Крупнов Юрий Васильевич

Необходимо собрать в Москве международную конференцию по Ливии

Почему Усама бен Ладен был убит именно 2 мая?

Помимо мощного запуска второй избирательной кампании Барака Обамы (его рейтинг за сутки скакнул аж на 9%) и утирания носа республиканцам, которые 8 лет «не могли» найти главаря «Аль-Каиды», главной целью ликвидации «террориста № 1» была корректировка переживаний жителей Земли по поводу Ливии.

Во-первых, по-голливудски блестящее шоу срочно понадобилось для того, чтобы сногсшибательной новостью затушить и вытравить гнев людей от очередного убийства ракетами НАТО очередных ливийцев – на этот раз трех внуков Муаммара Каддафи: двухлетней Карфаген, полуторагодовалого Саифа Мохаммеда и шестимесячной Мастуры.

Во-вторых, ликвидация должна была дать понять всем и каждому, что на смену ялтинскому миропорядку окончательно пришел миропорядок обамовско-клинтонский – когда лауреат Нобелевской премии мира вместе с супругой бомбившего Югославию Клинтона единолично выносят смертный приговор, заходя на часок в ситуационную комнату Белого дома и в прямом эфире через видеокамеру на шлеме спецназовца наблюдая за ликвидацией.

Т. е. теперь то, как Америка обычно смотрит зрелище казни по тюрьмам на электрическом стуле, переведено в разряд всеобщего принципа мирового порядка.

При этом высшая форма демократии заключается в том, чтобы весь остальной мир соучаствовал в этом ритуализованном убийстве и воспроизводил переживания этих избранных господ в той комнатушке – иначе автоматически попадешь если и не сразу в «плохие парни», то в кандидаты в оные.

Неслучайно на второй день ликвидации была вброшена именно эта фотография из ситуационной комнаты, декларирующая и навязывающая новое мироустройство. И в этом плане убийство бен Ладена, по большому счету, прямой ответ и привет Путину, который неделю назад в Дании позволил себе усомниться в здравости этого навязываемого миропорядка, когда избранные из лидеров НАТО принимают решения об уничтожении того или иного лидера: «Говорили: «Не хотим убить Каддафи», теперь некоторые официальные лица уже говорят: «Да, стремимся уничтожить Каддафи». А кто позволил это сделать? Что, разве был суд? Кто взял на себя это право – казнить человека, какой бы он ни был? И все молчат…».

[показать]

Да, Усама бен Ладен – террорист. Уж не нам жалеть того, кто еще 30 лет назад убивал советских солдат в Афганистане и организовывал самые современные на тот момент лаборатории по переработке опиума в героин.

Но в этом и состоит смысл спектакля про ликвидацию бен Ладена, что теперь с ним будут сближать и отождествлять тех знаковых лидеров, которые оказываются неугодными и неправильными (как неправильные пчелы у Винни-Пуха). И первым здесь идет как раз Каддафи.

Натовское публично-демонстративное изнасилование Ливии с прямой охотой за лидером этого суверенного национального государства, члена ООН – критически важно для инсталлирования принципа нового мирового порядка.

Мир в Вашингтоне и Брюсселе теперь окончательно поделили на три части. Первая часть – избранная, прогрессивная, лидеры которой как раз и собираются в ситуационной комнате Белого дома на Потомаке. Символично, что название этой реки, на северном берегу которой и стоит Вашингтон, происходит от имени когда-то проживавшего здесь и давно истребленного индейского племени.

Вторая часть – неправильная, изгойная. Это – легко расширяемый набор из бушевской «оси зла», в которую сегодня включили Ливию и ее лидера, а завтра так же легко включат любого другого лидера, в т. ч. и российского, если следующей Ливией назначат Россию. Именно в этой части неправильных лидеров будут автоматически отождествлять с бен Ладеном.

Третья часть – правильная, для послушных или вовремя исправившихся. Сюда входят «нормальные», полностью контролируемые «независимые» государства, принимающие новый миропорядок.

Как я уже много раз писал, эта новая модель мироустройства была прописана 10 лет назад Робертом Купером, на тот момент помощником министра обороны и заморских дел Великобритании, а теперь высокопоставленного чиновника Евросоюза. Купер считает, что мы живем в эпоху, когда одновременно существуют (читай: должны существовать) постмодерновые, домодерновые (т. е. досовременные, пещерные) и модерновые государства – как раз указанные выше три части.

Все решается немногими избранными постмодерновыми государствами, которые не только по ту сторону модерна, современности, но, очевидно, и по ту сторону Зла. А остальным дано право выбирать – быть послушными и демонстрировать свою модерновость, современность как способность подчиняться постмодерновым государствам или быть отправленными в список пещерных домодерновых, где с тобой могут делать все что угодно, поскольку ты оказываешься фактически вычеркнут из рода человеческого, переведен в статус питекантропа или даже обезьяны.

Ноу-хау последнего времени: упор при этом – уже даже не на смене режима в назначенных быть домодерновыми странах, а на смене лидера в виде его прямой ликвидации в случае неповиновения. Повесили Саддама Хусейна, охотятся и долбят по дворцам Каддафи... Кто там следующий?

Т. е. перед нами – не просто «конец ялтинского мира» и «конец суверенитетов», как это пару месяцев назад радостно заявил «из Вашингтона» Николай Злобин, но и конец самих суверенов. Даже демократическая риторика, когда суверена якобы определяет народ в результате «свободных выборов», сдается в архив. Суверена теперь решили определять собравшиеся в ситуационной комнатке на Потомаке.

В этой ситуации миру опять нужна Россия, которая только и может сегодня заявить и продвигать альтернативный принцип мироустройства, организованный вокруг не охоты за загоняемыми в пещеры суверенами, а вокруг недопустимости уничтожения суверенитетов и инфраструктур, вбомбливания государств в пещерный век и предоставления всем государствам права на развитие и максимальных инфраструктурных возможностей для развития.

Для нас сегодня наступил чрезвычайно выгодный момент, когда правильная и точно рассчитанная российская инициатива может найти поддержку у большинства государств мира и при этом не выглядеть прямой конфронтацией с США, G8 и НАТО.

Для этого необходимо в срочном порядке (в идеале – 9 мая) собрать в Москве чрезвычайную международную конференцию высокого уровня по Ливии, предметно и откровенно обсудить на ней сложившуюся ситуацию и предложить инициативы по выводу мира из ливийского тупика. В частности, предложить созвать не только срочное заседание Совбеза ООН, но и провести чрезвычайную Генеральную Ассамблею ООН по Ливии с целью остановить агрессию против Ливии и провести тщательный детальный анализ правомерности и эффективности действий технического руководства ООН. Чем субстантивно наполнить повестку московской конференции по Ливии, в целом понятно.

Важно не упустить момент, иначе следующие кадровые решения из тесноватой ситуационной комнатки будут уже по России.