Бывают такие дни – без скелета, без замысла. Ни плохие, ни хорошие. Как рассыпанная цветная смальта – каждый кусочек о своем.
И метель такая же – без вектора. Ничто не подсказывает: то ли она навсегда, то ли завтра весна. Всё может быть, ничего не удивит.
Снегоуборочные машины с ветерком носятся, с присвистом, с остервенением каким-то. А дома стоят равнодушные, отрешенные: что воля, что неволя…
Лифты не ездят. Иголка у шприца ломается. А под столом туфли стоят, чтоб с улицы переобуться. Обычные туфли всегдашние – теплые, уютные. Ну не стыкуется одно с другим, хоть ты тресни!
Бывают такие дни, когда встречные начинают коситься на тебя подозрительно и насторожено, да и знакомые… эх! Лучше в такие дни не шутить, право. Шутки твои зависают в настороженной неловкой тишине. И это при том, что сама по себе, «внутри», ты бодра и рвешься к работе. Настолько рвешься, что просто таки не знаешь за какой кусок схватиться, настолько тебе всё любо

В общем, что я думаю. Это все от недосыпу. Недосып бывает хронический, неделями накопленный – от такого ползаешь, как осенняя муха, носом клюёшь. А бывает недосып одноразовый шоковый. Организм после такого – гоголем! Он как бы даже не сообразил до конца, что ему чего-то недодали, но героем уже себя чувствует. Он про сон даже слышать не хочет. Не понимает, что отдаленный гул в голове и некоторая излишняя объемность восприятия – не спроста, организм в бой рвется. Но, конечно, до поры – щекой на подушку, свет можно не гасить.