Osada Steve: Я должен сказать, что среди всех практикующих сегодня японских бондажистов, Ваши работы наиболее красивы. Важно ли это для Вас? То, что сделанные Вами обвязки красиво смотрятся?
Yukimura Haruki: Конечно, это одна из самых важных вещей. Вы должны понять, что основная моя работа – для видео. Я сделал больше 2500 бондажных видео, и уж промолчу о количестве фотографий. Так что да, это очень важно, что сделанные мной обвязки красивы. Но не менее важны впечатления женщин, с которыми я работаю. Если женщине будет некомфортно, то независимо от красоты обвязки результат не будет выглядеть красиво. Существенно, что все мужчины с удовольствием смотрят на лица женщин, и они хотят видеть женские лица в экстазе.
OS: Когда вы впервые заинтересовались шибари?
YH: Ну, первое знакомство с СМ было в начальной школе. Я нашел отцовскую коллекцию эротических рисунков, и фотографии связанных женщин показались мне смешными. Потом я забыл об этом, до момента наступления половой зрелости, когда я понял, что хочу связывать девушек, с которыми встречаюсь. Конечно, некоторые из них бросили меня после того, как я попробовал, но это даже было хорошо: мне нравилось смотреть как они себя ведут, когда я вытаскиваю веревку во время поцелуев.
OS: Что для вас шибари?
YH: Для меня шибари – это обмен эмоциями между мужчиной и женщиной. Уникальная японская штука - выразить любовь и эмоцию полностью посредством веревки. То есть шибари – это не то, как вы выполняете ту или иную обвязку, а то, как вы будете использовать веревку, чтобы передать женщине свои эмоции.
OS: Как вы стали профессионалом?
YH: В молодости я работал фотографом, брался за любую фотосъемку. В районе тридцати я стал также снимать эротику. Испробовал множество различных методов, чтобы сделать моделей на снимках как можно более красивыми и эротичными. Экспериментировал, наверное, больше любого другого фотографа - в частности и со связыванием. И как-то постепенно на работу с веревкой стало тратиться больше времени, чем на фотографирование. Иногда я связывал девушку и брался за камеру, но чаще мне хотелось с разными целями поместить в кадр и себя. И нужен был помощник, чтобы сделать снимок. В общем, годам к сорока я полностью сосредоточился на шибари.
OS: Вне Японии с термином "nawashi" творится большая путаница. Западные люди склонны представлять себе некий процесс квалификации. Какое бы вы дали определение слову "nawashi"?
YH: Это относительно новое слово, которое было составлено где-то после войны, вероятно, автором одного из СМ-журналов, которые были тогда очень популярны. "Nawa" по-японски – веревка, "shi" - частица, добавляемая к словам для указания высококвалифицированного представителя какой-либо профессии. Никакого процесса квалификации или официального стандарта на существует, так что не совсем ясно, когда именно человека можно называть "nawashi". Но я бы использовал этот термин для обозначения "прокачанных профессионалов" - тех, кто зарабатывает на жизнь посредством шибари и преуспевает в этом. Между прочим, есть много других слов, обозначающих профессионалов в работе с веревкой. Я использую термин "bakushi", производное от слова "baku" (ограничение), оно же входит в "kinbaku".
OS: Некоторые люди на Западе называют "nawashi" вообще всех, кто работает с веревкой, независимо от качества их работы и уровня подготовки в шибари.
YH: Зачем называть японским словом неяпонский стиль связывания? Кроме того, я не стал бы называть «nawashi» ни любителя, ни того, кто не обучался этому несколько лет в Японии.
OS: Ладно, давайте вернемся к вашему стилю работы. Вы известны тем, как вы общаетесь с женщинами, которых связываете: что-то бормочете на выдохе и делаете "пошлые" комментарии о ее теле или о том, что вы собираетесь с ней сделать. Зачем это все?
YH: Бормотание - определенно часть моего стиля, а пошло это еще с самого начала моей карьеры. Причин тому несколько. Во-первых, чтобы дать оператору сигнал о том, что я собираюсь сделать, таким образом, он может подготовиться и сфокусировать камеру на нужной части тела модели. К примеру, если я бормочу что-то типа; "Я не я буду, если под блузкой щас сисек не найду" - оператор знает, что надо сосредоточиться на груди модели. Во-вторых, мои комментарии смущают женщину, что очень заметно на снимаемом видео. В третьих, мое бормотание добавляет логической обоснованности происходящему. Например, что-то типа: "Почему ты опоздала? Ты где была вечером? Опять с парнями где-то шлялась?" Лучше, если зритель видит причину для связывания, видит, что для применения веревок есть эмоциональное побуждение.
OS: Есть ли видео, которым вы особенно гордитесь?
YH: Я сделал их так много, что трудно выбрать что-то одно. Хотя, ранее вы упоминали Jouen, видео, которое я направил для Cinemagic в конце 1980-ых. Вот оно, наверное, такое и есть. Тогда я сотрудничал с Minomura Ko, редактором "Kitan Club", давнишнего СМ-журнала, который больше не издается. До него это был журнал о дикой природе, но Minomura преобразовал его в СМ. Он много чего делал сам, работал с письмами читателей, писал рассказы, фотографировал, даже делал иллюстрации. Если видел по письмам, что читатель способен хорошо писать на тему своих фантазий – приглашал такого человека регулярно писать для журнала. Одним из таких авторов был Dan Oniroku.
OS: Minomura Ko тоже занимался шибари? На что были похожи его работы?
YH: Minomura использовал белые хлопковые веревки, только пять штук за раз. Веревки были мягкими, поскольку он не хотел повредить кожу женщин. Акцент он делал на стыде и смущении. Мог, например, взять обстановку традиционной японской гостиницы и привязать женщину к столбу-опоре. После чего расположиться перед ней с флягой сакэ и говорить ей разные смущающие вещи. И все это время наблюдал бы за ней – делал бы фотографии или наброски для иллюстраций, записывал свои впечатления о том, как она выглядит в его веревках. А потом все это появилось бы в журнале.
OS: Вот лично меня привлекают сложные обвязки. И глядя на многие ваши работы, я говорю себе, что кроме Yukimura Haruki так не сможет сделать никто. Как вы достигли такого уровня? Где черпаете идеи?
YH: Черпаю идеи в женщинах, в их сексуальной напряженности, которая возникает в них во время связывания. Под влиянием этой напряженности женщина будет хотеть чего-то большего, чем просто бондаж – к примеру, порка или пощечина. Но я занимаюсь только связыванием. И в ответ на ее стремления я добавляю веревки – вот откуда берется сложность обвязок.
Если вы хотите достичь вершин мастерства в шибари, вы должны связывать много различных женщин, потому что каждая женщина чему-то научит вас и даст идеи. Любая, даже самая простая обвязка будет отличаться на разных женщинах, поскольку женщины различаются размерами и телосложением. К примеру, если у женщины длинные и гибкие руки, может быть ей очень пойдет связать их за спиной как можно выше. Но с женщиной с короткими руками я такого делать не буду, а придумаю что-то другое. Я когда-то придумал очень красивую уникальную обвязку, когда работал с женщиной, у которой почти не было груди. Пробовал различные идеи, чтобы представить ее плоскую грудь действительно привлекательной. И эти идеи никогда бы не пришли мне в голову, работай я всю жизнь с полногрудыми девами.
Когда я снимаю видео, я практически не делаю сложных обвязок. Для видео я предпочитаю связывать попроще, а добавлять напряженности манипулируя другими факторами. Например, временем. Как долго я собираюсь оставить ее связанной? Когда я собираюсь развязать и повторно связать ее? Когда же я работаю с фотографом, особенно если фотограф хочет сосредоточиться на какой-то части тела модели и не включать в кадр лицо, я делаю более сложные вещи с большим количеством веревки. Тогда я работаю не со всей женщиной, а с ее частью ее тела, которую комбинирую с веревками, чтобы создать объект.
OS: Вы связали, наверное, больше тысячи разных женщин. Влюблялись ли вы когда-нибудь, ревновали ли?
YH: С одной или двумя женщинами у меня был роман примерно на год. Но такого рода длительные отношения для меня очень утомительны. Это моя работа, поэтому для меня лучше общаться с моими моделями в терминах отношений на один день – вроде как, романтика на несколько часов. Тогда я действительно смогу отдать ей все свое сердце. Я должен отдать ей всего себя, чтобы взять у нее все лучшее для камеры. Если я не открою свое сердце для нее – она не откроет свое для меня. Отвечая на ваш вопрос – да, я чувствовал ревность. Только сравнительно недавно я научился быть ровным в отношениях с моделями. Но бушевавшая когда-то во мне ревность – часть того, кем я являюсь сейчас.
_____________________

взято отсюда: http://shibari-by.com/people_7.html

[699x533]