Настроение сейчас - остальгическое.и почему-то еще страшно.

Я открываю глаза и понимаю, что я не там, где всегда находилась.Не то, чтобы это было как-то не правильно,но я себя чувствовала явно отвратительно.Я валялась где-то в темной сырой ванной, причем там явно никто не появлялся с момента ее создания. Почти никто, только мы. Мы! это слишком громко сказано. Не мы, а просто я и еще один человек. Два человека... Я как-то подсознательно понимаю, что я не одна в этой помойке. Интуиция. Знание, о моменте получения которого ты и понятия не имеешь. Вот и сейчас именно интуитивно, ну и конечно по запаху я определяю - мы точно в жопе! Последнее что я помню, это такое притягательное чувство умиления и бессознательного восторга, когда я в последний раз могла посмотреть на нее, как на СамогоДорогогоМнеФрика. Потом помню, что мне стало плохо и я куда-то ушла. Наверное так я и оказалась в этой ванной. Точнее к тому моменту еще другой. Я и есть создатель этого ада, просто я сама себя туда посадила и только теперь об этом могу признаться. Ведь хуже быть уже не может, ведь так? Я снова спрашиваю, снова задаю вопросы. Это не моя работа, моя работа вымолить прощение.
Я ушла от них тогда, но я теперь не могу вернуться. Я заперла себя в темном помещении с повышеной влажностью воздуха, лужей под ногами и кучей их вопросов, которые я вот-вот должна буду услышать. А ответы на них никак не приходили. Меня до сих пор немного тошнило, но надо же было искать выход... Но я не о том говорю. Перенесемся обратно, в тот момент, как я там оказалась.
Я думала, что там горел свет. Потом кто-то нарушил мое благоговейное одиночество в позе раком над ванной и стало темно. Я не могла нигде спрятаться, я придумала себе слишком плохой ад, даже без укрытия, что собственно и сделало его адом.По-моему я и глаз-то не открывала.
А перед глазами все стояла она. В своем красивом платье, красоту которого не мог оценить разве что слепой. Она стояла напротив открытого окна и благодарила мир за то, что мы есть. Бедняга. Я подошла сзади и нежно так приобняв ее за талию сбросила вниз. Если бы вы только знали, какое это неблагодарное занятие, соскребать остатки того лучшего, что у тебя было от асфальта! Она всегда улыбалась мне, даже когда плакала и на лице не было ни грамма улыбки. Я просто знала, что она меня любит и я ее тоже.А теперь я просто слышу ее расстроеный, полностью убитый, осуждающий меня голос за стеной моего ада и боюсь,что утону, взглянув еще раз в ее глаза.