При всей своей напускной самостоятельности и искренней тяге к одиночеству, я постоянно наполняю свою жизнь людьми, только людьми такими, к которым вся моя дурная суть тянется. Их всегда несколько, можно даже сказать, много - каждый занимает свое место в сердце, с каждым можно делить и испытывать что-то свое, чего никак не получится с другими. И так всегда было - это не может быть один человек. Поэтому я никогда не смогу сказать о ком-нибудь, что он "мое все". И ничуть к этому не стремлюсь.
Я всех их люблю глубоко и искренне, вот только любовь эта сама по себе ничего им не принесет, бездейственная любовь - пустая, одно только слово. А дела без любви бессмысленны.
Прежде мне было достаточно стараний этим людям что-то хорошее сделать. Из попыток принести им радость и состояла по большому счету моя жизнь, и это действительно было прекрасно.

Но годы шли, и случилось страшное: мне довелось испытать взаимность в такой глубокой непомерной степени, что до сих пор не верится в ее действительность. Чистое природное понимание на уровне ощущений, невыразимое и неутолимое и в то же время реализуемое чувство близости, это дикое ощущение себя гранью чего-то цельного и прекрасного.

И с тех пор я стала ждать взаимности и от других. И очень быстро превратилась в требовательную эгоистичную зацикленную на себе суку. А самое страшное, что исправлять это нет не только сил, но и желания. Раз ощутив это счастье понимания и принятия, уже не могу заставить себя от этого отказаться. И, не встречая его снова и снова там, где оно больше всего нужно, ожесточаюсь безвозвратно.

Нет, я точно не такой быть стремлюсь. А какой стремлюсь - знаю, слишком хорошо знаю, только нет ей места в реальности. Никак нет. И никому этого не нужно.