Это цитата сообщения Latinist Оригинальное сообщение

Противоречивое слово БЛАГО



Этимологию установил без труда. Там сомнения между двумя близкими вариантами – те же, что и в слове БОГ. Я в таких случаях просто привожу доводы в защиту обеих версий и оставляю всё на суд грядущих поколений. Пусть думают.
Но я сейчас совсем не об этом. Слово БЛАГО – это южнославянский вариант. Исконно русский – БОЛОГО. Так получилось, что исконно русский вариант был отторгнут и фактически полностью забыт языком, а южнославянский восторжествовал – это самое обычное дело для русского языка.
Но вот что удивительно: в русских диалектах слово БЛАГО присутствует иногда в противоположном смысле: «нечто плохое». Мы все знаем выражение: ОРАТЬ БЛАГИМ МАТОМ. То есть кричать матом. Но почему этот мат – благой? Он что – хороший, что ли? Нет, конечно. БЛАГОЙ в этом смысле выступает в значении «плохой». Орут плохим матом, а не хорошим. Но это был лишь один из примеров. В русских диалектах – таких примеров великое множество. БЛАГОЙ означает «плохой» (кстати, и похоже звучит).
В чём же дело?
Вспомним, что древнерусское слово БОЛОГО было почему-то выброшено из языка и заменено на старославянское БЛАГО. Ну так и почему же мы своё выбросили, ввели чужое, но в простонародной речи придали ему противоположный смысл?
Своё выбросили потому что выразили ему протест. Гневно отвергли!
А по поводу переосмысления старославянского слова объяснение можно получить, если проследить такую цепочку смысловых переходов: БЛАГО – БЛАЖЕННЫЙ – ЮРОДИВЫЙ – ДУРНОЙ – ПЛОХОЙ. Вот и всё объяснение.
Но вот другой вопрос: а разве русские люди не слышали от священников слово БЛАГО в значении «нечто хорошее»?
Они непременно слышали это слово в таком значении, но почему-то оставались при своём мнении по поводу того, какое значение ему приписывать. Они настаивали на плом значении.
Так и в чём же дело?
Я думаю, ответ будет таким: они выражали этим самым протест против церкви. То, что для вас хорошо, то для нас плохо – вот как они понимали это дело.
За всеми претензиями – к русскому народу, а не ко мне. Я его считаю лучшим вариантом человечества (все остальные – ошибочны или не так хороши) и поэтому не смею осуждать его.