Случайно нашел записи у себя, решил поместить, вроде соответствует теме: о Грозном и митрополите Филиппе.
Теперь несколько слов о митрополите Филиппе. Он возглавил Русскую Церковь в 1566 и был правящим епископом всего два года, до 1568 г. Через год принял мученическую кончину в монастыре под Тверью от руки Малюты Скуратова. 1569г.
Предыстория избрания Филиппа была такова:
После двух с небольшим лет правления, Афанасий оставил престол, и ссылаясь на болезнь, удалился в Чудов монастырь. Это произошло 16 мая 1566 года. Выбор царя на освободившееся место первосвятителя вначале пал на Германа архиепископа Казанского. Он очень долго не соглашался, но по настоянию царя и собора его обязали. Однако Герман понимал, что могло означать для него это служение, которое ему пришлось бы осуществлять при столь лютом царе. И тогда он решился придти на беседу к Иоанну и стал увещевать его, чтобы тот оставил свои жестокие начинания и напомнил о Страшном Суде, где каждому придется отвечать за свои дела. Об этом разговоре царь сообщил своим приверженцам, которые сразу же высказались против Германа. Он послушался этих советов и изгнал его, так и не допустив до принятия сана первосвятителя. Его отправили в Казань, где через два года он был казнен. Да и то, что архиепископ Герман происходил из боярского рода Садыревых – Полевых, потомков смоленских князей, было поводом заподозрить его, как единомышленника родовитых бояр.
После неудавшейся попытки избрать правящим митрополитом архиепископа Германа, царь решил заменить его Соловецким игуменом Филиппом. И это было достаточно странное решение царя, поскольку Филипп так же происходил из знатного боярского рода (Колычевых). Отец его Стефан заседал в государственной Думе и принадлежал к приближенным великого князя Василия Иоанновича. И будущий царь Иоанн Васильевич, когда еще был малолетним мальчиком, имел честь знать Филиппа, но, правда, не долго, поскольку тот принял пострижение и удалился из столицы в Соловецкую обитель.
На Соловках Филипп стал игуменом и зарекомендовал себя, как замечательный хозяйственник, который совершенно обновил монастырь. Новое же знакомство с государем произошло в 1550-51 году, когда он посетил Москву. Во время этого знакомства Соловецкий игумен заслужил расположение Иоанна Васильевича, который сделал множество пожертвований и пожаловал различные льготы для северной обители. Столь щедрые царские дары, выглядели как некоторая предоплата будущему митрополиту, за его молчаливое участие в царской политике. Но вышло как раз наоборот, святитель Филипп стал достойным защитником против жестокости и несправедливости времен опричнины.
Он прибыл в Москву в 1566 году, и царь принял его с великой честью, и уже вскоре на священном Соборе предложил принять сан первосвятителя. На что Филипп со смирением ответил отказом. Но царь вместе с Собором понуждали его к принятию этого решения. Так что ему в ответ на оказанное давление, пришлось выдвигать свои условия. Первое - это чтобы царь отменил опричнину. А в случае если ее не отменят и поставят его митрополитом, он оставит это священническое служение. Это вызвало раздражение и гнев царя, но по ходатайству духовенства государь сменил гнев на милость. Тогда была найдена некоторая договоренность, чтобы « Филипп в опричнину и в царский двор не вступал и после поставления не оставил митрополии из-за того, что царь не отменил опричнины»
Рукополагали Филиппа в сан первосвятителя 25 июля 1566 года в Успенском соборе Кремля. Первый год правления прошел достаточно спокойно, так что ничто не возмущало мира между царем и митрополитом. И вот в июле 1567 года, ровно через год начались страшные преследования и казни. Причиной тому стали перехваченные письма польского короля Сигизмунда и литовского гетмана Хоткевича к некоторым боярам, и содержали сведения об измене. Казнили осужденных, к ужасу всего народа публично, прямо на площадях и улицах столицы. При развязанном терроре многие искали заступничества митрополита Филиппа. И тот решился встать на защиту против учиненного царем разгула и, как пастырь, и как глава Церкви. Но, увы, увещевания первосвятителя, обращенные к Иоанну, не только не принесли пользы, но даже наоборот. Это заступничество только убедило царя в приверженности его к опальному боярству. При этом, сразу же нашлись и те, которые стали выслуживаться, угождая царю, пытаясь опорочить невинного митрополита. И как не странно, это были люди из духовенства. Архиепископ Пимен Новгородский, епископы - Пафнутий Суздальский, Филофей Рязанский, а так же Евстафий настоятель Благовещенского собора и духовник государя стали наушничать на первосвятителя, при каждом удобном случае.
События в Русской земле все больше приобретали черты негативные и трагические. К сожалению, те увещевания и вразумления никак не повлияли на царя, и тогда митрополит Филипп решается на всенародное обличение. В марте месяце 1568 года он в Успенском соборе обратился к Иоанну Васильевичу, говоря о тех несправедливых жестокостях учиненных им в России. И указал ему на то, что царствовать тот должен согласно с Божественными повелениями, при этом, имея смирение, чтобы не превозносится над людьми, и не увлекаться гневом, а управлять ими по справедливости. Публичное наставление вызвали ярость и гнев царя, так что он пригрозил митрополиту: «Филипп! Не прекословь державе нашей, да не постигнет тебя мой гнев» . Но Филипп твердо стоял за справедливость и продолжил обличать царя.
Через некоторое время произошел другой случай и стал показательным в наметившихся взаимоотношениях между царем и первосвятителем. Однажды царь подошел под благословение к митрополиту и трижды испросил его, но тот специально не замечал этого. И только когда уже к первосвятителю обратились его бояре, он повернулся и сам заговорил с царем. Его слова звучали дерзновенно и даже гневно: «Царь благой, кому поревновал ты, приняв на себя такой вид и изменив свое благолепие? Убойся суда Божия: на других закон ты налагаешь, а сам нарушаешь его. У татар и язычников есть правда – в одной России нет ее; во всем мире можно встречать милосердие, а в одной России нет сострадания даже к невинным и правым. Здесь мы приносим Богу Бескровную Жертву за спасение мира, а за алтарем безвинно проливается кровь христианская. Ты сам просишь прощения во грехах своих пред Богом, прощай же и других, согрешающих пред тобою». Все что говорил митрополит Филипп, безусловно, вызвало страшный гнев царя. И прежде всего необходимо отметить, что за свою обличительную речь первосвятитель рисковал буквально всем – и своим положением, и даже жизнью. Но в тоже время, за правду и справедливость, которую он защищал, Филипп снискал истинную любовь народа.
После этого случая, царские угодники решили окончательно сокрушить митрополита и предприняли попытку опорочить его всенародно. Так они устами одного отрока пытались оклеветать его, которого они сами же и принудили, о чем тот сознался чуть позже. И как не странно, в этом участвовал арх. Пимен Новгородский. Он на произнесенную клевету стал язвительно укорять митрополита в нечестии. На что тот ему пророчески предсказал: «Ты домогаешься восхитить чужой престол, но скоро лишишься и своего»]. Что действительно вскоре и произошло. Этот обман не удался, но участь Филиппа была уже решена, и поэтому его враги ждали удобного случая.
28 июля проходил крестный ход в Новодевичьем монастыре, куда прибыл царь со своей свитой из бояр и опричников. Во время чтения Евангелия, произошло такое событие: святитель увидел одного из опричников стоящего в тафье, о чем сразу же высказал государю. Царь обернулся, но ничего не обнаружил, поскольку виновник быстро снял головной убор. Это послужило поводом к новому конфликту. Сподвижники царя оклеветали митрополита, что он якобы говорит не правду, тем самым издевается над царской державой. Тогда Грозный разразился на первосвятителя таким гневом, что стал бранить его всенародно, называя мятежником, лжецом и злодеем. После происшедшего царь принимает окончательное решение низложить Филиппа и начинает искать канонические основания. Не найдя в Москве ничего, что могло опорочить доброе имя первосвятителя, царь принимает решение расследовать его жизнь в Соловецкой обители. Туда были направлены царские послы, целая депутация, во главе с епископом Пафнутием Суздальским и князем Василием Темкиным. Прибыв на место, они лаской и угрозами склонили к лжесвидетельству против Филиппа несколько порочных душ из монахов и игумена Паисия, который продался за обещанный ему епископский сан. Клеветников привезли в Москву, где они свидетельствовали на Соборе, который был открыт по поводу низложения Филиппа. Опальный митрополит выслушал все лживые обвинения и не стал оправдываться. Лишь игумену Паисию сказал и вновь пророчески: « Что посеешь, то и пожнешь». Обращаясь же к царю и Собору, он говорил, что лучше принять мученическую смерть, чем видеть то, что творится в родном отечестве. И стал слагать с себя символы первосвятительского сана. Но его враги желали ему публичного и всенародного позора и поэтому не позволили просто так без объявления приговора удалиться, и обязали его дальше исполнять свои обязанности. 8 ноября Филипп служил Божественную литургию в Успенском соборе, куда прибыли опричники во главе с Басмановым. Прочитав судебное постановление о низложении, они набросились на Филиппа и сорвали с него святительское облачение, потом одели в рваную монашескую одежду и с позором выгнали из храма. Его на дровнях отправили в Богоявленский монастырь, где целую неделю держали в оковах в монастырской тюрьме. Потом перевезли в старый Никольский монастырь. Куда царь прислал ему голову одного из любимых родственников. И, наконец, после всех этих издевательств сослали в Тверь в Отрочь монастырь. Где год спустя, Малюта Скуратов собственноручно задушил страдальца. Святитель Филипп умер 23 декабря 1569 года.