"- Он и про телеграмму знает, - сказала Люда.
- Кто?
- Товарищ Беляев.
Люда чуточку гордилась проницательностью и всеведением злосчастного
майора.
- Товарищ Беляев сказал - пусть зайдет до отъезда. А то ему будет
взъебка... Так прямо и выразился...
- Какая старомодная учтивость! - говорю..."

"Милиция затем приходила еще раза четыре. И я всегда узнавал об этом
заранее. Меня предупреждал алкоголик Смирнов.
Гена Смирнов был опустившимся журналистом. Он жил напротив моего дома.
Целыми днями пил у окна шартрез. И с любопытством поглядывал на улицу.
А я жил в глубине двора на пятом этаже без лифта. От ворот до нашего
подъезда было метров сто.
Если во двор заходил наряд милиции, Смирнов отодвигал бутылку. Он
звонил мне по телефону и четко выговаривал единственную фразу:
- Бляди идут!
После чего я лишний раз осматривал засовы и уходил на кухню. Подальше
от входных дверей.
Когда милиция удалялась, я выглядывал из-за портьеры. В далеком окне
напротив маячил Смирнов. Он салютовал мне бутылкой..."

С. Довлатов. "Заповедник".