Многие у нас в стране призывают власть остановить расправу Киева над сторонниками федерализации, послав на Украину воинские подразделения.

Комментирует генерал-лейтенант КГБ в отставке, доктор исторических наук Николай Леонов:

[350x395]- Практически все наши сограждане поддержали действия Кремля в вопросе о присоединении Крыма к Российской Федерации. Слишком нелепыми с исторической точки зрения, нелогичными и незаконными со всех остальных выглядели единоличные решения Н.С. Хрущева о передаче Крыма в состав Украины, принятые в 1954 году в качестве «юбилейного подарка» по случаю трехсотлетия вхождения Украины в состав Московского царства.

Коренного населения в Крыму не было: скифов в свое время потеснили греки, греков - татары, татар - русские. А при русских жили все остатки прежних этносов, к которым прибавились армяне, евреи - они, кстати, одно время просили у Кремля разрешения основать здесь Еврейскую автономную область - украинцы и все, кому приглянулся климат и пейзажные красоты полуострова. Но количественное большинство с XVIII века оставалось за русскими, руками которых построены все основные города, порты, дороги и каналы Крыма. Если Санкт-Петербург был северным «окном в Европу», то Крым и Малороссия - «южным окном» в мир. Недаром российские самодержцы - Петр I и Екатерина II - прорубившие эти «окна», получили звания «Великих». Первый управитель Крыма получил титул Потемкина-Таврического, в Санкт-Петербурге был выстроен дворец, названный Таврическим. В боях на полуострове против турок потерял глаз наш знаменитый фельдмаршал, победитель Наполеона - Михаил Илларионович Кутузов. Там развертывался талант великого полководца Александра Васильевича Суворова. Два с половиной века Крым процветал в составе России, терпел поражения но, в конце концов, пышно отмечал победы, оставив неизгладимый след в военной и культурной истории великой страны, став частью нашей души.


Возвращение Крыма в состав России было воспринято действительно как восстановление справедливости. Душевный настрой крымчан совпал с сердечным желанием россиян, потому-то воссоединение произошло без жертв, без насилия, в праздничном настроении. Бывшие украинские власти и их вооруженные силы, находившиеся в Крыму, не оказали никакого сопротивления, спустили свои знамена, как бы подчеркнув, что они были здесь посторонними временщиками. Слава Богу!

Для жителей Крыма присоединение к России оказалось историческим шансом избежать катастрофических последствий того всеобъемлющего кризиса, который охватил сейчас все украинское государство. И хотя киевские власти упрямо твердят, что они никогда не признают отделения Крыма, даже угрожают военными мерами с целью восстановления своего контроля над полуостровом, их слова можно воспринимать как неуместную попытку сделать хорошую мину при плохой игре. Что еще им остается в нынешней ситуации?

Если с Крымом все ясно по-моему, для всех, то ситуация в юго-восточных областях Украины до крайности сложна, запутана и опасна для мира и безопасности. Не только в этом регионе, но и в целом в Восточной Европе. Начавшаяся в ноябре 2013 года внутриполитическая борьба за выбор вектора национальной политики между ориентацией на Восток или на Запад быстро деградировала под влиянием безответственной пропагандистской кампании в средствах массовой информации в озлобленный межэтнический и межгосударственный конфликт.

Право любого демократического государства определять свой политический курс вряд ли подвергается сомнению. Для этого существуют все необходимые площадки и инструменты, предусмотренные конституцией и законодательством: парламенты, правительства, политические партии, научные сообщества, ответственная пресса, выборы, общенациональные референдумы. Но при определенных условиях в обществе возникают антидемократические формы политического давления в виде «уличных протестных форм». Они рождаются по инициативе рвущихся к власти лиц и группировок, нередко находящихся под влиянием скрытых внешних сил. Так возникло прозападное движение под общим названием «майдан».

Его лидеры не придерживаются никаких демократических норм политической борьбы, дрейфуют от вменяемых лозунгов к пропаганде насилия, к дестабилизации государственных институтов и государственному перевороту. Успеху этих действий способствует слабость и нерешительность законной власти, в случае с Украиной - трусость и дезертирство президента Виктора Януковича.

Захватив власть в Киеве, используя обстановку морального террора, паники и разложения государственного аппарата, «майдановцы» без труда вынудили часть депутатов Верховной рады из «Партии регионов» изменить своей программе, предать своих избирателей и переметнуться на сторону своих вчерашних политических противников, руководствуясь при этом личными шкурными интересами. Такие массовые «политические линьки» не редкость в моменты крутой ломки государств.

Все последующие решения Верховной рады не могут считаться легитимными, потому что принимались они в обстановке морального насилия, под давлением националистического психоза. Никакие действия не могут признаваться законными, если депутатов толкают на них «майдановцы» угрозой применения силы. Ситуация в стране стала быстро накаляться и выходить из-под контроля новых властей. Они не сумели остановить разгул националистического беспредела, потока русофобии, что не могло не вызвать естественной реакции среди большой части украинского народа, состоящего из этнических русских и русскоговорящих граждан. Надо заметить, что население республики состоит в основном из украинцев - 77 процентов, и русских – 18 процентов. Остальные многочисленные этносы не дотягивают даже до 1 процента. Но при всем этом подавляющее большинство населения – 68 процентов - свободно владеет русским языком, в то время как украинским - всего 57 процентов. В восточных областях Украины русский язык вообще доминирует. В Донецкой области 93 процента признают его своим родным, в Луганской - 89 процентов. В этих условиях гонения на русский язык становятся вопиющим нарушением прав человека, на что Запад старается не обращать внимания.

Немного отвлекусь. В 2003 году я был избран депутатом Государственной Думы от партийного блока «Родина». Мне в ту пору было 75 лет, но меня вместе с несколькими другими «молодыми» депутатами командировали в Брюссель для прохождения «курса демократии» в штаб-квартире НАТО. Перед нами выступал генеральный секретарь Североатлантического блока Яап де Хооп Схеффер, голландец по национальности, он долго рассказывал о правах человека.

А в конце я спросил: «Почему в крошечной Бельгии, где мы сидим и учимся азам демократии, есть три равноправных государственных языка, а в Латвии, стране НАТО, отказывают в русском языке 40 процентам населения, которые вообще лишены права голосовать и быть избранными. На Украине так же относятся к русскому языку!». Надо было видеть, как растерялся этот убогий чиновник, какой жалкий лепет он нес в свое оправдание.

Насилие порождает насилие. Реакция в восточных и южных областях Украины - это ответная мера на произвол и беззаконие киевских временщиков. То, что происходит сейчас в этих регионах, составляет основу всех новостных передач телевидения и радио. Ничего нового добавить к ним нельзя.

Стоит вопрос: что делать в этих условиях России? Нередко приходится слышать, что стоило бы применить наши Вооруженные силы для защиты прав человека, тех русских и русскоговорящих украинцев, которые сейчас становятся мишенью так называемой «контртеррористической» операции. Цитируют библейские выражения «око за око», «зуб за зуб».

Не собираюсь лукавить в поисках ответа на этот вопрос и прямо скажу: я против всякого применения силы в решении украинского кризиса. Война - а ввод российских войск на территорию восточных и южных областей Украины будет означать безусловную войну - только затянет узел противоречий между двумя соседними государствами. Надо всем вместе, с привлечением мирового сообщества и международных организаций, искать пути замирения. Надо найти такие условия мирного сожительства, modus vivendi, которые были бы приемлемы для всех.

Нет, ни в коем случае не идет речь о том, чтобы бросить на произвол соотечественников на Украине! Необходимо использовать для гарантии полноты их гражданских прав все меры - за исключением военных.

Нельзя забывать, что Украина - второе после России по величине территории государство в Европе с населением в 45 миллионов человек. Ее армия, даже в нынешнем «раздрипанном» состоянии, насчитывает около 200 тысяч военнослужащих, а ее вооружение в большой степени схоже с вооружением российской армии.

Надо ли нам идти на риск военного конфликта с армией, имеющей на вооружении более 1 тысячи боевых самолетов, более 2 тысяч единиц бронетехники? Мы уже повоевали в Афганистане, в Чечне, и должны ясно представлять себе последствия вооруженных «разборок».

Оголтелая пропаганда в наше время способна так «промыть» мозги населению, что оно может потерять способность рационально мыслить. Вспомните эффективность геббельсовской работы: немцы продолжали сопротивляться, когда у них не оставалось никаких надежд на спасение. Нынешняя деятельность средств массовой информации, находящихся в распоряжении киевских властей, способна разрушить даже здравый разум: 2 государственных телеканала, 10 частных общенациональных каналов ТВ, 100 региональных телеканалов из часа в час, изо дня в день льют в головы украинцев антирусскую отраву. Эффект массового оболванивания налицо.

В этой связи стоит вспомнить неудачный бросок Михаила Тухачевского на Варшаву во время советско-польской войны 1920 года, когда Красная армия, которая, казалось бы, обладала многими преимуществами чисто военного характера, столкнулась с отчаянным сопротивлением польской армии, поддержанной западными странами, и напичканной идеологией католического национализма.

Война окончательно разрушила бы все надежды на использование газотранспортных путей из России в Западную Европу, проходящих по территории Украины, что привело бы к непредсказуемым последствиям для энергетической и финансовой системы России. Но это уже, скажем так, чисто прагматический аргумент.

Любая война, а тем более связанная с большими потерями и жертвами, ведет к обострению внутриполитической обстановки в стране. Первая мировая привела к революционным потрясениям в России. Афганская война в огромной степени подточила устои советской власти. Военные действия в Чечне предопределили уход Бориса Ельцина в отставку.

Мы не должны забывать, что Украина состоит из 24 областей, и только две из них - Донецкая и Луганская - пока не находятся под контролем киевских властей. Отряды самообороны и «антимайдановцы» на Востоке и Юге Украины действуют пока разрозненно, у них отсутствует единое политическое и военное командование, что, пожалуй, лучше всего свидетельствует о том, что никакой «руки Москвы» там нет.

Поэтому я глубоко убежден в том, что сейчас нет условий и необходимости идти на крайние меры в форме использования наших Вооруженных сил.

Пятого мая мы с друзьями по традиции собрались, чтобы отметить приближающийся День Победы. За столом сидело 15 человек, среди которых были и ветераны Великой Отечественной, и отставные офицеры и генералы российских Вооруженных сил, деятели культуры. Беседа, кроме традиционных тем, невольно перебросилась на события на Украине, и я поставил перед друзьями вопрос о целесообразности использования наших вооруженных сил для решения украинского кризиса. Из 15 человек только один высказался «за», да и то с оговорками. Все остальные сочли, что сейчас для этого нет оснований.

Аргументы я привел.

[показать]
ertata