Но тут из глубин зала поднялся другой интеллигент, тоже
из каторжных, но из уголовных. Он легко запрыгнул на сцену:
- Дорогие мои соотечественники! - обратился он к публике. - Я вам
расскажу о климате Сахалина лучше этого умника. Судьба-злодейка
распорядилась нами таким образом, что мы попали в удивительную страну, где никогда не было никакого климата, зато всегда была
паршивая погода. Между тем, если взглянуть на карту, - он смело указал на плакат, изображающий перегнившую печень алкоголика, - то мы
увидим, что Александровск затаился на одном уровне с Киевом, откуда
повелась земля Русская, а каторжная тюрьма в Корсаковске - на
широте блаженной Венеции, где итальянский народ, дружественный
России, с утра пораньше, даже не позавтракав, отплясывает огненную
тарантеллу. Считайте, что нам здорово повезло! Другие людишки,
чтобы попасть в Венецию, тратят бешеные деньги на дорогу, а нас привезли в эти широты бесплатно, да еще бдительно охраняли, чтобы мы не разбежались...
В прошлом году ссыльнопоселенец Степан Разин, тот самый, жена
которого драпанула к господину исправнику в кухарки, снял со своего
огорода сразу десять мешков отборной картошки. Среди нее попадались
экземпляры величиною с тыкву, а на огороде Маньки Путанной вырос
огурец неприличной формы, почему и был отобран для показа в музее, как
небывалое чудо сахалинской природы...

Пикуль, Каторга.