Это цитата сообщения Aj-lex Оригинальное сообщение

Из жизни Каулитцев: Заметки директора детского сада.

Глава № 4

4

***

Последующие месяцы все было гладко. Я тщательно отх*ярил из памяти еб*нную поеб*нь, и жить стало проще, жить стало веселей. А отвлекся я кстати очень занятным способом: поставил для себя новую трудновыполнимую задачу – срезать к х*ям собачим эмовскую челку с физиономии младшего клона. Сколько же д*рьма я вынес с этими его патлами на пути к достижению заветной цели… Ежедневные истерики, приправленные швырянием микрофонов, хлопаньем дверей и выкуриванием по пачке сигарет в час, и тонны визга, истеричного, леденящего кровь и доводящего до нервного тика. Но я таки проявлял чудеса упорства и сдержанности, практически избегая непедагогичных матершинных арий, за что мне, несомненно, нужно было воздвигнуть памятник из платины с бриллиантовыми зубами. В конечном итоге, через два месяца младший сдался, и моя триумфальная победа ознаменовалась его полнейшей капитуляцией. Однако Дива была бы не Дивой, если бы и здесь не умудрилась бы, повертеть меня на том самом органе, впрочем, как и поиметь мой мозг и мои нервные клетки…

- Теперь доволен?! – Звезда ввалилась в студию с новым космическим причесоном, от которого я готов был практически разрыдаться и попроситься к маме.

- Это у тебя такой ху*вый парик или операцию по смене пола можно считать успешно завершенной?

- Пошел на х*й, - грубо парировало малолетнее пугало.

«И где они только набрались таких словечек…» - про себя негодовал я.

В этот момент открылась дверь, и в комнату вошли Рот с Хоффманном.

«П*зда! Занавес! Папа Дэвид огребет за всех».

- Привет, ре… - у Рота шок.

«Ну, х*ли ты так на меня вылупился, бл*дун? Я сам ах*еваю».

- Ээм…Петер! Дэйв! Я так рад вас видеть! Сто лет уже не болтали по душам! – затрындела старшая макака. – Питер, как жена? Дэйв, твой тарантас еще не издох?

- Ты мне зубы-то не заговаривай, Томас, - прошипел Хоффманн.

«Вот теперь точно П*ЗДА!» - осознал я.

– Что тут происходит? Пиар-отдел видел, что твориться на голове у твоего брата?

- Ну, разумеется! – нагло соврал этот дипломат-самоучка. – Неужели вы могли подумать, что мой брат сам ТАКОЕ придумал?

- А разве нет? – засомневался Рот.

- Ни в одном глазу!

«А вот ты, подлец, заткнулся бы лучше!»

- Новая прическа – просто находка. Вам блин вечно не угодишь! Дэвид вот выступал по поводу старой, теперь и новая вас тоже не устраивает…

- Эмм, так это Дэвид настоял? – выдавил Рот.

- Ну, а как же без него… – злорадно влезла шизанутая Дива.

«Заглохни, сучара… Вот заткнись лучше, иначе месяц на жопу сесть не сможешь!», - чертыхался я про себя.

- Нда… Ну, черт с вами со всеми. Что уж теперь сделаешь… – совсем неожиданно заключил Петер, озлобленно косясь в мою сторону. – Дэвид, а ты зайди-ка потом ко мне.

- Ну, в общем и целом все не против, - хором, да еще и лыбясь, подытожили клонированные отморозки.

Хитрые засранцы всегда добивались своего.



***

В конечном итоге, все для меня закончилось весьма благополучно. Как только мы с Каулитцами зашли в пиар-отдел, матерые сотрудники с лету выпали в глубокий осадок. Ведь стоило только маленькой истеричке взвизгнуть разок-другой в поддержку своей новой прически, как непривыкшие к подобным выеб*нам доблестные работники позатыкали рты собственными жопами. А в последствие, убедили и Хоффманна в том что, сооружение на голове у Дивы воистину достойно кисти Микеланджело. По крайней мере, качественного мозготраха от Петера мне избежать удалось. В такие моменты я, признаться, все же отдавал должное харизме и крутому нраву младшенького.

Правда, как выяснилось потом, это были еще цветочки. Надо ли лишний раз говорить, что весь мой опыт общения со зверинцем был сравним с руководством образцово работающим детсадом aka психушкой?..

У Билла уже давно проявлялись предпосылки к ломке голоса, и я прекрасно знал, чем это грозит. При активном напряжении голосовых связок в этот период возможно было образование узелков, которые со временем могли рассосаться сами, а могли и нет, и тогда уже была бы необходима операция. Но ведь этому недомерку было мало неприятностей на свою тощую жопу. Он не мог сидеть молча, и ладно бы просто п*здел в полголоса. Да х*р вам! Он распевался во всю глотку, шастая по лофту босиком, в трениках, да еще и без футболки. Весна у него, бл*дь, пришла. Тепло, епт*ть, на улице. Упрел х*й Деткин. Ежедневно я давил ему на мозги, приводил тысячи доводов, на что получал всегда один и тот же ответ:

- У меня и так высокий голос. Если станет чуть ниже и более хриплым, будет только лучше.

П*зда, бл*дь! Полная х*йня приправленная поеб*нью. И в итоге я, разумеется, оказался прав. В один прекрасный день, Звезда спустилась со второго этажа на кухню и попыталась выдать всем приветственное «Доброе утро!». Результат - шипение пополам с хрюканьем и раскатистым похрапыванием. Детка - лучший на свете бармен - выдал просто неповторимый звуковой коктейль.

- Билл, что?.. – старший испуганно подскочил к братцу.

А в ответ – тишина и глаза младшенького, вылезающие из орбит. А я ведь предупреждал его, как и самого Тома. Но клоны никогда не понимали нормальной человеческой речи. Ведь намного интереснее еб*ть мозг новой проблемой, чем избегать ее возникновения.

Три часа в приемном покое нашего лечащего врача - Герра Рольва - привели, в конечном итоге, к самому прекрасному на свете для певца диагнозу.

- Голос начал ломаться около полугода назад, - начал он, скрупулезно протирая стекла очков. – Но очень медленно. Возможно сам Билл даже не чувствовал этого, лишь похрипывал время от времени. А сейчас голосовые связки не выдержали и дали сбой. Тем более, на дворе весна, а значит, нехватка витаминов и ослабленный после зимы иммунитет гарантированы.

«Сука Каулитц. Еб*нный в рот. С х*я у тебя нет ни грамма мозгов?!!»

***

Клонированных придурков я отправил обратно в лофт, а когда приехал сам, то впал в весьма затяжной ах*й. Поначалу все было тихо, и я был просто уверен в том, что старшенький отпаивал младшего ромашкой пополам с валерьянкой, потому что капризы придурковатой Дивы и ее желание быть в центре внимания в период болезни возводились в квадрат. Но то ли дозы успокоительного были маловаты, то ли нашей Звезде уже не хватало даров природы для успокоения своих звездных нервов, но произошло именно то, что произошло.

Я тихо и мирно сидел в репетиционной, перебирая струны старой акустики Тома, и вознося хвалы Всевышнему, что наконец-то могу побыть в тишине и спокойно подумать о бренности своего бытия, как вдруг из спальни донесся отчаянный крик.

- Бииииилл, нет!

Я как очумелый мгновенно сорвался с места в направлении источника звука. Картина, представшая перед глазами, могла лишить душевного равновесия любого раз и навсегда, но, видимо, моя закаленная в боях шоу-бизнеса психика, все-таки обнаружила у себя скрытые резервы. Билл молотил кулаками по всему, что попадалось на глаза, и по брату в том числе. Разбивал фарфоровые статуэтки, которые сам же покупал в антикварных магазинах по всей Европе. Срывал со стен плакаты собственной группы. Раскидывал побрякушки и швырял косметику об пол. Это было уже вызовом даже для моих скрытых резервов. Раньше мне доводилось наблюдать лишь женские истерики, да и те ограничивались безудержными рыданиями у меня на груди, а потом, как правило, окончательно сводились к нулю в моих крепких и настойчивых объятьях.

Неожиданно Том рванул брата за майку и повалил его на пол, накрывая собой. Обезвреженный, а точнее пригвожденный таким образом к полу, Билл, наконец, перестал брыкаться и запустил новую программу поведения, принимаясь лить слезы. Заметив это, Том поднялся с брата и, прислонившись к стене, посадил младшего между ног. Причина истерики была для меня ясна: как же так, наша Дива не могла петь и спасать своим ангельским пением страждущие души. А кто, спрашивается, был в этом виноват?!! Поскольку обиженная судьбой Звезда вроде немного угомонилась, я решил, что могу оставить их одних. Что я и сделал, чтобы спустя несколько минут вернуться с лошадиной дозой успокоительного в виде заначки из «шнапса». Я застал клонов почти в той же самой позе, что и пять минут назад. Только теперь младший свернулся калачиком и уткнулся носом в шею брата, обнимая его обеими руками и уже практически не всхлипывая. Том обнимал его в ответ, аккуратно поглаживая по волосам, и тесно свел ноги вокруг него, тем самым словно изолируя «копию» от остального мира и от меня в том числе. Как будто подобные обжимания были в порядке вещей между братьями-близнецами. Что-то в их поведении по-прежнему меня настораживало, но я не мог понять, что именно. Я подошел к ним и, опустившись рядом, налил и протянул младшему полную рюмку. Из моих рук ее выхватил Том, ловким движением приблизив лицо брата за подбородок и аккуратно выливая «успокоительное» ему в рот. После чего он вернул ее мне и принялся баюкать Билла почти как ребенка, успокаивая.

Тем же вечером на «огонек» пожаловал доктор с целым чемоданом долбанных пилюлек и новым расписанием жизни для голоса Каулитца-младшего.

Неугомонных клонов пришлось отконвоировать на четыре дня в загородный дом Петера. Причем, изначально ссылка планировалась только для мелкого, но дрэдастый начал столь непреклонно отстаивать свое право разделить это заточение, что пришлось сплавить туда обоих. Под неусыпным присмотром Тобиаса и Саки, разумеется.

Но что греха таить… вернулись они посвежевшие, отдохнувшие, и какие-то чрезмерно счастливые даже, но что самое главное – ОБА громко п*здящие без остановки, чему я, пожалуй, впервые в жизни был несказанно рад. Правда, постоянные придурковатые лыбы на их физиономиях, когда они поглядывали друг на друга, начали сильно меня напрягать.