24.08.2014 День Седьмой. База Озёрная ‒ перевал Сундук ‒ р. Вангыр.
Утром проверила потери после ночного налёта. Одна маленькая дырка в сухарях, ещё одна, поменьше ‒ в мясе, и ‒ почти уполовинен один из порционных пакетов с сухофруктами! Представила, как мышь, онемев от счастья, запасила наши орехи изо всех своих мышиных сил. О, Мышь!
Так что, путник, помни: уходя в баню, всю еду бери с собой убирай сухпай в недоступные мышам места.
А между тем, погода была отвратительная: ветер и морось, переходящая в дождь. Восхождение на Сундук откладывалось, но отчасти мы должны были увидеть его с одноимённого перевала, через который проходит путь на р. Вангыр.
От базы тропа какое-то время петляет по лесу, но по мере набирания высоты часто теряется на скальных выходах и морене. В лесу сыро, на камнях скользко, каждая ёлка норовит, словно большой лохматый пёс, непременно отряхнуться и обдать тебя веером капель.
На перевале все эти неблагоприятные факторы среды взяли и массово достигли своего апогея. Во-первых, там было болото с высокой травой, кустарничками и протоками (ёлки-палки, а есть в этих горах такое место, где болот не было бы?..), во-вторых, дул гораздо более сильный и не в пример более холодный ветер, в-третьих, из-за тумана-мороси мало что было видно: сам Сундук, например, виден не был, и, если верить глазам, мы находились на небольшом болотце, окружённом редкими деревьями.
Внёс свою посильную лепту в общее безобразие и навигатор: разрядился посреди болота.
Зато когда мы уже миновали седловину, небо потихоньку принялось расчищаться, являя взору удивительной красоты пейзаж: ярко-красные лужайки среди зеленоватых камней, желтеющие заросли карликовой берёзки, кое-где папоротники, похожие на бьющие вверх зелёные фонтаны, редкие колокольчики и какие-то жёлтые цветки, журчливые прозрачные ручейки, прыгающие иногда вниз небольшими водопадами, ‒ и впереди-внизу поблёскивает среди бархата леса Вангыр, и за ним ‒ опять горы. Придётся поверить мне на слово, что так всё и было, потому что ни одной фоты у меня нет.
Прекрасный сей склон, впрочем, тоже вскоре закончился, и началось то, что впоследствии было названо «вангырщиной»: т. е. старая вездеходка, преимущественно заросшая ивняков выше человеческого роста и порядком заболоченная (шли по левому берегу Вангыра). Есть некоторые участки (их немного!), где колеи сухи и на них ничего не растёт, кроме безобразного количества подосиновиков (казалось бы, после Паанаярви удивляться нечему ‒ но где там! До сих пор стоит перед глазами картина: Колдун идёт по колее, уткнувшись в навигатор и, не замечая, въезжает ботинком прямо в семью маленьких подосиновиков штук из 15).
До приюта Вангыр остаётся ещё около десятка километров. Сегодня уже не дойдём, вышли поздно. Привал.