Это цитата сообщения MZEKALA Оригинальное сообщение
ЛЕГЕНДЫ БЫЛОЙ МОСКВЫ - СУХАРЕВА БАШНЯ. _3
[показать]Отдельные фрагменты белокаменного декора, часть решетки проездных ворот и венчавший башню герб с орлом находятся в Коломенском музее и Донском монастыре" [62].
Появились первые общие предложения о месте воссоздания памятника. В печати была опубликована, например, схема квартала Научно-исследовательского института скорой помощи, содержащая элементы реконструкции этой территории. За счет сноса нескольких зданий по четной стороне проспекта Мира на образовавшейся узкой полосе предлагалось поставить башню. Но для этого пришлось бы повернуть ее южный фасад на запад. Такое решение нельзя признать серьезным и поэтому о нем быстро забыли.
Поиски решения воссоздания Сухаревой башни привели к углублению интереса к истории ее сооружения и функционирования, а также причинам и обстоятельствам сноса. Тогда же вспомнили и о предложениях полувековой давности - о проезде городского транспорта через "тело башни".
Таким образом, стали возникать разные, в том числе взаимоисключающие предложения, вылившиеся в некий конкурс эскизных проектов. К сожалению, проявившийся разрыв между наукой и проектной практикой не вылился в полноценный конкурс концепций. Да и сейчас такие идеи конкурсов альтернативных направлений и концепций еще не в моде. А ведь нужно более смело искать пути в будущее, экономя творческие силы и стремясь организованно преодолевать полосы хаоса.
Говоря о таком конкурсе идей, можно было бы вспомнить выдвинутую европейскими специалистами еще в конце XIX в. концепцию отношения к руинам древних сооружений. Суть ее состояла в сохранении и консервации "священных камней" (как назвал руины Ф.М.Достоевский), а также в постройке поблизости хорошей копии памятника, то есть "прекрасного новодела". В этой связи в качестве удачного примера можно было бы привести такие выдающиеся копии и новоделы, подчас даже затмившие славу своих прообразов-подлинников, как: скульптуры "фонтана рек" в Вене, декор Большого каскада Петродворца, включая фонтан "Самсон", стены и башни южной части Кремля, искусно замененные еще в конце XVIII в. и ряд других памятников.
Приступая к воссозданию Сухаревой башни, необходимо начать с решения вопроса о функциональном назначении и генеральной композиционно-градостроительной идеи возрождаемого памятника истории архитектуры. Отбрасывая не компетентные или поверхностные высказывания, так сказать, беглые "мысли издалека", мы должны искать ключевые идеи.
Во всем цивилизованном мире следование долгу исторической памяти не сводится к слепому копированию и прямому воспроизведению конкретно существовавшего в прошлом. Историческая городская среда должна жить как творческая составляющая обновляемой застройки. Было бы достойно сожаления, если бы градостроительная роль Сухаревой башни исчерпывалась некогда грандиозной, применительно к старым масштабам города, вертикальной доминантой, просматриваемой из разных районов города и замыкавшей перспективы крупных московских улиц. Поэтому важно суметь увидеть новые грани служения атрибутов прошлого новым поколениям. Принимая, в принципе, известный афоризм, что "прошлое продолжается в будущем", необходимо проявлять гибкость и творчески относиться к этому прошлому, не забывать, что "продолжателями" являемся мы сами.
В 1982 г. с инициативой оптимального решения воссоздания Сухаревой башни выступил талантливый архитектор старшего поколения П.Н.Рагулин (1905-1991) - автор проекта крупного полиграфического комбината в г.Твери, участник проектирования в конце 30-х годов на базе знаменитого ресторана "Яр" комфортабельного "Дома Аэрофлота" (с 1952 г. гостиница "Советская"), а также ряда других московских зданий. Он детально изучил информацию о Сухаревой башне (при консультации автора этих строк по историческим и градостроительным вопросам) и не раз выступал по данной проблеме на совещаниях архитекторов и журналистов, а также на страницах журнала "Огонек". В результате тщательного анализа различных композиционно-градостроительных вариантов он выдвинул радикальное решение постановки башни в сквере, по оси шереметевского Странноприимного дома и создания ансамбля из трех выдающихся произведений русского зодчества. Тогда же сформировалась на общественных началах проектная группа в составе: П.Н.Рагулин, В.П.Обросов-Серов и П.М.Мягков.
Этот проект, как никакой другой, учитывает те преобразования, которые произошли на Сухаревской площади за годы после уничтожения любимого народом памятника.
В послевоенные годы градостроительная ситуация на пересечении Сретенки и Садового кольца сильно изменилась. Исчезли мелкие постройки, в 1979 г. появился небольшой сквер, построена станция метро, произведена реставрация памятника архитектуры середины XVII в. - церкви Троицы в Листах. На облик близлежащей территории существенно повлияло возведение в 1948 г. на взгорье Садового кольца многоэтажного дома (на внешней стороне Малой Сухаревской площади) с угловой башней (архитектор К.И.Джус), соизмеримой по высоте с Сухаревой и отстоящей от ее прежнего места всего на 80 м.
Известно, что Большая Сухаревская площадь требует безотлагательной реконструкции и устройства транспортной развязки в двух уровнях. Ориентируясь на удачно найденное решение, можно получить очень интересный ансамбль (рис. на второй стр. обложки, внизу), не сооружая на площади других зданий, кроме башни. Она будет хорошо смотреться на фоне выстроенных немецкими строителями около 1930 г. пятиэтажных домов с мансардами в традициях, близких к старинным голландским приемам. Производственная и экономическая основа для такой реконструкции Сухаревской площади не должна вызывать сомнений.
Для воссоздания башни потребуется во много раз меньше кирпича, чем во времена ее постройки: специальный реставрационный кирпич будет нужен только для внешней-лицевой кладки. Белокаменный декор также имеет ограниченную материалоемкость. Кроме того, вместо известняка здесь целесообразно было бы применить искусственные материалы, стойкие к воздействию внешней агрессивной среды. Здесь большим подспорьем послужит накопленный опыт реставрации стен и башен Кремля, а также воссоздания Казанского собора и Воскресенских ворот.
Важно учитывать, что возведение башни в сквере, а не на перекрестке двух магистралей улучшит градостроительную ситуацию, поскольку упомянутая пресловутая "башня Джуса", высотой около 50 м, к сожалению, "господствующая над местностью" [46], уже оказывается не на расстоянии 80 м от оси перекрестка, а значительно дальше (рис. 22). Здесь башня будет хорошо соседствовать с бывшим доходным домом, построенным в 1908-1911 г. архитектром С.К.Родионовым (ныне здание банка) и облицованным выразительной зеленой майоликой.
По современным оценкам его "керамическая шатровая башенка-теремок, вероятно, была рассчитана на восприятие в соседстве с Сухаревой башней" [85, с.449]
Установку башни в сквере с самого начала авторы связывали с идеей придания ей монументальной роли в истории отечественного морского флота. Возрожденный памятник с подземными этажами и световыми двориками должен стать музеино-экспозиционным комплексом Российского флота.
Обратимся к официальному документу-протоколу заседания бюро Президиума правления Союза архитекторов РСФСР и Президиума правления Центрального совета Всероссийского общества охраны памятников истории и культуры от 3 декабря 1985 г. В этом документе отмечена безусловная целесообразность воссоздания Сухаревой башни, "ставшей символом становления науки, культуры и военно-морского могущества". Здесь же говорится о том, что "вопрос о восстановлении был рассмотрен на заседаниях Президиума правления ЦК ВООПИК 2.06.78 г. и 19.05.80 г. с участием выдающихся ученых и общественных деятелей страны, которые активно поддержали идеи восстановления башни". Конкретизирующая запись гласит, что "проектными предложениями восстановления Сухаревой башни предусматривается размещение ее по оси Странноприимного дома (больница им. Склифосовского) с развитым подземным пространством для организации музея Морского флота СССР общей площадью 10 тыс. кв. м. Градостроительная и архитектурная организация пространства Колхозной площади предусматривает включение в ее ансамбль трех выдающихся памятников: церковь Троицы в Листах XVII века, Сухаревой башни и Странноприимного дома Кваренги с обеспечением транспортных проездов в тоннеле под площадью по Садовому кольцу и прямым проездом ул. Сретенка - проспект Мира. Над подземным участком Садового кольца организуется пешеходный партер со сквером и памятником Петру I". Было принято решение: "Одобрить инициативу авторов проектного предложения восстановления Сухаревой башни с организацией музея Морского флота СССР; выразить благодарность и отметить большую творческую работу, выполненную на общественных началах авторским коллективом" [67].
Перспективное изображение ансамбля сквера и башни с западной стороны по этому проекту представлено на рис. 23. Вариант устройства подземных этажей в два яруса виден на вертикальном разрезе сооружения (рис. 24).
Это предложение сразу же горячо поддержали такие выдающиеся деятели культуры, как С.В.Образцов, С.Ф.Бондарчук, С.А.Герасимов, писатель О.В.Волков, поэт А.А.Вознесенский, видные архитекторы В.В.Лебедев, М.В.Посохин, А.Т.Полянский, И.Е.Рожин, академик Б.А.Рыбаков, космонавт В.И.Севастьянов и многие другие. Этот проект был обстоятельно рассмотрен в различных организациях. Сегодня его поддерживают такие авторитетные силы, как руководство Министерства культуры, Российское дворянское собрание, Российский государственный морской историко-культурный центр при Правительстве Российской Федерации и др. Многочисленные газетные публикации не только популяризировали историю Сухаревой башни, но при этом как бы утвердили в общественном сознании проект ее воссоздания именно на территории сквера [68-71].
Заслуживает внимания следующее заявление, сделанное летом 1987 г. Политическим управлением Военно-Морского Флота в ответ на письмо архитектора П.Н.Рагулина: "Главнокомандующий Военно-Морским Флотом адмирал флота Чернавин В.Н. поддерживает Ваше предложение о воссоздании на Колхозной площади Сухаревой башни и создание в ней и на прилегающей территории музея Русского флота. При необходимости Военно-Морской флот готов войти с ходатайством в соответствующие инстанции для поддержки Вашего предложения" [72].
В последующие годы был продолжен поиск оптимальных вариантов планировки Большой Сухаревской площади, в том числе с некоторым смещением башни с оси бывшего Странноприимного дома, что увеличивает свободу планировочного маневра (рис. 25). Эти разработки выполнялись в рамках Московского отделения Русского географического общества и его специальной комиссии.
В сквере возле башни намечена прокладка монументальных аллей морской славы со скульптурными группами и портретами героев-адмиралов, исследователей, первооткрывателей и выдающихся тружеников флота России (рис. 26). Здесь же, на площади, предусмотрены фонтаны, ростральная колонна и другие элементы "малых форм". Кроме того, предложено установить памятник молодому Петру I - строителю Российского флота (рис. 27).
Это принципиальное композиционное решение неоднократно освещалось в печати [54-57] и получило поддержку в официальных обращениях видных представителей флота [58].
Воссоздаваемая Сухарева башня с обширными подземными этажами и выходящими из них в сквер световыми двориками предполагает общественное использование. Здесь можно разместить морской историко-культурный центр, изучающий и пропагандирующий развитие Российского флота. Гидрогеологические условия данного места позволяют выстроить здесь такой комплекс сооружений.
Башня в сквере не только не уменьшит площадь зеленых насаждений в этом перенасыщенном выхлопными газами районе, но даже обеспечит их значительное увеличение за счет устройства новых скверов над тоннелем.
Заслуживают внимания авторитетные заключения известных архитекторов, лауреатов Ленинских премий Я.Б.Белопольского и Е.Н.Стамо. Первый из них назвал проект "увлекательным решением всей Колхозной площади с воссозданием Сухаревой башни напротив дома Кваренги" и добавил: "Старое место нереально". Мнение второго тоже весьма четко и категорично: "Очень хороший проект. Здесь все сделано верно и здорово... Сложная задача с воссозданием Сухаревой башни решена не схоластически, а творчески: умно использовано подземное пространство, увеличивающее в несколько раз рабочую площадь" [65, с.17].
Известный писатель и общественный деятель О.В.Волков, глубоко изучавший историю Москвы, был горячим поборником предложенного решения: "Проект позволяет увидеть, как хорошо все может получиться". Но еще большее впечатление производит следующее заявление известного ученого, профессора Московского архитектурного института И.Е.Рожина: "Мне довелось с академиком Фоминым в 30-е годы разрабатывать проект Колхозной площади с сохранением башни... Конечно, было бы очень заманчиво воссоздать ее на старом месте, но это совершенно нереально! Над будущим тоннелем никто строить не будет... Предлагаемый участок и решение привлекают своей реалистичностью. Надо сказать, что выбранное место хорошо увязывается композиционно с застройкой площади, дополняя ее и создавая выразительный ансамбль... Мне кажется, это очень убедительное решение" [65, с.17].
Весьма положительно высказался также о рассматриваемом проекте И.С.Глазунов - народный художник СССР, почетный член Академии искусств в Мадриде. Приводим его текст, относящийся к июню 1985 г.:
"Проект восстановления Сухаревой башни, разработанный архитектором-художником Рагулиным П.Н. и инженером-строителем Мягковым П.М. не может не вызвать огромного чувства удовлетворения у всех, кто мало-мальски помнит или знает по репродукциям этот великолепный шедевр русской архитектуры XVII века, памятник и колыбель отечественного мореходства. Наконец найдено решение сложной проблемы возвращения к жизни сооружения, утраченного в годы недооценки значения нашего исторического наследия.
Думается, этот проект положит конец спорам между сторонниками восстановления башни на старом месте, на перекрестке Садовой магистрали с лучом Сретенка - Проспект Мира, и теми, кто, понимая сложности этого пути, делающие его почти нереальным, искал более отвечающие обстановке и возможностям решения. Достаточно бросить взгляд на перспективу Колхозной площади, представленную этими авторами, чтобы оценить ее очевидные преимущества. Спроектированный ими тоннель на отрезке Садовой магистрали от Сретенки до Коптельского переулка позволил разбить во всю ширину проезжей части сквер, составивший естественное продолжение существующего. Образовалось обширное свободное пространство, ограниченное с одной стороны Институтом Склифосовского и использованное с другой - для восстановления башни. Два уникальных памятника архитектуры разных эпох словно перекликаются друг с другом, предоставляя нам ими любоваться и оценивать манеру строить и видеть красоту творений русских зодчих, отделенных друг от друга столетием.
Благодаря свободной планировке и открытому пространству площади, восхищенному взору представляется и третий памятник - стоящая в начале Сретенки церковка Троицы на Листах, принадлежащая старомосковскому периоду зодчества. Таким образом в нашей столице образуется "Площадь трех памятников", заслуживающая встать в ряд с самыми прославленными площадями исторических городов мира".
В заключение остановимся на суждениях академика архитектуры В.В.Лебедева, высказанных в его книге "Заметки о пространственной и эстетической сущности архитектуры". В частности, он пишет: "Один из композиционных приемов достижения своеобразия архитектурного пространства - это его "театрализация". Смысл этого приема сводится к тому, что создается своеобразная зрелищная среда в городском пространстве, в которой происходит постепенная смена зрительных впечатлений при перемещении. Действующим лицом ("актером") и одновременно зрителем становится сам человек" [59].
Рассматриваемый проект рассчитан на поэтапное осуществление, но непременно должен выполняться по единой концепции. При этом нужно учесть, что строительство транспортного тоннеля по Садовому кольцу является самостоятельной задачей, вполне решаемой, хотя и усложненной большой глубиной подземной части древней Сухаревой башни, которая требует тщательного изучения и, возможно, даже бережного сохранения [60, с. 15]. Другим обстоятельством является наличие технического тюбингового тоннеля южнее того места, где находилась башня, сооруженного на Садовом кольце в 1988-1991 гг. без учета необходимости выполнения транспортной развязки в двух уровнях.
Воплощая в жизнь этот проект, способный дать новую жизнь ансамблю площади, в качестве сопутствующего шага было бы целесообразно предусмотреть технически несложный подъем храма Троицы в Листах, "утонувшего" в вековых напластованиях культурного слоя земли что поможет включить этот выдающийся памятник XVII в. в создаваемый ансамбль.
Нарастание культурного слоя в городах происходит неравномерно, в среднем порядка 1 м за столетие. В пределах Садового кольца Москвы, например, он достигает двух с половиной-четырех метров, а в отдельных случаях значительно больше. Наши далекие предки здания, "ушедшие в землю", перестраивали, превращая первые этажи (иногда даже два) в подвалы и наращивая новые. Но чаще сооружения оказывались в ямах, нередко заливаемых сточными и талыми водами, но порой заботливо расчищаемых. Храм в 1930-е годы сильно пострадал от воды. В то время храм Троицы в Листах, превращенный в склад скульптурных мастерских, освободили от "излишней нагрузки", удалив его верхнюю часть-барабаны с куполами. Поскольку ныне отреставрированный шедевр стоит вне исторического ансамбля и не имеет подклета, его необходимо поднять на 2,5--3 м. Сама по себе идея подъема памятников архитектуры впервые была выдвинута и обоснована автором этих строк в 1986-1988 гг. [63]. К этому актуальному вопросу вынуждены были вновь вернуться в 1996 г. Так, в институте Гидроспецпроект провели эксперимент по использованию гидровинтовых домкратов грузоподъемностью до 30 т [64]. Такой подъем уже намечен для храма Всех Святых на Кулишках на Славянской площади.
Деятели культуры и искусства нередко считают своей главной задачей творческое самовыражение, подчиняя этому чуть ли не любые возникающие градостроительные проблемы и ситуации. Подобным образом формируется застройка некоторых площадей, таких, как Самотечная, Тургеневская и др. В первой половине 1980-х годов для Большой Сухаревской площади проектировали детский универмаг, затем намечали построить цыганский театр и даже продать "бесхозное" место для коммерческой застройки. Так в масштабе города шло разрушение его уникального исторического облика.
Как показано выше, исторический облик города должен неизбежно развиваться и поэтому не может быть просто законсервирован и огражден от всяких на него влияний. Рост этажности городской застройки резко изменил роль вертикальных доминант, некогда замыкавших перспективы магистралей старой Москвы. Не случайно, что уже по иному принципу размещены первые высотные здания столицы.
Предпринятая в 1980-х годах в мастерской N11 института "Моспроект-2" попытка оценить местоположение башни напротив бывшего Странноприимного дома с помощью ЭВМ теряет всякий смысл. Тогда был сделан вывод, "что при размещении башни, как предлагают П.Мягков и П.Рагулин, ее восприятие будет несколько затруднено, так как она будет закрываться окружающими зданиями" [65, с.18].
К сожалению, наиболее распространенной альтернативой любому новаторскому предложению чаще всего служат схоластические и даже спекулятивные подходы, не несущие в себе положительного начала. Часто это бывает вызвано недостаточным вниканием в суть проблемы или поверхностными оценками высказываний и даже стремлением просто по-бюрократически закрыть вопрос.
Подобные подходы, к реконструкции Большой Сухаревской площади, восходящие к схематическому решению И.А.Фомина, повлияли на состав предложений, выдвинутых на организованном в 1986 г. бывшим Главным архитектурно-планировочным управлением Москвы конкурсе [65]. Семь из десяти проектов предусматривали воссоздание Сухаревой башни на старом месте. Именно такому проекту, представленному коллективом Московского архитектурного института во главе с профессором Н.В.Оболенским, жюри присудило первую премию. Второе место получил рассмотренный выше проект воссоздания башни в сквере. Однако какие-либо шаги по реализации итогов этого конкурса даже и не предусматривались и поэтому никаких действий после этой "конкурсной акции" не последовало. Напомним, что вскоре после конкурса, в начале 1987 г. писатель О.В.Волков отметил в "Литературной газете" свою крайнюю неудовлетворенность решением жюри. "В прессе был широко освещен проект восстановления, сделанный четыре года назад П.Н.Рагулиным и П.М.Мягковым... Проект получил беспрецедентное количество положительных отзывов как массового читателя, так и видных специалистов... Сама идея конкурса выглядела по меньшей мере странной... Предпочтение было оказано заведомо мертворожденной затее... Не поздно и сейчас результаты конкурса признать не имеющими силы" [73].
Вместе с тем необходимо коснуться настойчивых попыток связать башню с сохранившимися фундаментами, о которых никто из заинтересованных лиц не имеет представления. Поэтому стремление к "всенепременней" постановке башни на старых фундаментах выглядит как некая "идефикс".
Известно, что на Сухаревской площади все более остро назревает проблема пропуска городского транспорта по Садовому кольцу в двух уровнях.
В современной зарубежной практике стали использовать двухъярусные тоннели на затесненных участках улиц или в местах, насыщенных различными подземными сооружениями. Так, в 1993 г. в Париже соорудили тоннель двухъярусной конструкции, обеспечивший разделение транспортных потоков противоположных направлений на два уровня.
Проходка тоннеля под башней - дело сложное и очень неудобное, поскольку речь идет вовсе не о фундаментах, а об очень глубоких двухэтажных подвалах. По схеме Н.В.Оболенского эти фундаменты обтекаются двумя кривыми ветвями тоннеля. При этом для размещения внешней (северной) ветви тоннеля башню "решили" сместить на несколько метров к югу, а для этого срезать часть фундаментной кладки с одной стороны и столько же нарастить с противоположной. Но как можно осуществить такое смещение при наличии подвальных этажей? Глубина подземной части Сухаревой башни точно неизвестна. По отдельным историческим данным, она превышает 8-10 м. Даже при открытии засыпанных подвалов и замурованного входа в подземный ход, они вряд ли должны стать предметом постоянной экспозиции.
В 1980-х годах прорабатывались некоторые возможные варианты размещения транспортных тоннелей, подземного перехода под Садовым кольцом и т.д. При этом была выявлена необходимость сноса угловых зданий в самом начале проспекта Мира для пропуска ветви обводного транспортного тоннеля с северной стороны Сухаревой башни, если ее воссоздавать на старом месте. Что касается подземного перехода от Сретенки до проспекта Мира, то его устройство оказалось затрудненным из-за прокладки в 1989-1993 гг. закрытой проходкой тюбингового коммуникационного тоннеля под Садовым кольцом южнее башни.
Анализируя содержание конкурсных проектов, можно упомянуть предложение о разделении начала проспекта Мира на два рукава для объезда башни и о строительстве напротив шереметевского Странноприимного дома небольших безликих зданий "новаторского" типа (предложение авторов из МНИИТЭП) либо о коммерческих сооружениях, никак не входящих в гармоничный ансамбль с памятниками архитектуры (два предложения из ГипроНИИ, проект архитектора Б.В.Бодэ), или даже о простом схематическом расширении сквера за счет пространства над тоннелем под Садовым кольцом (предложение Я.Б.Белопольского). По предложению архитектора Д.С.Солопова для пропуска транспортных потоков радиального направления в обход Сухаревой башни нужно срезать западный угол" проспекта Мира (с его историческими зданиями) и пробить западнее Сретенки дублер этой улицы, сделав его основной радиальной магистралью, ведущей к проспекту Мира. Сама улица Сретенка в этом случае превращается в пешеходную зону.
Обобщая оценку содержания конкурсных проектов с идеей возведения Сухаревой башни на старом месте, можно констатировать, что все они не только не решают назревшие транспортно-градостроительные проблемы, но, напротив, - усугубляют их.
В одной из аналитических записок, составленной по завершении конкурса 1986 г. было записано: "...ошибочно, на наш взгляд, делать сейчас однозначный вывод, будто для Сухаревой башни годится только ее старое место. Ведь там будут совсем не те условия, в которых она существовала большой период времени. Слишком многое переменилось в ближайшем и более отдаленном окружении прежнего ее местоположения. А в корне изменившиеся градостроительные условия ее окружения требуют и нового, все учитывающего, рассудительного подхода в деле выбора оптимального места для создания наилучших условий восприятия здания и гармоничного вписывания его в общий градостроительный ансамбль... И примитивнее всех решение - ставить здание башни на старом месте только потому, что так было в XVII веке, 300 лет назад. Место будет то самое, да город кругом сегодня, накануне XXI века - неузнаваемо другой!" [74].
По предложениям К.С.Шехояна и Е.Н.Стамо, башню предполагается сдвинуть с перекрестка в сквер - в устье Сретенки. Однако при этом вне поля зрения осталась задача формирования архитектурного ансамбля из трех выдающихся исторических памятников. Это сняло необходимость пропуска городского транспорта радиального направления "сквозь тело " Сухаревой башни. Но возникшая как раз в это время задача размещения поблизости детского универмага неожиданно привела архитектора Е.Н.Стамо к идее возведения грандиозного торгового здания поперек Сретенки с пропуском транспорта на уровне первых этажей.
Приходится констатировать, что во всех конкурсных проектах лишь схематически намечен транспортный тоннель под подземными остатками Сухаревой башни на Садовом кольце. Это, безусловно, большая самостоятельная задача, которая к тому же усложнилась в результате проходки коммуникационного тоннеля. Но тем не менее и эта проблема, конечно же, решаема.
Из всего вышесказанного можно сделать вывод: необходимо отделить проблему воссоздания Сухаревой башни от проблемы подземной транспортной развязки как в композиционном, так и во временном отношении.
В настоящее время Большая и Малая Сухаревские площади - это одно из нетронутых реконструкцией мест центральной части Москвы, где все здания не находятся в композиционном взаимодействии между собой, а остаются до сих пор с нерешенной планировочной структурой и транспортной системой.
В 1995 г. территория сквера с санкции старого руководства Москомархитектуры была выставлена на торги с целью использования под застройку коммерческими структурами. Лишь благодаря поддержке руководством Министерства культуры рассмотренного выше проекта архитектурного ансамбля, мэр Москвы Ю.М.Лужков остановил реализацию названных торгов.
В этих условиях главная задача реконструктивного преобразования пространства состоит, во-первых, в умении не разрушать, а раскрывать потенциальные возможности места и его составляющих элементов и, во-вторых, лаконичными приемами сформировать целостный гармоничный ансамбль. Успешное разрешение задачи - это проявление высшего мастерства, намного превосходящего обычный творческий процесс.
Выступая в конце апреля 1997 г. на Всероссийском совещании "Возрождение и реконструкция городов России", Московский мэр Ю.М.Лужков высказал такую мысль: "Каждый город имеет свою историю, свои достопримечательности, оригинальные архитектурные ансамбли, которыми гордятся его жители. Каждый город формирует свой неповторимый мир, который мы называем малой родиной... Город может зарабатывать по-разному: и организуя производство, и туризмом, эксплуатируя - в хорошем смысле - свою историю и достопримечательности" [83]. Это вполне применимо к задаче творчески осмысленной реконструкции исторической Сухаревской площади.
Не возврат к прошлому, причем в явно худших и неприемлемых на сегодняшний день условиях, а впервые предпринимаемое формирование крупного ансамбля из трех архитектурных памятников исторического значения должно украсить Садовое кольцо Москвы, да и весь город, замечательным бриллиантом, обладающим большой притягательной силой. Можно предположить, что знакомство людей XXI столетия с историей нашей 850-летней столицы будет начинаться в Кремле и на Красной площади, а продолжаться на Сухаревской площади, овеянной легендарной многовековой славой.
Предпосылки формирования монументального комплекса на Большой Сухаревской площади продолжают сохраняться и даже закрепляться. Состоявшееся 15 февраля 1996 г. заседание Московского городского комитета по подготовке празднования 300-летия Российского флота приняло решение: "Поручить Москомархитектуре... и Комитету по культуре... рассмотреть проектные предложения по сооружению закладного камня и места его установки на Сухаревской площади" [76]. Затем последовало распоряжение первого заместителя премьера Правительства Москвы Э.А.Бакирова: "Одобрить проектное предложение об установке на Сухаревской площади закладного камня на месте первого морского учебного заведения в России-Сухаревской навигационной школы, как первого этапа создани в перспективе на Сухаревской площади историко-архитектурного комплекса "Морской славы"" [77].
Эти распоряжения были выполнены. В результате Мэрия Москвы, командование Военно-Морским Флотом и Российская академия наук 11 декабря 1996 г. в торжественной обстановке открыли в сквере напротив шереметевского Странноприимного, дома крупный каменный знак (высотой около 3 м) из гранита Токовского месторождения (Днепропетровская область).
На камне изображен архитектурный силуэт прославленной башни. Под ним крупным шрифтом высечена надпись: "На этой площади находилась Сухарева башня, в которой с 1701 по 1715 год размещались Навигацкие классы - первое светское учебное заведение, готовившее кадры для Российского флота и государства". На тыльной стороне написано: "Сооружено в ознаменование 300-летия флота России. 1696-1996". По сторонам от памятного знака размещены два специально привезенных в Москву якоря.
Сам факт установки памятного знака служит подтверждением немеркнущей славы Сухаревой башни, казалось бы, "надежно" стертой с лица земли. Особенно примечательно, что в открытии памятного знака участвовали такие коллективы, как "Россия молодая" и детские патриотические организации. Отрадно, что это не просто "юбилейный порыв". Памятный знак уже выполняет благородную миссию. Так, в феврале 1997 г. в газете правительства Москвы "Тверская, 13" напечатана статья о необходимости возрождения Сухаревой башни, написанная ученицей 10-класса одной из московских школ [78]. Нельзя не согласиться с общемосковской тенденцией на воссоздание башни, а также с оптимистичным заключением статьи: "Мы в ней не безликие песчинки, а граждане, с мнением которых считаются "отцы города"".
Нужно заметить, что современная московская практика установки памятных знаков (в отличие от закладных камней и мемориальных досок) возникла в 1996 году. При открытии первого памятного знака (на Арбате) мэр Москвы Ю.М.Лужков специально отметил, что такой знак никоим образом не призван материально исчерпать память об исчезнувшем историческом сооружении. Наоборот, это не исключает воссоздание памятника. При открытии памятного знака на Большой Сухаревской площади в официальных выступлениях подчеркивалось, что это первый этай реализации проекта преобразования исторического места с воссозданием Сухаревой башни и устройством мемориальных аллей морской славы.
Не вызывает сомнения, что прославленная в легендах и произведениях русских писателей, поэтов и художников Сухарева башня потенциально способна дать новую жизнь площади, с которой она была связана почти 240 лет. Тем самым она призвана укрепить в новых условиях историческую славу Москвы.
1. Гердер И.Г, Идеи к философии истории человечества. М.: Наука, 1977-704 с.
2. Гуллер Ю. Что бы сказал об этом князь Вяземский // Вечерний клуб. 19 сентября 1996 г. N102.
3. Несколько исторических заметок о Сухаревой башне // Московские губернские ведомости. 1855. N16.
4. Снегирев И.М. Сухарева башня в Москве // Русские достопамятности. T.I, М., 1877.
5. Фомин И.И. Сухарева башня в Москве. М.: изд. Моск. ун-та, 1931.
6. Сытин П.В. Сухарева башня (1692-1926). Народные легенды о башне, ее история, реставрация и современное состояние. М., 1926.-52 с. / Переиздание с предисловием Л.В.Ивановой. М.: Отечество, 1993.-40 с.
7. Посохин М.В. Полифония в архитектуре // Знамя. 1979. N1. С.198-215.
8. Гидион 3. Пространство, время, архитектура. М.: Стройиздат, 1984.- 455 с.
9. Коуэн г.Дж. Мастера строительного искусства. М.: Стройиздат, 1982.-240 с.
10. Гоголь Н.В. Полное собрание сочинений. Т.8. М., 1951.
11. Сытин П. В. Из истории московских улиц (очерки). М.: Моск. рабочий. 1958.-844 с.
12. Смирнов Н.А. История строительной техники с древнейших времен до начала XVIII века // История строительной техники. Под общей ред.В.Ф.Иванова. Л.-М.: Госстройиздат, 1962.
13. Забелин И.Е. Домашний быт русского народа в XVI-XVII столетиях. М., 1895.
14. Тиц А.А. Загадки русского чертежа. М.: Стройиздат, 1978.-15 1 с.
15. Очерки русской морской истории. ч.1. СПб., 1875.
16. По Москве. Прогулки по Москве и ее художественным и просветительным учреждениям. Под редакцией Н.А.Гейнике и др. М.: Изд-во М. и С.Собашниковых, 1917.-672 с./ Репринтное переиздание. М.: Изобразительное искусство. 1991.
17. Пилявский В .И., Тиц А.А., Ушаков Ю.С. История русской архитектуры. Л.: Стройиздат, 1984.-512 с.
18. Кудрявцева Т.П. Очерк истории московской архитектуры XV-XVIII веков. // Зодчие Москвы. Вып.1. М.: Моск. рабочий. 1981-302 с.
19. Сытин П.В. История планировки и застройки Москвы. Материалы и исследования. Том 1. М.: Моск. рабочий. 1950.- 415 с.
20. РГАДА. Фонд 160 (1703). Л.49-50.
21. Фомин Ю. У истоков российского морского образования// Морской флот. 1997. N3.
22. Ткачева Н.К. К истории Навигацкой школы // Советские архивы. 1976. N2.
23. Флеровская М.А. Навигацкая школа // Вопросы истории. 1973. N10.
24. Морозов А.А. Михаил Васильевич Ломоносов. М.: Молодая гвардия. 1955.-926 с.
25. Русаков В. Петровский маскарад 1722 года // Живописная Россия. Иллюстрированный вестник отчизноведения, истории, культуры, государственной, общественной и экономической жизни России. Том второй, СПб.; М.: изд. тов. М.О.Вольф, 1902.
26. Берхгольц Ф.В. Дневники. СПб., 1863.
27. Горин г.С. Московский родник. М., 1973.
28. Государственная публичная библиотека. Отдел изобразительного искусства. Коллекция Э.В.Готье-Дюфайе. Т.2, N4317/3.
29. Дмитриев М.А. Московские эллегии. М.: Моск. рабочий, 1985.-312 с.
30. Строительство и архитектура Москвы. 1986. N7.
31. Лермонтов М.Ю. Панорама Москвы // Лермонтов М.Ю. Сочинения в шести томах. Т.6. М., 1957.
32. Сытин П.В. Воспоминания о А.М.Васнецове // Аполлинарий Васнецов. К столетию со дня рождения / Труды Музея истории и реконструкции Москвы. Вып.VII. М.: Моск. рабочий, 1957. С.85-90.
33. Попов В.А. Русский фарфор. Частные заводы. Л.: Художник РСФСР, 1980.-315 с.
34. Гастев М. Материалы для полной и сравнительной статистики Москвы. Часть 1. М., 1841. Приложения. Чертеж IX.
35. Черепанов В.А. Садовое кольцо. М., Моск. рабочий. 1963.-159 с.
36. Пилявский В.И. Джакомо Кваренги: Архитектор. Художник. А.: Стройиздат, 1981. 212 с.
37. Гиляровский В.А. Москва и москвичи. М., 1955.
38. Яркий М.Н. Путеводитель по Москве и окрестностям. М., 1884.
39. Москва и ея окрестности. Путеводитель. М., 1882.
40. Поляков Н. Москвичи дома, в гостях и на улице. Рассказы из народного быта. М., 1858.
42. Памятники архитектуры Москвы. Земляной город. М.: Искусство, 1982.-352 с.
43. Горностаев И.Ф., Богуславский Я.М. По Москве и ея окрестностям. Путеводитель. М., 1903.
44. Гоголь Н.В. Об архитектуре нынешнего времени. // Сочинения. Том девятый. СПб.: изд-во. А.Ф.Маркса, 1900. С.233-253.
45. Жолтовский И.В. Город, улица, дом // Техника молодежи. 1951, N1.
46. Федосюк Ю.А. Москва в кольце Садовых. Путеводитель. М.: Моск. рабочий, 1983.-447 с.
47. Снос Сухаревой башни // Рабочая Москва. 17 авг. 1933.
48. И.Э.Грабарь, И.А.Фомин, И.В.Жолтовский и др.И.В.Сталину // Известия ЦК КПСС. 1989. N9.
49. И.В. Сталин, К.Е.Ворошилов - Л.М.Кагановичу// Известия ЦК КПСС. 1989. N9.
50. К.Ф. Юон, А.В.Щусев, А.М.Эфрос и др. - И.В.Сталину // Известия ЦК КПСС. 1989. N9.
51. И.В.Сталин - А.В.Щусеву, А.М.Эфросу, И.В.Жолтовскому и др. // Известия ЦК КПСС. 1989. N9.
52. Давид Л. Восстановись мгновение // Строительство и архитектура Москвы. 1986. N7.
53. Липовецкий Д. Железный узел. М.: Моспартиздат, 1933.-112 с.
54. Аникин В.В. Мемориал флотской славы // Морской вестник. 1996. N2.
55. Щербо Г.М. Большая Сухаревская площадь в прошлом и будущем // Тверская, 13. 27 октября - 2 ноября 1994. N43.
56. Щербо Г.М. Сухарева башня-памятник и символ // Московская правда. 21 и 22 июня 1995. NN114 и 115.
57. Щербо Г.М. Слово о Сухаревой башне // Российская газета. 1 ноября 1996. N210.
58. Пушкин А.С., Катышев А.П., Бочаров Ю.В., Гагаркин В.Н., Филонович Р.Д. Возродим колыбель морской славы // Тверская, 13. 3-9 ноября 1994. N44.
59. Лебедев В. В. У каждого города - свое лицо //Строительная газета. 3 ноября 1995. N44.
60. Фундаменты башни - под охрану // Строительство и архитектура Москвы. 1986. N7.
61. Рязанцев А. Колдун из Сухаревой башни // Тверская, 13. 1-7 августа 1996. N31.
62. Барановский П., Водкой О., Глазунов И., Леонов Л., Лихачев Д., Петрянов И., Рыбаков Б. Восстановить Сухареву башню // Литературная газета. 6-21 мая 1980. N21.
63, Щербо Г.М. "Коленопреклоненные" сокровища// Архитектура (приложение к "Строительной газете"). 23 января 1988. N2.
64. Герасимец Е. Новая жизнь древних строений //Строительная газета. 19 июля 1996. N29.
65. П.Мягков и П.Рагулин предлагают // Архитектура и строительство Москвы. 1986. N7. С.16-18.
66. Булашова С. Ее звали невестой Ивана Великого // Неделя. 19-25 мая 1986. N21.
67. Рочегов А.Г., Петербуржцев В.А. Протокол совместного заседания бюро Президиума правления Союза архитекторов РСФСР и Президиума правления Центрального Совета ВООПИК, Москва, 3 декабря 1985 / рукопись.
68. Орлов А. Опять прощай, Сухаревка... // Советская Россия. 24 сентября 1991. N180.
69. Булашова С. "Невеста без места?" // Неделя. 1987. N28.
70. Беликов В. Подземные этажи столицы // Известия. 29 ноября 1986. N333.
71. Ефимов Л. Древняя башня - новостройка? // Голос Родины. Январь 1986. N1.
72, Политическое управление ВМФ - Рагулину П.Н. Письмо от 26 мая 1987 г. N727/ /2/560/ рукопись.
73. Волков О.В. Еще раз о судьбе Сухаревой башни // Литературная газета. 4 февраля 1987. N6.
74. Обросов-Серов В.П., Сбросов Ю.П. О конкурсе проектов градостроительного решения планировки и застройки Колхозной площади с предложением по воссозданию здания Сухаревой башни. М. 1986 / рукопись.
75. Свиньин П.П. Сухарева башня на Сретенке // Отечественные записки. 1822. 4.10. N24. С.З-20.
76. Бакиров Э.А. Протокол заседания Московского городского комитета по подготовке празднования 300-летия Российского флота. Москва, 15 февраля 1996 / рукопись.
77. Бакиров Э.А. Протокол заседания МГК по подготовке празднования 300-летия Российского флота. М., март 1996 / рукопись.
78. Щербак А. Сухарева башня должна возродиться// Тверская, 13, 6-12 февраля 1997. N6.
79. В канцелярию академии наук от асессора той же академии Волчкова доношение. 12 ноября 1750 г.// Материалы для истории Императорской Академии наук. Т.10. (1749-1750). СПб. 1900.
80. Ильин М.А. Подмосковье. М.: Искусство. 1965.-336 с.
81. Дистервег А. Избранные педагогические сочинения. М. 1956.
82. Симонов Р.А. Косой, дневной, ночной час// Русская речь. 1993. N4. С.68-74.
83. Лужков Ю.М. Каждый город неповторим, но проблемы - общие для всех // Вечерняя Москва. 14 мая 1997. N104.
84. РГАДА. Ф.192. Оп.1. Д.255 - Московская губерния. Чертежи 7, 8, 10.
85. Бусева-Давыдова И.А., Нащокина М.В., Астафьева-Длугач М.И. Москва. Архитектурный путеводитель. М: Стройиздат, 1997-512 с.