Бедный Лель. Он сейчас на тропе, где встречаются боги,
там, где ищет усталый шаман кареглазую Миа.
Наконечники каменных стрел не проникли глубоко
в грудь его, но на землю потоками вытекли силы.

Может, травы излечат ещё ясноглазого Леля -
между Навью и Явью ещё он отыщет дорогу.
Нескончаема ярость Уи, но ослабли от лени
его руки, и раны от стрел не проникли глубоко.

И, быть может, сестрица Аи отогреет ночами
его бледные ноги. Она
долго Живу просила.
Да пребудет меж ними навеки великая сила!
И оставят, возможно, надолго Воронеж печали.

Пусть шаман между Явью и Навью найдёт его душу.
Вон он - снова готовит себе из поганок отвары.
Серый Грудень уже на дворе обещает нам стужу.
Будет Сечень и Лютень, а после - тепло Белояра.

И опять зацветёт у ручьёв розоватый подснежник,
и опять сердце будет куда-то стремиться.
Да пребудут меж нами всегда и мечты и надежды -
пусть их нам принесут по весне белокрылые птицы.