Ну на кого еще из бывших хозяек Белого дома фоторепортеры буквально устраивали охоту и лезли из кожи вон, лишь бы добыть ее фотографию в бикини, а еще лучше — без него? Даже когда Жаклин стала бабушкой, подробности ее жизни интересовали публику, пожалуй, больше, чем похождения таких суперзвезд шоу-бизнеса, как Лиз Тейлор, Сильвестр Сталлоне, Арнольд Шварценеггер и даже Мадонна.
Какая же она была, эта женщина, которая еще при жизни стала Легендой и продолжает оставаться ею до сих пор?
Ангелочек с зубками
Бывают такие дети… Они красивы, словно ангелочки, но их воспитатели и учителя седеют раньше времени. Джеки росла девчонкой-сорванцом, которой мог бы позавидовать даже Вождь Краснокожих из рассказа О. Генри. Гувернантки у нее менялись примерно с той же частотой, как и пеленки. Долго выдержать не мог никто. Мать же и особенно отец в ней души не чаяли. Отец Джеки, Джон Вернон Бувье, был личностью необычайно колоритной. Друзья называли его Черным Джеком из-за загара, который не сходил с его лица круглый год. Еще его называли Шейхом, но уже не из-за смуглой кожи, а вследствие особого пристрастия к представительницам прекрасного пола, у которых он пользовался бешеным успехом. Был он не только волокитой, но и азартным игроком, что помогло ему успешно промотать солидное состояние, оставленное дедом и отцом.
Мать Джеки, утонченная и честолюбивая Джанет Бувье, долго терпела эскапады мужа, но в конце концов в 1936 году решила оставить его, забрав с собой восьмилетнюю Джеки и ее младшую сестру Ли. Черный Джек получил право брать к себе дочерей на уикенды и баловал их, особенно Джеки, безбожно.
[700x916]
Шло время. Джеки, сменив несколько частных школ, поступила в привилегированный колледж Вассар в штате Нью-Йорк. Она изучала Шекспира, французскую литературу, языки, историю искусств и вполне преуспела в этих занятиях. Еще более впечатляющими были ее успехи в светской жизни. В поклонниках из аристократических Йельского и Принстонского университетов у нее недостатка не было. Она часто проводила с ними веселые уикенды. Черный Джек, знавший мужскую природу не понаслышке, был всерьез обеспокоен. В одном из писем дочери он писал: «Женщина может иметь деньги, красоту и ум, но без репутации она — ничто». Желая предостеречь любимое чадо, он ссылался на собственный богатый опыт, утверждая, что чем более недоступна была девушка, за которой он ухаживал, тем дольше он сохранял к ней интерес. И наоборот.
[700x916]
Впрочем, единственным серьезным увлечением Джеки в этот период был ее роман с молодым брокером из Нью-Йорка Джоном Хастедом, с которым она даже обручилась. Однако роман длился недолго. В то время Джеки уже работала репортером в одной из вашингтонских газет. Как-то вечером, провожая Хастеда в аэропорт, она спокойно опустила в карман его пиджака подаренное ей в день обручения кольцо
Жизнь после смерти
Один из лучших сценариев Жаклин был сценарий похорон собственного мужа. Карапуз-сын, отдающий честь гробу отца, безутешная, но достойная и как всегда безупречно элегантная вдова: Америка рыдала не только горькими, но и умиленными слезами.
Смерть Кеннеди изменила жизнь Джеки, но не ослабила интереса к ее особе. Самым настойчивым проявил себя греческий судовладелец мультимиллионер Аристотель Онассис. Джеки проводила время на его роскошной яхте «Кристина», еще когда был жив Джон. Для честолюбивого магната брак с бывшей первой леди Америки стал поистине навязчивой идеей.
[700x1023]
Не известно, приняла бы Джеки его предложение, если бы не смерть младшего брата Джона Роберта. Некоторые биографы убеждены в том, что вскоре после гибели президента «брат-2» стал ее любовником. Другие настроены не столь безапелляционно. Как бы то ни было, но смерть Роберта стала для Джеки последней каплей. С кланом Кеннеди ее уже почти ничто не связывало. Тем более что старый Джозеф все более неохотно оплачивал ее счета. В этих условиях брак с Онассисом представлялся наилучшим выходом из положения.
Какой же шум тут поднялся в прессе! «Джеки, как вы могли?» «Джон Кеннеди умер во второй раз!» — кричали заголовки газет. Даже в кругу друзей Джеки многие не скрывали разочарования. Поводом для насмешек служила не только значительная разница в возрасте, но и в росте новобрачных. «Женщине нужен мужчина, а не колпачок для радиатора», — съехидничала одна из приятельниц Джеки, намекая на то, что та была почти на восемь сантиметров выше Онассиса.
Впрочем, Аристотеля никогда не смущал высокий рост женщин. Как-то он похвастался приятелю, что за ночь занимался с Джеки любовью пять раз. Что со временем стало его смущать, так это безудержное мотовство жены. Лишь за первый год их совместной жизни он истратил на Джеки больше 20 миллионов долларов. Ничего удивительного в этом нет. Джеки способна была, забежав в магазин на десять минут, истратить сто тысяч долларов. Если ей не хватало кредитных карточек, она отсылала счета мужу. Как-то на одной из вечеринок собака хозяев сжевала соболье манто сестры Джеки, княгини Ли Радзивилл. Князь был в ярости. «Что ты так переживаешь? — успокоила его Джеки. — Завтра мы купим Ли другое манто, а счет пошлем Ари».
[700x932]
Страсть постепенно угасала. Магната все чаще посещала мысль о разводе. Супруги жили раздельно, порой на разных континентах. Онассис серьезно заболел. К тому времени, когда его болезнь приняла фатальный оборот, они были уже чужими людьми. Джеки приехала в Париж, где лежал в больнице Онассис, на следующий день после его смерти. Первое, что она сделала, это позвонила в Рим известному модельеру Валентино, распорядившись прислать ей коллекцию платьев для траурной церемонии. Джеки никогда не изменяла себе.
Госпожа редакторша
После смерти Онассиса Джеки еще раз удивила мир. Кто бы мог подумать, что эта богатая и уже не очень молодая женщина решится столь кардинально изменить привычную жизнь? Джеки стала редактором крупного издательства «Даблдей» и вела переговоры с суперзвездами шоу-бизнеса о публикации их мемуаров. Она общалась с Майклом Джексоном, Элизабет Тейлор, Гретой Гарбо. Возможно, издательство втайне надеялось, что удастся убедить Джеки написать собственные мемуары. Этой надежде не суждено было осуществиться. Жаклин Кеннеди-Онассис закончила свой жизненный путь 19 мая 1994 года. Скончалась она от лимфомы (рака лимфатических узлов, который, по некоторым данным, спровоцировала краска, которой Джеки красила волосы) и была похоронена на Арлингтонском кладбище. На похоронной церемонии присутствовали ее дети — дочь Кэролайн и сын Джон. У гроба стоял и человек по имени Морис Темплмэн, влиятельный бизнесмен, последняя любовь Джеки. Они не состояли в браке, но почти 12 лет у Джеки не было более преданного и близкого друга…