Я, задыхаясь, толи от спешки толи от волнения, кинулся за ним, иногда спотыкаясь о еле заметные кочки, торчащие из земли.

Проскочив в ворота, я замер от увиденной картины. Вся автостоянка была залита мигающим светом, вокруг машин скорой помощи суетились люди, подбегая к парамедикам, затем вместе с ними удалялись в ворота цеха. Какой-то человек заметил нас с Ричардом, прижавшихся к скрипучим воротам и звонко закричал, махая руками:
- Идите отсюда! Нечего тут глазеть!

Тут я будто проснулся от шока и вспомнил, что отец должен меня ждать и сейчас, наверное, сходит сума от волнения.

- Папа... - прошептал я, и кинулся было в контору, но рука Ричарда остановила меня.

Он обнял меня и наклонился к самому уху:

- Кайл, подожди здесь, а я поищу Мистера Минца. Хорошо?

- Но, Ричи!..

- Я тебя очень прошу, стой здесь и никуда не уходи. Я быстро, обещаю.

Он сильнее прижал меня к своей груди, так, что я чувствовал, как яростно бьется о ребра его сердце и понял, как сильно он волнуется за меня.

- Хорошо, - пискнул я другу в шею и он тут же отпустил меня и скрылся в толпе шумных людей.

Я прижался к забору и закрыл глаза. Почему-то мне было безумно страшно, как будто я должен был сейчас пережить что-то плохое, и это что-то неумолимо придавливало меня к забору и заставляло все сильнее зажмуриваться, до боли в висках, до дрожи в коленях.

- Папа, папа... - бессвязно шептал я, надеясь, что он услышит и заберет меня домой из этого кошмара.

- Кайл!

Вдруг услышал я голос Ричарда и открыл глаза навстречу подбегающему другу:

- Пойдем, - он схватил меня за руку и потащил вокруг одной из карет скорой помощи.

- Где папа? Ричи, ты нашел его?

- Сейчас, малыш. Ты только не волнуйся, ладно? Все будет хорошо...

Ричард, не оборачиваясь, твердил какие-то успокаивающие слова, от которых мне становилось еще страшнее, и упрямо тащил меня к дверям конторы. Войдя внутрь, я остановился и дернул Ричарда за руку:
- Где папа?

- Кайл...

- Кайл?! - вдруг раздался родной голос, и я резко дернулся в сторону от неожиданности, увидев маму, и чуть не упал, споткнувшись о стул, стоявший на моем пути, - Сынок! Господи, слава Богу, ты здесь! С тобой все в порядке? Боже мой, Кайл...

- Маа? Что ты?..

- Сын, ты только не волнуйся, ладно? - она подошла и, сгребла меня в объятия, такие же крепкие какие были только что у Ричарда, - Папа в больнице, но с ним все будет хорошо.

- Как?! Что произошло?!

- Днем привезли новую бочку, ее нужно было выгрузить и спустить в подвал. Ты же видел, какого размера эти чудовища там стоят?

Я коротко кивнул и, не моргая, продолжил смотреть на маму, которая жутко нервничала, переживая этот рассказ заново.

- Ну, так вот. Рабочих было сегодня не много и папа со своим заместителем решили помочь с выгрузкой. Когда бочку подняли с машины, лебедка не выдержала и бочка сорвалась... - она тяжело вздохнула, - Несколько человек пострадали и наш папа в их числе...

- Что с ним? - чувствуя слабость во всем теле, я опустился на стул, стоящий рядом.

- Ничего страшного, малыш, главное что он жив и скоро поправится. Его отвезли в клинику и мне сейчас нужно поехать туда, что бы подвезти некоторые документы и одежду для папы. Сладкий, тебя отвезет домой кто-нибудь другой. Ты побудешь сегодня ночью с Миссис МакАллен. А чуть позже я вернусь. Хорошо? - мама, погладила меня по голове и с тревогой посмотрела мне в глаза.

- Я не хочу домой. Я хочу к папе. Можно я поеду с тобой, мам?

- Сегодня нельзя, сынок. Там будет настоящий сумасшедший дом. А завтра, когда все утихнет, мы обязательно поедем к нему вместе. Ты посиди здесь пока, а я сейчас найду Гордона, он тебя отвезет...

- Я не хочу домой, ты слышишь!!! - заорал я, пугая не только маму, но и всех находящихся в конторе людей болезненностью голоса, заставляя всех присутствующих разом затихнуть.

- Кайл, но...

- Миссис Минц, я могу побыть с Кайлом сегодня, если позволите, - Ричард вырос между мной и мамой будто из-под земли, - Ричард. Ричард Тулси, друг вашего сына, - уверенно представился он, - Вы ведь обо мне уже слышали?

- Да... - как-то удивленно прошептала мама, разглядывая моего друга.

А Ричи довольно улыбнулся и продолжил:

- Я живу здесь не далеко, всего в нескольких минутах от винокурни. Моя бабушка давно знает Мистера Минца и постоянно восхищается им. Она будет очень рада, если Кайл побудет у нас этой ночью. Ему ведь сейчас лучше не оставаться одному, а так я буду рядом. А завтра утром вы его заберете, или я сам привезу его домой. Пожалуйста, Миссис Минц.

Мама молчала, она просто не ожидала такого напора от молодого человека, скромно стоявшего только что за спиной ее сына, почти сливаясь с серой стеной. Немного придя в себя, она еле заметно улыбнулась и протянула Ричарду руку:

 - Приятно познакомиться, Ричард. Жаль только что при подобных обстоятельствах.

- Ничего страшного, Миссис Минц.

- Ну, хорошо, пусть Кайл сегодня останется с тобой. Но я, все-таки подвезу вас, а потом поеду к Вильяму в клинику. Мне будет спокойнее знать, что вы уже дома, а не бредете где-то по темным улицам.

Ричард одобрительно кивнул и обернулся ко мне, протягивая руку. Я дрожащими пальчиками коснулся его ладони и тут же был захвачен в плен уверенной хваткой. Как-то спокойно сразу стало внутри, будто сердце, только что бившееся как птица в клетке замерло и, уткнувшись в какой-то теплый тайный уголок, начало мирно засыпать. Я поднялся со стула и подошел к маме, пропадая в ее объятиях, но, не выпуская ладони из руки Ричарда. Пару минут мама что-то шептала мне успокаивающее, затем взяла меня за свободную руку и мы все втроем направились к выходу.

Всю дорогу, Ричард не выпускал моей руки, его пальцы то сильнее сжимались, как бы проверяя рядом я или нет, то расслаблялись, легонько поглаживая большим пальцем тыльную сторону моей ладони. Выехав со стоянки винокурни, мы свернули с главной городской магистрали, выезжая на проселочную, мало освещенную дорогу. Ричард перегнулся с заднего сидения к маме и объяснял, как проехать к своему дому:

- Ну, вот, а теперь все время прямо и скоро упретесь в указатель, после него налево, там всего метров триста и будет наш дом.

Мама строго выполняла указания Ричарда и минут через пять мы подъехали к двухэтажному особняку, с резными окошками и двумя маленькими башенками на крыше. Ричи взглянул на меня и погладил ладонью по бледной щечке:

- Приехали. Вылезай, Тигр.

Я, молча, открыл дверь и, выбравшись на прохладный воздух, стал осматривать дом и небольшой палисадник перед ним, пока Ричи снова не взял меня за руку и не потащил за собой к крыльцу.

Приветствия и раскланивания моей мамы с Миссис Нелсон, думаю, не стоят отдельного внимания, так как выглядело все это довольно банально. Ричи вошел в дом первым, быстро чмокнул бабушку в щеку, оперативно представил ей меня и мою маму, после чего отстраненно поинтересовался бабушкиным здоровьем, на что получил положительный ответ, и, дав мне возможность попрощаться с мамой, потащил за руку на второй этаж.

- Сынок, завтра утром я тебя заберу! - только услышал я от мамы и дальше только голос Миссис Нелсон, уверяющий ее в том, что со мной ничего не случиться, что Ричард замечательный мальчик и очень внимательный, и что мама может быть абсолютно спокойна за меня... Миллион слов в минуту ни о чем — в этом вся Миссис Нелсон.

- Да, мам! - ответил я и побежал за Ричардом наверх.

Небольшой коридор прямо с лестницы вел к четырем дверям от комнат.

- Так, нам сюда, - он толкнул самую ближайшую к нам и, включая на ходу свет, втащил меня в комнату.

Вокруг был жуткий беспорядок, на полу валялись маленькие коробочки из которых выглядывали тюбики с краской, а карандаши, как конфетти после праздника, покрывали почти весь пол комнаты, знакомые тетради грудой были свалены под письменным столом, который в свою очередь тоже не отличался чистотой, поблескивая разноцветными пятнами на открытых полированных местах. Стенной шкаф был открыт и, казалось, что вся одежда из него перекочевала на широченную кровать. Из всего этого творческого бардака я понял, что это комната Ричарда и улыбнулся.

- Но, Ричи, это же...

- Моя комната. Тебя что-то не устраивает, Тигр? - поинтересовался он, стаскивая с кровати, лежавшие на самой макушке горы вещей джинсы и запихивая их в шкаф.

- Нет, просто... А если кто-нибудь войдет случайно...

- Никто не войдет, глупый. Бабушка не поднимается сюда уже несколько лет, у нее болят ноги и она не утруждает себя этим бесполезным занятием, но если ей что-то нужно она просто звонит мне по телефону или посылает Софию. А та боится заходить ко мне. Я же, знаешь, немного не адекватен, когда мне мешают, - усмехнулся он и запихнул какой-то свитер в шкаф следом за Джинсами, - Могу и чем-нибудь тяжелым запустить в рискнувшего.

Я сразу вспомнил реакцию Софии, когда я просил разбудить Ричарда и позвать к телефону. Она тогда находила тысячи причин, лишь бы не тревожить, как она сказала тогда «Мистера Тулси».

- Но, если хочешь, я отведу тебя в соседнюю спальню... - закончив только что начатую «уборку» Ричи подошел и провел ладонью по моим волосам.

- Я хочу быть с тобой. Только не уходи, ладно. Ты обещал... - я прижался к его груди и всхлипнул сам не понимая почему начал плакать, толи от того, что произошло сегодня с моим отцом, толи от бесконечной заботы Ричи обо мне.

- Ну, ну, тихо. Я же рядом. Давай лучше что-нибудь съедим. Ты ведь проголодался?

- Неа...

 - Врун, - он щелкнул пальцем по моему носу, - Конечно да! Я, например, голодный как волк. Ты посиди здесь немного, я скоро, - подтолкнув меня к кровать, он выскочил из комнаты, оставив дверь приоткрытой.

«Как он любит так резко лишать меня своих объятий. Иногда это очень обидно, но если подумать, это не со зла, а просто потому, что ему очень хочется сделать что-то приятное для меня и, наверное, много и сразу. Смешной. Не понимает, что мне хватит только того, что он рядом. А еще меня называет глупым».

Немного осмотрев комнату, я снова наткнулся на гору тетрадей под письменным столом и, подойдя к ней, зацепил с самой верхушки несколько штук. Усевшись на пол, я, не долго думая, открыл первую тетрадь и сразу же застыл от удивления и восторга. Конечно, я знал, как Ричард умеет рисовать и видел некоторые его работы, но все это были лишь знакомые пейзажи и ни одного человека в них не присутствовало, даже самой маленькой тенью. Сейчас же передо мной возникла молодая девушка, изображенная вполоборота к зрителю. Ее левое плечо было немного опущено, и с него спадала еле заметная лямочка от платья, из высокой прически беспорядочно выбивались пряди волос, которые струились вдоль изящной шеи, а ее грустные глаза были немного прикрыты, и тень от пушистых ресниц красиво отражалась в уголках глаз. Я нехотя перелистнул страницу и там увидел не менее потрясающий портрет молодого человека в солнечных очках и с дымящейся сигаретой в тонких пальцах...

Как завороженный я осторожно перелистывал все больше и больше страниц и на каждой сердце мое останавливалось от бешенного потока красоты тонких грифельных линий и невесомых штрихов, я даже не заметил как Ричард вернулся в комнату с подносом.

- Мусор, - спокойно констатировал он и звонко поставил поднос на край кровати.

- Я так не думаю, - тихо отозвался я, поглаживая пальцами портрет пожилой леди со спящим котом на руках, - Ты слишком самокритичен.

- Какие сложные слова, малыш, - усмехнулся друг и сел рядом со мной на пол, забирая у меня свою тетрадь, - Я не умею рисовать портреты. Это так. Видишь, в них совершенно нет жизни, какие-то мертвые лица, без доли эмоций. Мне так хотелось показать, что чувствует вот эта старушка к своей умирающей кошке, или, - он перелистнул страницу, - Этот парень, которого только что уволили с работы за драку. Ты ведь когда смотрел на них, не почувствовал того о чем я сейчас говорю?

- Нет, - пожал я плечами, - Но я почувствовал что-то другое. И вообще мне кажется, что глядя на картину какого-то известного художника люди не сразу понимают о чем он думал в тот или иной момент и чем занимались люди, портреты которых он представил на суд. Ричи, это преступление не показывать такие работы людям, а просто называть их мусором и заставлять их пылиться под столом. Ты преступник!

- Нда? Ну, тогда тебе крупно не повезло сегодня, - он загадочно улыбнулся, будто замышляя что-то, и чуть ближе пододвинулся ко мне.

- Это почему? - удивился я.

- Потому что преступникам все дозволено, а так как сейчас кроме тебя здесь никого нет, то я могу делать с тобой все что захочу.

- Что!?!

- Ага! Испугался!

- Не надейся.

Ричард сел передо мной на колени и, обняв, притянул так близко, что мне пришлось отложить его тетради, так как они больно давили на живот, оказавшись между нами.

- Дразнишься? - прошептал Ричи, чуть касаясь мочки моего уха.

- И не собирался, - ответил я, тяжелеющим голосом.

- Ты маленький засранец, весь день издеваешься надо мной. Не слушаешься, задаешь какие-то странные вопросы, вытаскиваешь меня на откровения. Знаешь, я ведь не люблю вспоминать прошлое, тем более, когда рядом ты, мой мальчик. Скажи, я ведь заслужил хоть маленький поцелуй за свое терпение?

- Может, мы сначала поедим, - пискнул я, из последних сил сдерживаясь, чтобы не коснуться сладко шепчущих губ Ричи. Ну что поделать, так мне уже тогда нравилось играть с его чувствами и желаниями.

- Я уже не хочу есть... Ничего не хочу... Хочу тебя, Тигр...

- А я хочу есть, - шепнул я, и невинно захлопал глазками.

- Вот же черт! Черт! Кайл, мать твою, ты гаденыш! - психанул друг, отстранился от меня и ударил кулаком об пол, но затем, немного отдышавшись, обреченно добавил, - Ты прав, наверное. Давай я тебя покормлю.

«Какое оболденное чувство охватывает меня, когда он покорно выполняет то, что я хочу, даже если самому жутко тяжело в эти минуты. Он сильный, я всегда знал это, и нагло пользовался своей властью над Ричи. Наверное, он был прав, называя меня маленьким деспотом. Но это пока я маленький, а что же будет потом?»

Ричи собрался было подняться и принести поднос с тем, что ему удалось быстро собрать на кухне, но я ухватил его за край майки и заставил опуститься обратно на колени, как это было минуту назад. Небесно-голубые глаза непонимающе рассматривали меня, а черная точка зрачка все еще пульсировала от переливавшейся в его душе страсти, нахальным образом остановленная моим маленьким капризом.

- Ты злишься? - виновато мяукнул я и дотронулся пальчиками до его щеки, проводя еле ощутимую дорожку к его поджатым губам.

- Да.

- Прости...

Проводя по подбородку кончиками пальцев, я опустился на загорелую шею и продолжил путешествие к вороту майки, скрывающему от меня широкие плечи любимого.

- Нет, - однозначно ответил Ричи и отпрянул от моих губ, желавших припасть к его щеке звездочкой поцелуя.

- Что мне сделать, что бы ты простил меня? Хочешь, я признаю, что я засранец?

- Хочу.

- Хорошо, признаю. Что-нибудь еще?

- Да. Хочу, чтобы ты снял майку.

- Блин, проблема, - я стянул с себя майку и отшвырнул в сторону, улыбаясь игре, которую начал сам, а Ричи с удовольствием продолжил, обиженно надувая пухлые губы, но с озорным блеском в глазах, наблюдая за моими действиями, - Ну?

- Это не все.

- Наглеешь.

- Как и ты.

- Ладно. Что еще?

- Поцелуй меня.

- Но... - смутился я, привыкнув к тому, что Ричи всегда первым начинал ласкать меня.

- Тогда идем ужинать, - он дернулся к подносу, но я остановил его порыв, схватив сильнее за ворот майки.

- Хорошо, хорошо! Только...

- Кайл, либо ты целуешь меня, либо мы идем ужинать. Чего тебе сейчас хочется больше всего? - его глаза полоснули огоньком по моему лицу и, не выдержав больше этой дурацкой игры, я жадно накинулся на его губы, расплывавшиеся в довольной улыбке.

Напряжение, которое я сам же и нагнетал эти десять минут, тут же дало о себе знать, диким головокружением и жгучей болью в животе. Принимая меня в объятия, Ричард все агрессивней отвечал мне, врываясь языком в мой рот как в осажденную крепость, и кусая до крови губы, жаждущие этой солоноватой боли. Меня трясло как в лихорадке и перед глазами все плыло, сливаясь с синевой неба, оставшейся в глазах возлюбленного. Горячие ладони обжигали покрывшуюся испариной спину и каждым движением по чувствительной коже заставляли выгибаться навстречу пламени его ласк, разбегаясь миллионами искр по нервам и собираясь где-то внизу живота. Сильнее, ближе, больнее, слаще... Еще один дрожащий вдох сквозь плен поцелуя и снова в омут с головой, к шелку тела, к рваным стонам и безграничному удовольствию, которое мог дарить только он — мой Ричи.

Царапая загорелые плечи, я сильнее прижимался к груди Ричи, и лишь материя его майки не давала мне насладиться полной близостью.

- Омм...

Болезненно простонал я в губы любимого и он, не задавая лишних вопросов, буквально сдернул майку с себя, обидев невинную вещ треском швов. А я, обрадовавшись открытому доступу, тут же прижался губами к гладкому плечу, чем вырвал томный вздох его обладателя, смешавшийся с прохладным касанием воздуха к моей шее. Руки, только что гулявшие по моей спине, нырнули за пояс шорт и, сжимая ягодицы, притянули меня в плотную к животу любимого, а я прогнулся немного назад, наслаждаясь ощущением его затвердевшего возбуждения. И вдруг:

- Блин! Что за!..

- Ричи?.. - сбитое дыхание и мутный взгляд не давали мне сообразить что произошло, почему он остановился и теперь резво чертыхается, глядя на свое колено.

- Так, Кайл, видимо этот пол не лучшее место для такого эксперимента. Я вляпался в краску и если мы продолжим здесь, то нас нужно будет потом в бензине замачивать.

- Я не хочу в бензин! - как-то откровенно испугавшись, пропищал я.

- Я тоже, - хохотнул Ричи и сгреб меня в охапку, осторожно целуя мои распухшие от его страстных укусов губы, - Ты не возражаешь, если мы продолжим на кровати?

- Неа.

- Отлично.

Пришлось разорвать ненадолго объятия и я, как всегда тоскливо вздохнул, потеряв ощущение желанного тепла.

- Ужин? - Ричард в замешательстве взглянул на поднос, все еще стоявший на краю кровати, заваленный аккуратными бутербродами и с двумя стаканами молока в середине этой мечты желудка.

- Даже не думай, - серьезно прервал я его рассеянные мысли и привлек внимание к себе, резво запрыгнув на белые простыни.

- Тигр, я умру от голода, - улыбнулся он, медленно подползая ко мне на середину своей широкой кровати.

- Ну, тогда или ты идешь ужинать, или… - я усмехнулся, возвращая Ричарду его же условия, - целуешь меня.

- Даже думать не буду.

Он толкнул меня в подушки и кинулся на меня, нависая сверху, словно хищник над жертвой, рассматривая свою награду за отказ от съестного угощения.

- Ты все испортил, - шепнул я, закрывая глаза от нежного прикосновения его губ к моей груди.

- Это не я, это краска... - вновь задыхаясь от возбуждения, ответил Ричи.

- Это твой бардак…

- Ты еще будешь учить меня жизни, мелкий засранец, - он обхватил губами мой сосок и осторожно провел языком по в миг затвердевшей горошинке.

- Аааах!

- Еще есть возражения?

Скользя ладонями по внутренней стороне бедер и поднимаясь по ширинке, он приблизился к поясу моих шорт и слегка придавил пуговицу к моему животу. Покрывая поцелуями грудь, иногда касаясь как бы случайно чувствительных сосков, от чего я покрывался миллионами мурашек и стискивал в кулачки простыни, он медленно расстегнул пуговицу и стянул с меня тугую ткань, не спеша прикасаться к возбужденному органу. Я непроизвольно двинул бедрами навстречу его рукам, но Ричи тут же отдернул их, чем вызвал мой разочарованный вздох.

- Сейчас, маленький, не спеши...

- Аа-ага...

Мой голос утонул где-то в плохо освещенной комнате, отдаваясь каким-то странным звоном в ушах. Спирало дыхание, а тело требовало нежных прикосновений, которые были где угодно, только не там где все разрывало от бешенного желания. А Ричи покрывал мелкими поцелуями мой живот, слегка касаясь подбородком обнажившейся головки моего члена, чем вызывал конвульсивную дрожь во всем теле. Оторвавшись от дергавшегося в рваном дыхании живота, Ричи поднялся к моему лицу и, проведя языком по моим пересохшим от стонов губам, заменил его пальцем, который я сладко облизнул, уже догадываясь, что последует за этим. Сменив обильно смоченный палец поцелуем, сквозь который проскальзывали обрывки каких-то слов, тут же затихающие в ласках его языка, руки Ричарда, по извивающейся дорожке моего трепещущего тела, спустились к пояснице и ниже, туда, где чувствительность достигала высшей точки. Проскользнув с легкостью между моих ягодиц, пальчиками, Ричи пробежался до промежности, оставляя прохладный след, а я невольно вздрогнул.

- Расслабься, Тигренок, все хорошо... - шепнул он, продолжая ласкать сжавшееся колечко мышц.

- Мммм....

- Вот так, малыш, молодец, - он осторожно надавливал пальцем, раскрывая вожделенный вход и, через несколько движений, я уже чувствовал всю его длину в себе.

Второй рукой Ричи обхватил мой член и осторожно ласкал, истекающую смазкой головку большим пальцем, а я нетерпеливо подавался вперед, пытаясь получить желанное удовлетворение. Но ладонь Ричарда не двигалась, только палец скользил по кольцу головки, размазывая смазку по блеску напряженной плоти. Через секунду меня будто окатило горячей волной, которая, наполняя тело восторгом и желанием, ударила в голову, смывая сознание и оставляя после себя лишь всепоглощающий белый свет. Даже боль от того, что Ричард немного погодя ввел в меня еще два пальца, сглаживалась волшебными ощущениями, накрывавшими меня с головой от каждого толчка.

- Не могу…

- Сейчас… Повернись на животик, Кайл…

Я нехотя приподнялся на трясущихся руках и буквально перевалился на живот, инстинктивно поджимая к нему колени.

Ричи тут же наклонился ко мне, облизывая шею, одаривая влагой языка плечи, пробегая поцелуями вдоль позвоночника и затем, вернувшись к моему ушку, хрипло прошептал:

- Будет немного больно, но это быстро пройдет… Только не бойся, ладно?
- Угу…

Три любимых пальчика выскользнули из меня, и я заскулил от разочарования, но затем их сменила головка члена Ричи. Она ласково скользнула сначала между половинок ягодиц, затем, задержавшись у пульсирующей дырочки, немного толкнулась внутрь, но тут же выскользнула обратно. Ричи одной ладонью поглаживал мою попу, перебираясь иногда на налитую возбуждением плоть, и я вздрагивал от разряда тока проносившегося по всему моему телу, принимая эти ласки по капле, так как хотел сейчас мой любимый парень.

- Пожалуйста, возьми!.. – измученно заныл я, чувствуя, как до краев переполнился возбуждением, превращающимся в нерастраченную тяжесть, разламывающую все тело на части.

Осторожный толчок Ричи, и боль от него перехлестнулась с острым восторгом от прикосновения головки к какой-то волшебной точке у меня внутри. Я протяжно завыл, не понимая, какое ощущение сейчас сильнее бушует во мне, но чувствуя, что Ричи остановился и терпеливо ждет, пока я отдышусь и привыкну к нему, начал успокаиваться.

- Маленький мой… Расслабься... Сейчас все пройдет...

Ричи всем телом придавил меня к простыням и, не выпуская моего члена из ладони плавно начал двигаться во мне, а я, желая получить все его ласки до конца, настойчиво вжимался в него, чувствуя как боль, смешиваясь с потрясающим, бьющим все тело дрожью наслаждения, чувством, медленно отходит на второй план и, в конце концов задыхается от моих неосознанных криков:

- Еще!.. Хочу тебя!.. Еще!..

- Кричи, любимый... Громче… - горячий шепот рядом.

И слияние влажных от возбуждения тел, затуманенных желанием глаз, смесь хриплых стонов с жадными криками, высушенные частым дыханием губы и долбящиеся о ребра сердца, ловящие ритм движений, все собралось в бушующий шторм чувств, затапливающих нас обоих, как одно целое. Легкие наполнились пенистым удовольствием, родившимся в груди, а затем опустившимся беспорядочным потоком вниз живота. Оно вырвалось наружу оргазмом и смыло остатки присутствия нас в этом мире, разбив его на бриллиантовые осколки вечности.

- Аа... а-ах!.. Риииич!..

- Черт... черт... чеееееерт!..

Перед глазами все поплыло, а тело резко отключило свои функции, позволяя окутать себя шелковым коконом блаженства, вливая в вены по каплям приятную слабость. На шее чувствуются только тяжелое дыхание любимого и прохладный шепот на разгоряченной коже.

- Кайл… Я так сильно люблю тебя…

- Да… - проваливаясь в вязкое забытье шептал я, прижимаясь спиной к животу любимого.

Черное небо, осыпанное крошками звезд, укрывало нашу тайну от любопытных глаз, согревая теплым дыханием засыпающего ветра, смущенно заглядывавшего в окно. Мне снился Ричи, его трепетные объятия и ровное дыхание в затылок и впервые в жизни, открыв глаза, я не разочаровался в мечтах.