В 1899 г. врач из города Бэйцзин (Пекин) в Китае выписал рецепт, который послужил началом самых необыкновенных археологических открытий. Для изготовления лекарства требовались размельченные «кости дракона», очень распространенный ингредиент, который можно было собрать на крестьянских полях в провинции Хэнань. Пациентом оказался ученый Ван Июн. Купив немного «костей», он обнаружил, что на самом деле это были обломки панциря черепахи, на которых виднелись странные царапины и трещины. Более пристальное изучение показало, что эти царапины нанесены намеренно. Ван случайно наткнулся на так называемые костяные оракулы, которые использовались для предсказания будущего во времена древней династии Шан. Надписи такого рода были древнейшей из известных форм китайской письменности.
Племя Шан, которое некогда считалось мифическим, процветало между XVI и XII вв. до н.э. в районе современного Аньяна, в 500 км к югу от Бэйцзина. Когда в этих местах производились раскопки, археологи извлекли более 100 000 костей и панцирей животных с начертанными на них обращениями к родовым богам. Казалось, люди племени шан советовались с ними по любому поводу.
Гадание по костяным оракулам практиковалось задолго до эпохи Шан, однако настоящего пика оно достигло только при этой династии. Подготовка к гаданию носила характер сложного ритуала. Лопатки домашнего скота и внутренняя поверхность черепахового панциря очищались скребками, высушивались и полировались. С нижней стороны выдалбливались углубления. Затем следовал вопрос, обычно его задавал царь. После этого кость сильно нагревали на раскаленных камнях или над горящим факелом, и на ее поверхности образовывался узор из трещин. Это и был ответ духа, предсказатель истолковывал его, а ответ наносил на ту же кость.
И после эпохи Шан простые люди продолжали полагаться на советы костяных оракулов. В одной полной горечи поэме, относящейся к 800 г. до н.э., рассказывается о молодой паре, которая перед свадьбой посоветовалась с костяными оракулами, но совместная жизнь их оказалась совсем не такой счастливой, как им было предсказано. К началу I в. н.э. костяные оракулы были окончательно вытеснены новым методом предсказаний — сначала на стебле тысячелистника, а позже на монетах.
В 1899 г. врач из города Бэйцзин (Пекин) в Китае выписал рецепт, который послужил началом самых необыкновенных археологических открытий. Для изготовления лекарства требовались размельченные «кости дракона», очень распространенный ингредиент, который можно было собрать на крестьянских полях в провинции Хэнань. Пациентом оказался ученый Ван Июн. Купив немного «костей», он обнаружил, что на самом деле это были обломки панциря черепахи, на которых виднелись странные царапины и трещины. Более пристальное изучение показало, что эти царапины нанесены намеренно. Ван случайно наткнулся на так называемые костяные оракулы, которые использовались для предсказания будущего во времена древней династии Шан. Надписи такого рода были древнейшей из известных форм китайской письменности.
Племя Шан, которое некогда считалось мифическим, процветало между XVI и XII вв. до н.э. в районе современного Аньяна, в 500 км к югу от Бэйцзина. Когда в этих местах производились раскопки, археологи извлекли более 100 000 костей и панцирей животных с начертанными на них обращениями к родовым богам. Казалось, люди племени шан советовались с ними по любому поводу.
Гадание по костяным оракулам практиковалось задолго до эпохи Шан, однако настоящего пика оно достигло только при этой династии. Подготовка к гаданию носила характер сложного ритуала. Лопатки домашнего скота и внутренняя поверхность черепахового панциря очищались скребками, высушивались и полировались. С нижней стороны выдалбливались углубления. Затем следовал вопрос, обычно его задавал царь. После этого кость сильно нагревали на раскаленных камнях или над горящим факелом, и на ее поверхности образовывался узор из трещин. Это и был ответ духа, предсказатель истолковывал его, а ответ наносил на ту же кость.
И после эпохи Шан простые люди продолжали полагаться на советы костяных оракулов. В одной полной горечи поэме, относящейся к 800 г. до н.э., рассказывается о молодой паре, которая перед свадьбой посоветовалась с костяными оракулами, но совместная жизнь их оказалась совсем не такой счастливой, как им было предсказано. К началу I в. н.э. костяные оракулы были окончательно вытеснены новым методом предсказаний — сначала на стебле тысячелистника, а позже на монетах.
После династии Шан пришла самая длинная (780 лет) в истории Китая династия Чжоу (1027-256(249 гг. до н.э.),при которой происходило основное развитие культуры. Во время правления Чжоу и сложилась т.н. "Книга Перемен". Название
объясняется тем, что главная идея в её основе - идея переменчивости, которая пришла к людям из наблюдения над сменой света и тьмы в окружающем мире. На основе этой идеи
сложилась система гадания о деятельности человека: идёт ли она вразрез с ходом мирового свершения или гармонично вплетается в мир, т.е. несёт ли она счастье или несчастье.
Книга состоит из 64 символов (гексаграмм), каждый из которых выражает определённую жизненную ситуацию во времени с точки зрения её постепенного развития.
Гексаграмма - это 6 чёрточек, расположенных одна над другой, они обозначают последовательные ступени развития данной ситуации.Черты двух видов: сплошные или прерванные посередине. Первя - символ автивности, света, напряжения (ян, ган, дзю); вторая - пассивность, тьма, подавленность (инь,жоу, лю).
Само гадание выражается:
1. Мысленный выбор ситуации, желания, намерения и т.д., которое навязчиво "висит" над тобой.
2.Выбор с помощю "Книги Перемен" соответствующей гексаграммы (при помощи, как говорилось в статье, листьев тысячелистника, палочек бамбука, монет).
Гадание с монетами - одно из простейших. Подбросил - посмотрел. Орёл - сплошная черта, решка - прерывистая.
Шесть подбрасываний - шесть чёрточек = одна гексаграмма.
Осталось открыть Книгу, найти соответствующую гексаграмму,
прочитать комментарий (и главное - понять его, потому что
написан он завуалированно, не вот прямо в лоб) - и сразу ясно, - встречаться ли с кем-то; заключать ли соглашение;
идти ли на свидание, в конце концов.