Моисей
Если бы сегодня какой-нибудь юноша спросил меня, как спасти свою душу, я бы ему ответил: «Возьми на себя попечение о ком-то другом!».Ибо вот, всякая человеческая душа, не ведающая чужой заботы, кроме хлопот о самом себе, либо уже погибла, либо стоит на грани пропасти. Где не поздно, надобно спасать души именно так: наставлять их, чтобы взяли они на себя попечение о благе кого-либо из окружающих. Трудно будет сделать только первый шаг, но потом придет ясное осознание того, что забота о другом гораздо слаще самоугодия. Никто из великих вероучителей не нарушил природного закона, когда учил людей жить, трудиться и прилагать старание к пользе других людей, ближних и дальних. Живя ради других, мы не отрываем от собственной жизни, но, напротив, укрепляем и расширяем ее. Заботясь о других, мы не отравляем горечью, а наоборот — услаждаем свою жизнь. Поэтому Христос, заповедав любовь к ближнему, не изрек ничего противного природе или сверхъестественного. Даже Толстой со своей проповедью жизни на благо ближних не учил ничему противо- или сверхъестественному. Да и Эмерсон, составляя свой трактат о компенсации в мiре сем, не вышел за пределы естественного бытия. Опираясь на собственный опыт, я мог бы сказать следующее.
У человека столько жизненных радостей, сколько жизней являются предметом его попечений.
Ведь страдать за других для человека порой бывает намного приятнее, чем за себя...
Заботясь о других, человек приближается к Богу, лучше понимает Бога, входит в дружество с Богом, прислушиваясь к Нему и исповедуясь Ему...
Пастух, заботящийся о десяти овцах, имеет в десять раз широчайшую душу, чем какой-нибудь богатый холостяк-рантье, который только и делает, что в одиночку ходит на прогулки, обедает и ужинает сам с собой в одиночестве и пересчитывает свои золотые монеты и акции. Пребывая в тупом и эгоистичном самодовольстве, он начинает чувствовать скуку [и тоску], из которой только две дороги: деградация или самоубийство. Когда Моисей стерёг стадо своего тестя Иофора близ горы Хорива, то о тысячах Божиих созданий он заботился больше, чем философ Шопенгауэр, искавший во Франкфурте холостяцкую квартиру на первом этаже, чтобы в случае пожара можно было выскочить из окна и спасти свою жизнь одиночки, даже не помышляя о том, что будет с многочисленными жизнями на остальных пяти или десяти этажах. Насколько выше и божественнее стал Моисей, когда его попечению был вверен целый народ. Чем больше забота и ответственность — тем ближе человек к Богу. Пася овец, Моисей мог дивитьсякрасоте Божия мiроздания и стяжать в себе страх перед безмерными знамениями дня и ночи. Но как вождь и пастырь целого народа, он должен был постоянно справляться о воле своего Всемогущего Царя и Владыки. Прочитайте и посмотрите, как Моисей молился Богу, чтобы Он спас народ от вражеского войска, или от голода, или от жажды, или от обитающих в пустыне змей, или от болезней; как держит он руки поднятыми к небу, пока его народ сражается с неприятелем, как испрашивает он волю Божию и как излагает законные предписания своему народу! Как, сообразуясь с волей Божией, изъясняет он и свою жизнь, и жизнь своего народа.Помните сей день, — заповедует Моисей народу, — в который вышли вы из Египта, из дома рабства, ибо рукою крепкою вывел вас Господь оттоле (Исх. 13, 3). Как все свои поступки подчиняет он воле Бога! Как скрывает себя, чтобы именно Бога представить глазам народа! Как всем своим замыслам и намерениям испрашивает он санкцию свыше, от Яхве [Jahve]; как смиренно и без ропота вдает он себя определениям Всевышнего: и тогда, когда из пастухов был приз Иван статьвождем и освободителем народа, и тогда, когда получил отказ войти в обетованную землю и должен был умереть на ее пороге.
Я не думаю, что Моисей когда-либо видел Бога. Об этом, впрочем, ясно сказано в Библии. Покажи мне славу Твою, — молился Моисей Богу. И получил такой ответ: Лица Моего не можно тебе увидеть, потому что человек не может увидеть Меня и остаться в живых... Ты увидишь Меня сзади, а лице Мое не будет видимо [тебе] (Исх. 33,18.20.23). Эти слова согласуются как со всеми благими философскими воззрениями от Моисея и доныне, так и с выводами науки. Нам дано созерцать Бога лишь сзади, как это красочно и символично изображает Библия.
Нам даровано видеть одни только творения, но не Творца, утверждал Декарт. Нам дано замечать лишь феномены, а не вещи в себе, постулировал Кант. Нам дано познавать внешнюю игру элементов, но не их сущность и не их имманентную связь и предназначение, — к такому заключению приходит самая современная наука. Но все эти заявления - выраженные как языком поэзии, так и языком прозы — совершенно однозначны. Лицо Бога непосредственно видеть нельзя, и его никогда никто не видел. Мы живем под Божиим осенением и способны познавать лишь Его тень. Свет Его лица является предметом наших чаяний, идеалом нашей веры. Но ни подлинным познанием, ни правой верой не обладает тот человек, который печется только о самом себе. Ведь именно заботясь о других, подобает нам приблизиться к Богу — и лишь тогда мы сможем ощутить Его присутствие. В Библии Моисей показан как друг Божий, ежедневно с Ним общающийся. Так это, несомненно, и было на самом деле. Каждый день своими мыслями и чувствами Моисей дружил с Яхве [Jahve], беседуя с Ним в молитвах и испрашивал Его волю во всех начинаниях...
Попытайтесь и вы, братья, стать друзьями Богу. В это дружество вы не сможете войти ни знанием, ни умением, ни земной славой, ни богатством, но лишь добровольным принятием на себя попечения о других людях. Возьмите на себя заботу о нуждающихся и бедствующих ближних — и вы тут же обогатите свою душу лучшими чувствами самых благочестивых царей и князей в истории, а именно благоговением и снисхождением; с первым из них они приступали к Богу, а со вторым принимали своих подданных. Лишь носители глубокой и искренней заботы о людях сумели стяжать в себе великое благоговение; самые рачительные о нуждах людей были в то же время и самыми снисходительными. Будьте сынами попечения о ближних — и вы станете сынами Божиими. Будьте заботливыми братьями - и сделаетесь Божиими друзьями. Устройте для себя небольшое царство душ, к нуждам которых вы будете прилагать старание, — и вы почувствуете в себе всю широту души великих людских правителей и владык. Знаете ли, сколько вы сто'ите? Столько, сколько людей могут жить от вашего попечения. Счет начинается с нуля. Но если предметом ваших забот являетесь только вы сами, то вы еще даже не единица. Если никто в мiре не чувствует плода ваших благих трудов, то вы и о себе не печетесь как подобает. Ваши труды должны питать вашу плоть и вашу душу. Но не живет человек одной только плотью и хлебом. Если же и впрямь хотите позаботиться о своей душе, то сможете это сделать не иначе, как снисходя и к нуждам других. Это — естественный закон, весьма тонкий и малоизвестный, но все-таки не оккультный и не сверхъестественный, а естественный. Если никто на земле не чувствует вашего внимания, значит, вы сосредоточили его только на своей плоти, на ее капризах и похотях; тогда вы и в самом деле — число не целое, а лишь какая-то дробь между нулем и единицей. Но в этом случае вы оказываетесь величиной настолько малой [и незначительной], что ее недостаточно даже для заботы о [самом] себе.
Почему Моисей так часто и так подробно беседовал с Богом? Потому что велико было его радение о нуждах других людей. Оно возвышает человека, вдохновляя его и вознося к Богу. Моисей стоял к Богу ближе всех остальных израильтян и даже ближе своего брата Аарона — а потому чаще с Ним и беседовал. Попытайтесь и вы приложить вес свое старание к помощи ближним — и увидите, что и с вами будет беседовать Бог. Искренняя сердечная молитва, вводящая в общение с Богом, — это насущная потребность всех тех, чьи души наполнены заботой об окружающих
Все мы — рабы Божии, хотим ли мы того или нет. Но к осознанию этого мы приходим лишь тогда, когда носим тяготы друг друга. Это живо ощущает и родитель, и друг, и настоящий священник, и мудрый правитель. Пока мы заботимся только о собственном, индивидуальном теле — чувствуем себя либо неприкаянным скитальцем в этом мiре, либо какой-то замкнутой монадой. И лишь попечение об окружающих раскрывает нам глаза, позволяя здраво смотреть на этот мiр и на повседневную жизнь. Лишь через прилагаемые старания ко благу ближних начинаем мы ощущать себя живым звеном своеобразной цепи, простирающейся от Бога к человечеству, то есть становимся служителями и Бога, и людей.
Кому много дано, с того больше и взыщется. Если обладатель многого не вложит свое богатство в дело общей пользы, как бы трудно это ему ни было, то оно будет взято у него неумолимой силой нравственного закона, нечаянным образом и в неурочное время. И все это причинит ему немалую скорбь вместо той радости, которую бы он ощутил, если бы благотворил добровольно. Никому и ничего не дано в исключительную собственность: все мы — лишь посредники в распределении принятых нами Божиих дарований. Всё - Божие, а собственно нам ничего не принадлежит. Если бы Эмерсон заявил, что наделен гениальном умом лишь для стяжания собственной славы, это было бы столь же фальшиво, как если бы миллионер Рокфеллер принялся утверждать, что миллионы даны ему ради его личного наслаждения. Справедливость и первого, и второго утверждения была бы адекватна равенству 2+2=5. Ведь оба известных американца лишь [своего рода] маклеры Божиих даров. Один шаг в сторону от рутинного, поверхностного восприятия вещей — и становится ясно, что на этой мiровой арене жизни существует подлинный «коммунизм». Ведь и ум Эмерсона, и богатство Рокфеллера суть блага коллективные, общие — человеческие, Божии. Носители этих благ велики и счастливы лишь тогда, когда эту истину осознают. Для этого в один прекрасный день им надо зажмуриться посреди нью-йоркского столпотворения, вспомнить о смерти и искренно признать, что то достояние, которым они обладают, на самом деле им не принадлежит.
Памятуйте об этом и вы, братья. Твердо знайте, что ваше призвание, ваш авторитет и ваше счастье в этой жизни заложено в несении тягот и невзгод друг друга. Всё, что имеете, — всё это лишь кредит от Бога, выданный вам на определенный срок. Все вы в равной мере должники перед Богом. [И уж тем более] не ваши все избытки ваших стяжаний: не для вас были они позаимствованы у Бога. И знайте, что каждому из вас для жизни нужно гораздо меньше, чем он думает. Только усерднее заботьтесь о других — и всё будет хорошо. В этом — закон и пророки. Един Бог, а вы Его дети и друзья в общем служении на благо ближних.