Увы, таков свободный рынок права. Кстати, самый сверхприбыльный. Определяющий норму рентабельности инвестиций...
Этот рынок для России издавна привычен.
Право в России всегда было, как правило, административным. Справедливость произвольно определялась полицейским надзирателем. Даже волостные суды подчинялись МВД. Уполномоченный толкователь права господствовал над законом. Как опытный возница над послушной кобылой. По привычной формуле, - "...закон - что дышло..." И ему несли...
Т.е. не было, по крайней мере для низших сословий, ни настоящих судов, ни гражданского права. Ничего авторитетного, кроме "ЗАКОНА БОЖИЯ".
После большевистский революции 1917 года, в принципе, мало что изменилось.
Но "Закон Божий" отменили. Ибо мешал экспроприации собственности. Революционное правосознание стало выше формальной судебной процедуры. Марксистский принцип социалистической законности, - "право есть инструмент политики построения социализма", - стал новой доктриной советской юридической школы.
И его "дышлообразность" как инструмента была полностью подчинена политике. Естественно,
противодействовать неограниченной возможности злоупотребления инструментом в корыстных целях мог только страх минёра. Шаг влево - шаг враво - смерть. Это так и называлось: «левый уклон», «правый уклон»... Не подставляться! Ибо, - "...был бы человек - статья найдётся". Т.е.
социалистическая экономика была жизнеспособна только в условиях крутого сталинизма. О чём в условиях небывалого расцвета коррупции многие стали с явной ностальгией вспоминать.
Когда страх сталинизма исчез, бюрократия стала потихоньку подворовывать. Как правило, чужими руками. Чем дальше от столиц, от центра, тем смелее. Но идеология мешала иметь. И была выброшена на свалку. Вместе с партбилетами. Оперативно перекрасившимися молодыми партократами. По Оруэллу. У него в "Скотском хуторе" был представлен колоритный хряк Визгун. Догадайтесь, кто в нашем театре успешно выступил в его роли...
Но шустрые чужие руки нахапали несравненно больше, чем принесли "красным" бюрократам. И стали вполне состоятельны, чтобы самим покупать власть.
Сейчас это стало очевидно даже самым крутым дуракам. Привычно хлопающим ушами у телевизора...
Итак, проблема в том, что у нас "дышлообразность" Буквы Закона даёт уполномоченному лицу практически неограниченную свободу усмотрения или неусмотрения. От произвола и до беспредела. Это позволяет ему стать практически единственным источником права.
В аспекте известного анекдота:
- Гражданин начальник, а имею право...?
- Имеете...
- Так можно мне...?
- Нельзя!
Поэтому, даже в идеале,
вполне естественны такие стадии развития существующей системы.
Первая, когда уполномоченное лицо усматривает или не усматривает искомое право, в зависимости от настроения, на которое в принципе можно, как-то его ублажая, повлиять.
Вторая - когда право превращается в товар с относительно твёрдой ценой и продаётся. Дающий взятку покупает право.
Третья - когда доходное место покупается как любое средство производства, в частности, права. Или берётся в аренду, лизинг. С регулярной арендной платой. Вышестоящему.
[показать]
Уважаю свидетельства... А не пропаганду СМИ...
И, наконец,
четвёртая - когда очень жирная взятка даётся с крючком. Ибо иначе нет никакой гарантии, что она сработает. А сорить довольно существенными благами без гарантии рискованно. Дело конфиденциально-тёмное. Очень легко оказаться в дураках-филантропах.
А заглотивший в сильном искушении жирной халявой и крючок, уже не свободен. Как волшебная золотая рыбка. И спонсор уже может беспрекословно пользовать его на посылках.
Отказать рыбаку опасно, он всегда может требовательно подёргать крючок. Для рыбака престижно всем показать, что его "крыша" выше всех, что у него "всё схвачено". И тогда рыбак сможет открыть эксклюзивный рынок услуг золотой рыбки. Даже если для неё такое отнюдь не престижно. Поэтому достаточно уполномоченные, чтобы не очень бояться, должностные лица стараются грязные дела брезгливо, но послушно, делать чужими руками. Для этого у начальника обычно есть подчинённые холуи. Как правило, уже где-то когда-то проколовшиеся и дальновидно условно прощённые. Которым достаточно прозрачно намекнуть.
"Стрелочники", на которых в случае раскрывшегося прокола можно сердито потопать ножками и даже свалить всю вину.
[показать]
Их даже можно уволить "по собственному желанию", одновременно трудоустроив (при угодном поведении!) с соответствующей аккуратной рекомендацией. Даже с повышением. У дружественного коллеги из своего же круга. И для аналогичных задач.
Не хотелось сыпать соль на раны...
Возможна ещё пятая стадия... Любое решение, административное, правоохранительное, судебное, законодательное принимается (часто - коллегиально, например, чтобы ни за что персонально не отвечать...) с участием, согласованием, достаточно широкого круга информированных соучастников. Скрыть от которых, ушлых, и без того достаточно прозрачное существо дела, его логику, цены, обстоятельства, мотивы часто и в принципе невозможно. Всё равно курилка всё узнает. Поэтому у нас срочно обострилась борьба с курением. С директивной ликвидацией курилок...
Ибо большое число участников оказывается подельниками, ещё большее - свидетелями. Это небезопасно. Поэтому штат отбирается персонально. И в конечной, уже стабилизированной стадии все должны быть по рукам и ногам повязаны. Если не статьями УК, то, по крайней мере, компроматом. Круговой порукой. Все соучастники должны держать друг друга на крючках. Кроме начальника, который "ничего не знает".
Если так, никого чистенького, не загарпуненного, в этот свой тесный круг подельники никогда не пустят.
Даже для профессионально-следственной разработки оргпреступности в дело внедряют агента, который безусловно становится подельником. Иначе к делу его и близко не подпустят. Возникает проблема, прежде чем вытянуть невод, вывести агента-подельника из дела. И надёжно спрятать. Если не получится, его тоже придётся сажать. Для аналогичной работы в "зоне". Такова уж отработанная веками специфика агентурных разработок. Но кто это будет делать?
Так возникает хорошо продуманная и организованная технология, работающая на этот сверхдоходный рынок права. Какова норма рентабельности инвестиций в этот рынок? А какую долю составляют взятки в структуре цены стремительно дорожающей потребительской корзины? А какую оплата труда? И из каких источников Россия неуклонно и стремительно пополняет верхнюю часть списка миллиардеров журнала Форбс?
Уважаемый оппонент, поджав губки, возразит: "Ну, что вы, нельзя же всех... мазать... ведь есть совесть, элементарная порядочность..."
Совесть - это психологический диссонанс, некое брезгливое чувство, возникающее от близости грязненьких дел... Но этот диссонанс легко подавляется стадным инстинктом... Делится на число участников грязненьких дел. Примерно так же, как в участившихся уличных погромах в толпе погромщиков каждый легко совершает то, на что никогда бы не решился, будучи один. Даже без свидетелей...
Совесть - чувство нравственной ответственности перед окружающими... А что за ответственность, если они все такие?
Во время войны моя мать, согласно справке с печатью, -"жена военнослужащего /такого-то/ эвакуируется с границы с сыном Владимир двух лет...", - была направлена на работу подсобницей в "столовую ИТР ..." эвакуированного завода. В тёплую компанию местных. И, помню, дома плакала, рассказывая, как эвакуированные детдомовские дети, бедные, "скребут, скребут ложками по пустым тарелкам..."
И как ей сказали: "Кто не с нами, тот против нас!". Её материнское сострадание и эта работа кончились, когда она с полным баком кипятку провалилась в кем-то предусмотрительно открытый подпол. И она потом провалялась с ожёгами 10 месяцев в больнице...
Предлагаю всем уважаемым оппонентам самим определить, в какой стадии мы находимся. С ностальгией о прошлом?
Что делать? Смотрите сами...
В силах ли "вертикаль" заниматься самоочисткой? Да и захочет ли?...
Или отложит её на неопределённо дальние времена? Как изгнание из столиц игорного бизнеса?
Потому наша страна по коррупции официально занимает почётное 147 место из 181. Пока. Наравне с прославленными паханатами мира...
WvPeterhof