой-то застенчивый мальчик, добро улыбнулся ему и подарил Евангелие со словами :“Бог дарит жизнь. Он Любит вас.” Посчитав это добрым знаком и поблагодарив за подарок, Михаил пошел дальше, мысленно попрощавшись с фестивалем и поблагодарив его участников.
На трассе стояли двое, ловили машину. Грустные и уставшие… Мишка улыбнулся, все-таки на душе у него теперь было очень спокойно. А это всегда очень хорошо отражалось на его возможностях. “Вы ведь в Калугу? Если поймаете, меня с собой возьмете?”- вежливо поинтересовался он. “Конечно, только вот уже три часа стоим…”- ответили ребята. Мишка снова улыбнулся. Подошел к обочине, поднял руку вместе с ними… пятнадцать секунд спустя к одному из парней подъехала старенькая развалюха. Старенькая, но согласная подвезти всех троих. Ребята были в восторге. Доехав до места даже проводили парня до ЖД вокзала.
Поездов на сегодня до Москвы больше не было. Таксиста Михаил вежливо послал, заявив на предложение подбросить за три тысячи, что больше пятисот рублей он за это не даст. В целом, можно было начинать нервничать. Но не получалось, не оставляло чувство, что все идет, как надо. Он купил себе мороженку и наслаждаясь ее прохладным вкусом, начал неторопливо и с удовольствием прогуливаться по зданию вокзала. “Привет,”- внезапно послышалось со стороны скамейки. Мягкий женский голос. Мишка обернулся и увидел ее. Девушка.. молодая и уставшая сидела на скамейке и улыбалась ему. А рядом с ней был такой же большой рюкзак и, похоже, она чего-то тоже ждала…
Он все-таки успел.