Зима. Одинокие фонари освещали ночной парк. Маленькие снежинки, кружась в своем незамысловатом танце, медленно оседали на землю, создавая мягкий, белый ковер. Который скрепит под ногами. Свет одиноких фонарей падал на пары, танцующих, снежинок , от чего те светились предавая ночному парку сказочные очертания. На холодной, деревянной скамейке сидел парень, глядя в ночное небо, иногда морщась, когда холодные белые точечки попадали в глаза. Черные волосы были влажные и покрыты тонким слоем снега. Билл улыбнулся и откинулся назад, не боясь упасть. Сзади его тут же подхватили сильные руки, придерживая на весу. Билл улыбнулся и поглядел на своего брата из под черной челкой. Том лишь нежно улыбнулся, отвечая на взгляд брата. Только с Биллом Том становился таким: нежным, любящим и невозможно внимательным. - А если бы я не словил? – Томас лукаво улыбнулся. - Я просто был уверен, что ты не дашь мне упасть – прошептал Билл. - Какой ты самоуверенный… - Том лукаво улыбнулся. - Я не самоуверенный, просто я верю тебе… - Котенок… - Том улыбнулся и нагнувшись, нежно поцеловал пухлые губы. С козырька кепке упал снег, посыпавшись на лицо Билла. Билл фыркнул и отстранился, снова принимая сидячее положения. - Тооом… - заныл Билл – у меня теперь вся косметика потечет… - Ничего страшного – Том нагнулся и уткнулся носом в плечо брату. Мягкий мех на его капюшоне щекотал щеку. Младший Каулитц хихикнул и отстранился. - Я теперь буду некрасивым – Билл скромно опустил глаза. - Ты не можешь быть некрасивым… - Почему? – младший внимательно посмотрел на брата. - Потому что мы близнецы! – Томас громко засмеялся. Звонкий смех разнесся эхом по парку. - Дурак! Вечно ты портишь самые романтичные моменты… - пробурчал Билл. - Не дуйся… - Том за руку поднял брата со скамейке и прижал к себе – я ведь шалобай и раздолбай, забыл? - Конечно, нет. Как это можно забыть, если ты каждый день напоминаешь об этом? – Билл потерся носом об щеку Тома. - Ну да… - промямлил старший, тая в руках брата. - Ах, Том, совсем забыл! – Билл отстранился, от чего Тому как-то сразу холодно стало – я купил подарок… Это было шоком. Билл никогда не покупал никаких подарков, не на один праздник. А тут решил.…Только вот у Тома не было подарочка. - Билл…зачем? - Просто я подумал, что,…в общем, держи – Билл протянул Тому маленький золотистый кулечек и отвернулся. Томас принял подарок и нерешительно заглянул в кулечек. Там лежала маленькая картонная открытка. Том достал её и открыл. Снежинки падали, норовясь закрыть слова, написанные не ровным почерком. - «Томми, я люблю тебя» - прочитал Том вслух, Билл покраснел и отвернулся – Билл… - открытка выпала из ослабевших пальцев, падая на мягкий снег. Сильные пальцы схватили тонкие запястья и притянули к себе хрупкого юношу. Том прижимал к себе Билла, нежно целуя его в губы. - Я тоже тебя люблю… - прошептал Том, наблюдая, как рассветает улыбка на лице брата. Где-то далеко громко забили колокола, послышался гром салюта. - С Новым Годом, братишка…

Весна. Все цвело. Все просыпалось, после зимней спячки. Уже росла, пока коротенькая, травка. Маленькие цветочки. Распускались почки. Появлялись листья. Все цвело. Все оживало. Билл сидел на лавочке, наблюдая за двумя маленькими детьми. Маленькая девочка, с ангельским личиком и двумя маленькими белыми хвостиками. Девочка все время поправляла нежно розовое платье, а улыбка не сходила с её лица. Рядом с девочкой сидел мальчик. Смугленький, с коротенькими черными волосами и огромными черными глазами. Маленькие джинсы были уже все в грязи, но мальчишку это мало волновало. Недалеко сидели их матеря. О чем – то весело переговариваясь и куря сигареты, одну за другой. Одна, миниатюрная блондинка, все время звонко смеялась, поправляя коротенькую юбочку. Вторая, пышногрудая брюнетка, лишь обворожительно улыбалась и заглядывалась на проходящих мимо мужчин. Женщина была действительно красива. Длиннонога, стройна, с большой, упругой грудью и тонкой талией. Черные длинные волосы струились по спине. Смуглая от природы кожа, большие черные глаза и чувственные, пухлые губы она курила тонкие сигареты и что-то тихо рассказывала, подруге. Мальчик поднялся, копируя какого-то супер героя, но вдруг нечаянно оступился и грохнулся на землю, тут же залившись горькими слезами. Его мать даже не заметила этого, на что Билл лишь покачал головой. Маленькая девочка с испугом смотрела на своего друга и его разбитую коленку. Губы и подбородок девчонки начали трястись, что могло означать, что она сейчас тоже розплачится. Билл не выдержал. Подошел к ним и присел рядом на корточки. - Не реви… - тихо, почти шепот, сказал он. Мальчик поднял на него заплаканные глаза. - Не реви, ты ведь мужчина. А мужчины не плачут! – Билл ободряюще улыбнулся. - Не плачут! – вторила девчонка. Мальчик лишь кивнул, насупился и стер слезы рукавом. - Вот молодец – Билл потрепал его по волосам. Девочка заворожено на него глядела. - Вы такая красивая! – пискляво выдала малышка. Билл лишь улыбнулся. - Она правду говорит – услышал Билл за спиной мужской голос. Не Тома. Он развернулся и увидел светловолосого парня – вы, правда, очень красива – парень улыбнулся. - спасибо… - промямлили Билл, и хотел было уйти, но вдруг заметил Тома, улыбнулся. Парень понял эту улыбку по своему. - Я Мик, а вас как зовут? - Тебя это не касается – услышал он грубый баритон за спиной. - Томми! – Билл кинулся на шею брату. - Так у тебя парень есть…ну что ж… - парень кивнул и спешно удалился. - Трус… - заключил Том. - Тетя, я, когда вырасту, хочу быть похожей на вас – девочка робко улыбнулась. - Ты будешь в сотню раз лучше – Билл улыбнулся и, взяв Тома за руку, потащил к выходу из парка.

Лето Лето выдалось невозможно жарким. Люди предпочитали сидеть дома, обнимаясь с кондецианерами и вентиляторами. Каулитцы не были исключением. Билл лежал в чуть теплой ванной, мурлыкав под нос какую-то глупую песенку. Недалеко стоял вентилятор, обдувавший его лицо. Биллу было хорошо. - Прохлаждаешься? – в ванную вошел Том, держа в руках полотенце. Он был в одних боксерах и Билл мог спокойно любоваться на такое любимое и красивое тело. - Нравиться? – Томас самодовольно улыбнулся. - Ты же сам знаешь ответ – Билл провел пальцами по торсу брата. - Может мне к тебе присоединиться? – и, не дожидаясь ответа, Том залез в прохладную воду, от чего маленькие, прозрачные капельки упали на мраморный кафель. - Том! - Что? – Том вопросительно приподнял брови. - Ничего… - Каулитц подался вперед, хватая старшего брата за плечи и опрокидывая на себя. - Билл… - Том улыбнулся лежа между раздвинутых ног брата и обнимая его крепко за тонкую талию. - Том… - Билл лукаво улыбнулся – сегодня очень жарко, не так ли? - Да…просто невозможно – Том снова принял сидячее положение. - Интересно завтра будет так же? - Вроде да…но если честно, я не смотрел прогноз, так что… - А помнишь ту красивую вазу, что мы видели в магазине? – перебил Тома Билл. - Да… - старший Каулитц искренне недоумевал. - Я подумал, что она очень хорошо впишется в гостиной, на пианино. - А почему именно на пианино? - Ну там она будет очень хорошо смотреться. И вообще нам нужно обновить интерьер, ты так не думаешь? – Билл внимательно посмотрел на Тома, перегоняя воду руками. - Ну, может как-нибудь потом… - Том отвел глаза, уставившись на свои забытые тапки с собачками. - И я думаю в спальню нужно купить другое белье, да и кровать можно поменять,…а вообще лучше полностью интерьер поменять. Как думаешь? - Ну, хорошо…я же сказал – Том потянулся – а вообще – он подался вперед, вновь оказавшись на Билле – знаешь, что я хочу? - Догадываюсь,…а вообще Том, я хотел поговорить с тобой серьезно и мммм… - Том заткнул Билла нежным поцелуем. - Том! – Билл оттолкнул от себя брата – я же серьезно! - Я тоже, Билл… - Том снова поцеловал брата. И Биллу стало уже жарко не из-за летней жары. А на кухне медленно таяло мороженое, которое Том приготовил для своего любимого брата.

Осень. Улицы, парки, скверы, бульвары, проспекты, площади, все окрасилось в золотой цвет. Все было усеяно золотом, мир казался драгоценным. Пришла осень. Золотая осень. Многие не любят это время года, ведь именно тогда начинает все умирать, уходить. Зато приходит осенняя депрессия и зимние холода. По усеянной листьями улице шагали два молодых человека, держась за руки. Они шли в меблевой магазин. - Ну, наконец! – Билл весело улыбался – ты мне два месяца обещал обновить интерьер, я уже думал, что все конец. - Да… - вяло пробормотал Том. Настроение у него было сегодня хуже некуда. И дело было совсем не в осенней депрессии. Том так не хотел тратить уйму денег на очередную прихоть Билла. - Я думаю… - Ты думаешь? – тихо хмыкнул Том и тут же получил пинок от брата. - Так вот. Я думаю, что можно купить новый пуфик под пианино, потому что я уже не могу играть. - Билл как зависит твоя игра от пуфика? – Том задел листья ногой, от чего они рассыпались по земле. - Ну, мне же сидеть неудобно! Ты как маленький, Том! – Билл укаризнено покачал головой – еще я думаю надо купить, новый диван, пару кресел, тумбочку, ковер, полностью новую спальню… - Стоп! Давай пока остановимся на этом! – Том уже был готов бежать к ближайшему небоскребу и спрыгнуть отудого. - Том, а как же там вазочки, шторы… - Билл! потом, хорошо? – Том выставил вперед руки. - Хорошо… - Спасибо, Билл – Том улыбнулся и оступившись упал прямо в сугроб из листьев. Билл залился звонким хохотом. - Пожалуйста – Билл подал руку Тому, но тут, же был повален на Том. Теперь была очередь Тома смеяться, правда, смех был тихий и хриплый. - Какой ты все таки дурак – пробурчал Билл поднимаясь. - Ну, прости, какой есть, ты же все равно меня любишь? - Конечно, ты ведь мой дурак – Билл улыбнулся и направился в сторону магазина, Том посеменил за ним. Листья продолжали падать на грязный асфальт, окрашивая его в золотой цвет. Настроение Тома немного поднялось, а вот Билл был еще счастливее. Ведь он прекрасно знал, что сегодня они купят все, что он захочет. Конец.