Это цитата сообщения Странник_Су Оригинальное сообщение

Наводчики и шпиёны тырарыстов (копипаст)

Украинские СМИнтоксикации в последнее время как-то прекратили "гнать волну" арестов сержантов ГРУ и прочих конных авиаторов Путена. А жаль, было весело.
Ролики с арестом старенького "корректировщика огня сепаратистов", имеющего ещё афганский опыт, пришедшего проведать ещё более старенькую мать - не доставляют. Дедушку жалко, что мешает постебаться над хрестоматийной тупостью организаторов съёмки.
На самом деле, перемещение даже одной роты в сто человек - это заметная "движуха" 3-5 грузовиков плюс бронетехника. А местное население - оно везде. И у всех - мобильники.
Если бы я имел какое-то отношение к ЛНР/ДНР, то на всех подконтрольных заборах и интернетсайтах вывесил бы "телефон доверия" для сообщений о перемещении НацГ и прочих интересностей. И пополнял бы счёт абонента гривен так на 50, если инфа подтвердилась.

Но есть и более другие методы. Это БПЛА, "беспилотники". Я говорю о маленьких "игрушечных" квадрокоптерах, прокачанных умелыми руками фанатов этого дела и снабжённых видео- и геопозиционной аппаратурой.

Далее - цитирование наиболее интересных мест. Лакуны обозначены многоточиями. Ссыль на оригинал - в конце.
Спасибо за наводку Анатолий_Иванов.

* * *
О беспилотниках над Новороссией рассказывают Станислав Федоров и Виктор Галенко

Наша организация — Русское воздухоплавательное общество — имеет давнюю историю. А восстановили деятельность мы в 1997 году. И до сего момента занимались в основном установлением национальных и мировых рекордов во всех видах авиации и воздухоплавания. Авиация, воздухоплавание, дирижабли — всё у нас.
. . . .
Сейчас мы делаем беспилотники. Беспилотники, которые мы производим, многоаспектны. Так, на недавнем байк-шоу "Ночных волков" в Севастополе мы обеспечивали безопасность мероприятия с воздуха. Там проверили работу беспилотников с точки зрения наземного противодействия. Службой безопасности байк-шоу специально было нанято 50 "охотников", которые должны были эти аппараты сбивать, чтобы посмотреть, как это можно сделать. В итоге продемонстрирована высочайшая эффективность беспилотни ков с точки зрения обеспечения безопасности в горной и городской местности и их полная неуязвимость.

Мы просто "по-партизански" немножко полетали над байк-шоу — с постепенным снижением. И пока не включили огни на беспилотнике, он не был виден. И ещё даже не придумано, как против него бороться: потому что они маленькие, быстрые, невидимые — радар их не берёт — там практически один пластик.

Аппараты нагружены оптикой. Один наш коллега работал с тепловизором, смотрел горы. И в результате были два теракта предотвращены, найден склад оружия. Главная задача была — обеспечить высокую активность и показать представителям частных военных компаний, действующим на стороне укров, что путей отхода у них нет. А наёмники, когда у них нет путей отхода, не воюют. Они же воюют за деньги — героизмом не страдают.

Задача нами была с блеском выполнена, получили мы благодарность от командования. И самим, конечно, приятно быть соучастниками этого действия.
. . . . . .
Беспилотники мы начали применять в конце мая. Идея эта родилась так. Приехал кто-то из зоны боевых действий в Новороссии, сказал, что хорошо бы, чтобы было средство для поражения бронетехники с воздуха. То есть всё началось совсем с других целей. В результате обучения персонала, эксплуатации мы пришли к прямо противоположным целям, с которых начинали.

Подумали: а чем же бронетехнику поразить? Возьмём какой-нибудь вертолёт многовинтовой, засунем в него много гранат и отправим на танк. Но когда начали проектировать идею, то получилось, что для засовывания гранат — вертолёт-то дорогой, а вот для обзора местности, для корректировки миномётного огня и для разведки — в самый раз.

Хотя у нас есть и система подвески боевой нагрузки. Ведь сначала украинцы обстреливали беспилотники с большим удовольствием. И ребята придумали: они вешают гранату в стакане. Укры начинают стрелять, ну её и роняют. То есть, сбивая беспилотник, укры сами себя подрывают. Потому что как только они начинают стрелять по беспилотнику, оператор это видит, обижается, бросает на них гранату, беспилотник улетает за следующей гранатой. А если по беспилотнику не стреляют, то он спокойно выполняет свои разведывательные функции и никому не мешает. Мы же глубоко мирные, вежливые люди. И укры перестали обстреливать, а наоборот, прячутся.

Итак, поначалу мы конструировали аппараты для поражения бронетехники. Поняли, что это пока не под силу, и решили ограничиться целенаведением. Потому что каждый такой беспилотник, с нормальной оптикой, связью — стоит за полмиллиона рублей. Тратить полмиллиона рублей, чтобы подбить один БТР, нерентабельно. Их уничтожают гораздо дешевле. Тем более сейчас ополченцы стараются их не уничтожать, а подбивать, чтобы они были пригодны к ремонту, и потом самим пользоваться.

И ещё: из опыта ещё Второй мировой войны известно, что главные враги — это корректировщики огня. За сбитую "раму" (самолёт-корректировщик Фокке-Вульф Fw 189) наш лётчик получал Орден Ленина… Потому что "рама" позволяла уничтожить путём наведения много техники и живой силы. Возьмём обычный миномёт. Чтобы подготовить миномётный расчёт, надо как минимум два курса артиллерийского училища, знание тригонометрии, талант. А мы берём эту трубу со станиной, вытаскиваем из автомобиля, беспилотник поднимается… И даже "тётка в ватнике" путём вращения двух нехитрых прицелов после трёх мин положит всё вражеское расположение.

И мы можем сделать такой маленький аппаратик, за три минуты он поднялся. Ребята отстрелялись, за минуту выпустив по 20 мин с каждого ствола, убрались и уехали.

Беспилотник передаёт полную телеметрию: GPS, курс. Система ГЛОНАСС помогает: приёмник GPS плюс ГЛОНАСС — и работа идёт гораздо быстрее.

Миномётчики и операторы должны быть синхронизированы. У операторов просто экран перед глазами, и они видят, где разрываются их мины. Два щелчка вправо, два щелчка влево… Ни тригонометрических расчётов, ничего тут не надо.

Если противник находится достаточно далеко и визуально не виден, но мы знаем его координаты, беспилотнику даются его координаты по GPS. Он по GPS даёт эти координаты и оттуда передаёт видео. Миномётчик визуально противника не видит, он видит экран. Поэтому беспилотнику GPS нужен. Это миномётчику ничего не нужно, только экран. Перелёт. Недолёт. Ага! Ему даже не нужно никакого высшего артиллерийского образования: человека можно за три дня подготовить.

Когда мы только начали беспилотники строить, встал вопрос: кто их там будет эксплуатировать? И вот приехали девять добровольцев "оттуда", которые уже были обстреляны, с опытом боевых действий. Их месяц учили и эксплуатации, и ремонту. Кто-то выучился на оператора. Кто-то — ремонту. Кто-то ничему не выучился, так бывает. Те, кто здесь не выучился, там доучился.

А закончили обучение, в "Газель" загрузили в разобранном виде аппараты (в готовом они достаточно больших размеров), и поехали ребята своим ходом. Им дали вполне приличную базу в Донецке, они всё собрали, испытали. И вот уже больше месяца работают, передают очень ценные сведения. Буквально недавно они сделали первую достоверную фотографию о "Точке-У" (управляемая на всём протяжении полёта одноступенчатая твёрдотопливная баллистическая ракета). Заснявшие её поняли, что это надо сразу выкладывать в прессу, в Сеть. Отправили нам, мы тоже по своим каналам распространили: посмотрите, прямо в деревне, на улице рядом с домами, стоят три "Точки-У"… И украинским товарищам сказать-то было нечего — вот оно! И фактически было предотвращено применение этого оружия. Это один из главных наших успехов.

Вся обученная нами группа находится под начальником разведки, и поэтому они достаточно быстро перемещаются. Что надо — они разглашают, что не надо — не разглашают.

Ребята, нами подготовленные, уехали месяц назад. За это время мы разработали уже новые аппараты, ещё более совершенные. Сейчас туда наши ребята едут, везут аппараты, чтобы переучить бойцов на новые.

Там — эскадрилья. Эскадрилья — это до одиннадцати аппаратов. Сейчас у них пять.

Новые машины будут пополнять существующую эскадрилью. Обратились и товарищи из Луганской Народной Республики, чтобы создать такую же эскадрилью у них. И мы ведём сборку аппаратов и для них.
. . . . . . . .
Коллеги из Министерства обороны, из ФСБ, из ОМОНа дали возможность отработать на различных практических учениях в условиях, что называется, "приближённых". Это избавило нас от многих тупиковых путей. Например, мы думали, что каждый винтик должен быть смазан силиконом, но не учитывали, что танки поднимают песок, который выводит из строя моторы. На полигоне ВДВ мы "с удивлением" это обнаружили. Это вещи элементарные, но сталкиваться нам с этим не приходилось, а на полигоне мы это поняли. Мы хотя и не в силах моторы защитить от пыли, однако взяли более дорогие, большего диаметра, они более пылеустойчивы. И фактически мы сейчас в плане практического применения беспилотников — наверное, одни из лучших. Но это не только наша заслуга. Удалось вокруг себя объединить лучших авиамоделистов, специалистов по беспилотным устройствам, которые поддержали Новороссию.

Этот мир разбился на две части. Первая часть сказала: знать ничего не знаем, помогать не будем, упаси Господи, потому что это помешает нашему бизнесу. Но такая позиция оказалась насквозь фальшивой, потому что именно эти люди осуществляют поставки беспилотников для Киева.

И вторая часть — обычные наши граждане, которые очень активно оказывают нам помощь.

Например, несколько коммерческих фирм, которые давно делают для любителей эти вещи, по вечерам или по своим выходным — в своё свободное время — помогают нам собирать аппараты.

А кто-то нам помогает самими аппаратами. И получаются порой курьёзы. Деньги-то опасаются давать, чтобы не разворовали, и привозят нам собранные какими-то умельцами недоразумения. Люди, исходя из лучших побуждений, покупают детали, привозят. А у нас на реконструкцию, "доведение до ума" уходит в два-три раза больше времени и сил, чем на создание. Потому что накрутил сумасшедший гений, начитавшись форумов, что-то… А нам самим удаётся покупать всё это в 2-3 раза дешевле, потому что через знакомых идут прямые поставки этого оборудования. А из Франции, например, нам француз прислал собранный беспилотник нашего типа. Причём француз абсолютно не русского происхождения, а просто заинтересовался.

Самое гнилое место в этом плане — Москва. Нам помогают Тула, Калуга, Новосибирск и так далее. А вот москвичи… Индифферентны. Новая модель айфона их намного больше интересует.
. . . . . . .
Сейчас эскадрилья базируется в Донецке. Постоянно идёт разведка переднего края — осмотр передовой линии. Как действует противник? Сплошная слаженная оборона отсутствует, и вот противник медленно выдвигает щупальца… Если пошло — туда выдвигаются уже следующие. И главное — это вовремя обнаружить. Смотрят: пошла первая мобильная группа. Если сразу обнаруживают, засекают — уничтожают, и прорывы не происходят. Как только выдвинулась эта первая мобильная группа, если их не обнаружили, за ними пошла уже небольшая броневая группа, а за ней уже пошли… И получается — клин вбит. Основная задача — не допустить вбивания клина. Вовремя обнаружить, дать целеуказание. Потом приезжает мобильная защитная группа с миномётами, приезжают наши "Грады", накрывают эту цель и быстренько уезжают.

Мы ведём журнал операций. Вот, например, эпизод с "Точкой У". Ещё была ситуация, о которой в прессе сообщали, — уничтожение группировки в 400 человек. Подняли беспилотники, они дали полные координаты этой группировки. Ополченцы ударили "Градом" и накрыли.

Фактически сейчас мы подготовили вторую группу модернизированных аппаратов. Но интересна уже третья группа, потому что сейчас наши американские коллеги русского происхождения поставили нам один аппарат, который мы хотим испытать. Принципиальное отличие от украинцев. Те пошли по пути медленных долголётов: они медленно и долго летят. Они не способны работать в ветер, но способны висеть. А нам предложили использовать быстролёты — это американские гоночные аппараты. Аппарат за 3 минуты может уйти на 12 км, взять развединформацию и через 3 минуты вернуться. При этом 10-15 м/с ветер для него — не помеха. А для украинцев 10 м/с являются непреодолимым препятствием.

То есть новый аппарат может работать в любое время суток. Плюс мы достаточно хорошо продвинулись в использовании камер ночного видения, тепловизоров. Нам очень хорошо помогают именно "всем миром", иначе мы бы не смогли столько сделать, просто физически бы не хватило наших усилий. Уже предлагают какие-то готовые решения, которые мы испытываем и выбираем самые недорогие, приемлемые.

Беспилотник ходит на высоте 0,5 км; 1км; 2 км. Причём он просто пулей уходит. Даже небольшая моделька уходит на 0,5 км за 100 секунд. Спускается в два раза медленнее.

На боевые позиции выходят так. В Донецке есть ангарчик, аппараты там находятся. Потом выезжает мобильная группа на "Газели", грузит: два аппарата, два оператора, водитель, один дешифровщик аэрофотосъёмки и обычно два стрелка — охранение.

Беспилотники выезжают уже собранными. Их сгружают на землю. Запускают с земли или с рук. Иногда где-то трава высокая, кусты, и приходится принимать на руки эту "летающую мясорубку". А что делать, аэродромов-то нет. Быстро запустили, развединформацию собрали…

На байк-шоу очень хорошо себя показали "Ультралайт". Это совсем маленький аппаратик. То, что могло бы помочь разведчикам, потому что он помещается в рюкзачке, дальность у него небольшая (3 км). Вэдэвэшники очень такими заинтересовались, омоновцы. Потому что выпустил — он быстро посмотрел. Ты получил информацию: что за этим пригорочком, что за лесочком. И уже можно действовать.

Мы показывали аппараты лично Шаманову. Он сказал, что нам такими маленькими нужно оснастить каждый БМД. Чтобы БМД высаживалась и первым делом отправляла "глаз", осмотрелась и начинала действовать. Но пока это слова. К делу ещё не приступали.

Казалось бы, НИИ, учёные, их должно заинтересовать… Но говорят: военные учёные — это уже не совсем военные и ещё не совсем учёные. Да и сколько раз разгоняли наши военные институты, переформатировали и переформировывали… И пока они озабочены чем угодно, но не созданием новой техники. К сожалению.

Новороссия является в каком-то смысле полигоном для испытаний этого оружия. До того беспилотники активно применяли только американцы в арабских конфликтах. И применяли только с одной стороны, потому что противник их не применял. А здесь активно применяются с обеих сторон, потому что у украинцев то же самое. У нас и у украинских товарищей мозги одинаково устроены, и школа одна. И изначально конструкции выпускались практически неотличимые друг от друга.

Но у них преимущество — на 1 наш беспилотник приходится 10 украинских. Они финансируются государством, а у Новороссии пока нет средств, финансирования, нас государство финансировать не может.

А спасает то, что наши украинские коллеги, понимая неизбежность собственного поражения, идут по пути создания огромных летающих монстров с большой накруткой себе в карман. Это снижает их боевые возможности. Они особо не вкладываются в развитие, потому что больше заботятся о собственном благополучии.

И второе — они не вкладываются в обучение. Привозят картинку, а люди расшифровать её не могут. А мы сделали упор именно на обучении бойцов а не технике пилотирования — компьютер пилотирует беспилотник, боец лишь указывает только точки на карте, а именно расшифровке.

Мы на энтузиазме вместе с ребятами всё это создали… Зарплату никто из нас с мая не видел. Новороссия и Крым стали неким рубежом, который пробудил общество от сна, из полупассивного содержания мы перешли к активным действиям. Невозможно оставаться равнодушным, надо чётко определить свою позицию. Достаточно много и друзей, и знакомых на Украине нас, мягко говоря, не поняли. Порвали с нами отношения

А мы с самого начала решили, что не будем скрывать свою позицию. Мы — общественная организация, мы не государство, можем себе позволить. Поэтому, наверное, мы единственные, кто прямо, не скрываясь, собираем на это деньги. Ведём дневники наших, собственно, успехов. Успехи могли бы быть гораздо больше, если бы помощь была побольше.
. . . . . .
Источник