...Я давно хотела попасть к кому-нибудь на день рождения. Где были бы хорошие люди, знакомые, добрые друзья... Сначала я попала на Китай-городские посиделки, а вчера я попала...
На Безумное чаепитие, безбожно опаздывая на электричку, забыв дома Праздничный Пирог и вернувшись за ним. Щеголяя в любимом плаще, заколотом фибулой, поправляя рукоять меча и факел ехала в метро на радость себе и окружающим. Смотрела картинки в прекрасной детской книжке-энциклопедии про колеса, машины, воинов и замки.
Драка за дыню, Сидония-Хомяк, Юни, Мастер-Группа как Пантерка и Олькан, Санек... Сражение наповал всех вокругстоящих путем приподнимания крышки над заветной коробкой...
Мы приехали на платформу, куда не доехала наша электричка, и пошли по тропинке через лес под рассказы про Белое, находя по дороге кусочки цветной мозаики и блюдца. Нам на встречу вышел Сантей, Рэйн и Кадир. И безумие от радости встречи начало потихоньку овладевать умами. На полянке сей процесс безумной и бесбашенной радости от встреч успешно продолжился - Тень, Скрю, Манюня, Лена, Кадавр, Люда и многие многие другие... Так что когда после прочтения ТБ, поздравления ПиРа с Днюхой, к нам прибежал Белый-Кролик-потерявший-время, в наших головах уже прочно поселилось безумие и попасть в Страну Алисы оказалось делом нескольких минут. А потом и их не стало. В смысле минут. Остановились часы... И нас не стало. Неткоторых. Зато возник Один. Всепоглащающий и единый во множестве обличий.
А затем появились Шляпник, Мартовский заяц, Красная Королева, Герцогиня, Абсолем и постепенно поляна и лес наполнились всевозможными героями, закипели страсти, интриги, знакомства, шум, крики, полетели головы с плеч, Треска с кнутом желала танцевать, розы искали маргариток, садовники цветы, Королевы Алису, Алиса - Сторонников. Я исчезал и появлялся то тут, то там, озадачивая и улыбаясь, спасая и издеваясь, иногда, правда, забывая то улыбку, то хвост на месте исчезновения... но вроде никто не возражал. Был суд и бравный день, и спасение сони из чайника, и поздравление Квази с днем Рождения. Морская кадриль, починенные часы.... и как не трудно было везде успеть, мне, несомненно это удалось. Мрррряууууу фрррррр)
Чаепитие с истошными криками "Смеееееннннаа мееееест!" разбитыми чашками, съеденная мной по ошибки устрица, появляющиеся из ниоткуда торты, кофепитие, разнообразные завариваемые чаи - зеленые, черные, красные, травяные и те, которые можно пить.
...А потом безумие немного отступило и праздник разделился, разлился по лесу островками...
Летящие Качели, несущие в свистящей тишине сквозь ночь, высоко и далеко вверх, и с легким уходом сердца в пятки вниз. " а тебя мы пристегивать не будем. Ты с хвостом" "эй, где вы видели летающих кошек?!!!" "Кошки не любят летать вввееееееееееээээээрх" И полет в высоту и глубину лесной ночи, и тихий шорох рассекаемого воздуха. Лапы, судорожно вцепившиеся в стропы, потихоньку разжались, и я откинулась назад, не желая закрывать глаза, чтобы не только чувствовать, но и видеть этот волшебный полет...
Ночь рассказанных, увиденных, услышанных и нарисованных картин. Сантей * завораживающий взгляд антрацитовых глаз, блестящих, как камушек для игры в го* рисовал в воздухе картины минувшего... И я отвечала своими воспоминаниями...
Пар дыхания в темноте и тишине стола без чаепития... Дышали, смотрели, лишь бы не спугнуть чудо...
Луна за ветками и лапищами, видимая по разному с ракурса всякого роста - выше, ниже, дальше, ближе.
Видео Алтая на ноутбуке. Такие знакомые сопки, реки, горы, названия... Люди.
Каритны, выплетаемые, сотканные мелодией двух поющих флейт. Они проникали под мягкую ткань плаща, сгущали краски ночи до неразличимости и перед глазами разворачивались...
*Край села. Приближающиеся летние сумерки. Девушки легко ступают вереницей в танце, приминая чуть влажную траву босыми ногами, плавно изгибаются их затянутые поясами станы, плетут нить танца руки, на лицах - загадочно-прекрасные улыбки. Гусли и пастушья дудочка, два парня сидя на заваленке, ведут этот танец, играют на потеху девицам* Две флейты - два голоса, гусли и танец. Мелодия и отражение ее в мире.
*Просыпается город. Купеческий район. Кварталы бедняков. Сменяется стража. Выглядывают из окон восставшие ото сна. Погружаются в привычные хлопоты и заботы. Начинают петь птицы. Солнце касается белых стен, каменных башен, черепичных и соломенных крыш, пробегает лучом по кованным решеткам, дарит улыбку матери и ребенку, провожает в темный переулок неясную фигуру. Стук колес по мощеным дорогам. Гомон. Утро. Город проснулся" Два мотива - одна мелодия. Один рассказ - два рассказчика. Доплняют, не перебивая, расплетают клубок судеб и отпускают нити из рук, медленно опускают инструмент, сделав последний выдох...
Они играли затаенное, они пели запретное, с трудом понимая друг друга, но к середине начинали слушать и слышать и подпевали, не совсем улавливая суть, да им это было и не важно. Им было - Прекрасно-Хорошо. Они Творили музыку, как умели. И никто не вспомнил о фальше, лести и лжи.
Чувствовать чужую мелодию губами на слух, понимать, чтобы вставила сейчас и хотеть, впервые в жизни, что была в руках поющая, чтобы подыграть и вставить свой, маленький, неродившийся звук. Повис в ветвях, так и не коснувшись музыки той ночи.
А потом - было. Знакомое тепло дерева под руками. Пытаюсь за раз разучить простую мелодию. А потом - веду, не эту, свою. И подыгрываю. И пальцы, пальцы перебирают дырочки, не видя, не думая о нотах, лишь звук, лишь пересечения и сочетания капелек-мазков-красок в голове, в мире и срывающихся с горлышка той, другой флейты. И ликование и свобода вылетевшей на волю Песни. Вот уже несколько месяцев она не пела в моих руках. Единый переливающийся мотив-разговор, песня-перебор, перелет- пересвист, полушепот - полувсхлип, радость песни, голос вести, шепот ночи ,радость встреч. От касанья нежнейших рук, от прохладного ветра с губ, из бездонных окон души, не спугни ее, не спеши...
Яркий, пылающий жаром костер. Из добрых сухих сосновых дров. Всю ночь, весь пир, все сказачное чаепитие и разгуляние. Собрались девушки -красавицы в кружок, отвернули от пламени гитару и пели песни. Заветные, любимые. И каждый мог - подпевать. И каждому была дана - песня. И право выбирать. И небыло пресыщенности, обид, споров и разноголосья. И была извлечена из глубин памяти история Ириаллоны, снова чуть измененная, чуть иначе рассказанная, и песня, и молчание и шепот языка трав и ветер, долетевший от Твердыни, и костер, отблеск того костра...
И не было на той Поляне зла. И не было неприязни. Там собрались люди, желающие Творить, Смеяться, Любить, Дарить и Принимать, и слушать, слушать, слушать Сказку, рассказанную лесом.