Король попа дал в Киеве два аншлаговых концерта
Полные залы Лучезарный Филипп Бедросович собирает в Киеве «по расписанию» – аккурат раз в год. Последний раз был вчера и позавчера, причем накануне первого концерта Киркоров целый день снимался в украинском новогоднем мюзикле, а после второго, едва переведя дух, рванул на презентацию к Ани Лорак – ведущим работать. И откуда у Киркорова лишний вес – непонятно.
По смерти Майкла Джексона кое-кто грязно хихикал – мол, Киркоров так проникся смертью коллеги-Короля, что даже выглядеть стал, как он. Смертью Джексона Киркоров действительно проникся – в новом шоу Джеко присутствовал то незримо – в виде звучащей перед концертом музыки, то зримо – в виде видеоряда к некоторым песням. Только вряд ли образ Короля Киркорову навеял безвременно ушедший коллега. Филипп уже давно непрозрачно намекал: «Король я, товарищи. Не Зайка, не Филя, не Степашка – Ко-роль». Для особо непонятливых Филипп и шоу начал соответственно – сидя на троне. И, кстати, сходу удивил отсутствием традиционного для российских гастролеров задника «в виде звездного неба» – тут были и вертящиеся световые установки, и раздвигающиеся экраны, и взрывающиеся то и дело фейерверки, и балет в мехах и перьях, и светящаяся лестница, на верху которой восседал Сам. Киркоров был в своем репертуаре.
Крылья-то отдайте!
Кстати, о репертуаре. По традиции, установленной еще экс-супругой Филиппа, часть его должны составлять песни-исповеди. Дабы народ полконцерта репу чесал: то ли действительно душу излил, то ли просто сыграл талантливо. Вот и тут было непонятно: душевный кризис что ли у Бедросовича, али что? Ведь и на то, что «просыпается в холодном поту», сетовал, и на то, что «быть счастливым не получается», и «встать ровно столько раз, сколько упал» обещал, и обратившись грудью к ветродувам (читай – ветрам судьбы), жаловался: «Трудно быть первым всегда». И уже, сев на пол, отчаянно просил: «Верните мне крылья! Зачем вам они?». Летать, мол, охота. Народ зарыдал и закричал: «Браво!». Женщины с начесами на головах вознамерились Филиппушку срочно взять в мужья, усыновить, прижать к груди – только б не страдал. Благо, тот воспрял с пола и начал «вторую часть марлезонского балета» – хитовую.
«Атлантиду» давай!
Истошными криками, переходящими в хоровое пение, народ встречал «Я не знал», «Единственную мою», VIVA и «Полетели». Слезы капали на кресла, когда под «Я поднимаю свой бокал» на огромном, во всю сцену, экране Алла и Филипп еще любили друг друга. Тонны цветов перенесли из зала на сцену охранники, когда, затянув «Эти глаза напротив» и «Я за тебя умру», звезда пошла «в народ». Радостный смех раздался в зале, когда Филипп объявил «Песню о галке» (читай – о Галкине. – Авт.): «Дура ты, галка! Ну, летай до поры до времени – пока я разрешаю!».
Вообще, говорил Филипп мало – все больше пел: старое, новое, премьерное и посвященное экс-жене – с демонстрацией «позы Арлекино» и характерным смехом. Переодевался трижды: из белого – в красное, цветастое и блестяще-золотое.
Через два часа, естественно, сделал вид, что уходит. Уйти ему, естественно, не дали:
– «Атлантиду» давай!
– А «Просто подари» где?
И он, вытирая слезы, смотрел на эту бушующую от любви к нему толпу:
– Вы не представляете, какой я сегодня счастливый! Хорошо, что есть музыка – а то ничего, тяжелее микрофона, я в своей жизни в руках не держал.
Конечно, спел и «Просто подари», и, необыкновенно проникновенно, – древний хит «Верни мне музыку». После чего с чувством исполненного долга взошел на трон и удалился.
Чай, не Зайка какой...
Король все-таки.
Автор: Виктория АРОНОВА
http://mycityua.com/articles/high-life/2009/10/12/105113.html