Настроение сейчас - снова пишу и воспринимаю

Косые линии, вдоль них стремительно несутся белые пушистые шарики-комочки, неслышно устремляются вниз, берут разгон, летят, быстрее, быстрее, преследуя, обгоняя…и падают, падают на землю, чтобы мягко, с еле различимым «бумом» коснувшись её, растаять навсегда… или слиться с белым ковром себе подобных – на оцинкованной крыше. Или упасть в мохнатый сугроб, а с утра пропасть под лежалым утоптанным грязным снегом, что усыпят равнодушные дворники…

А другие снежинки – кружат, скользят по спирали, следуют движениям древнего танца. Разрозненные пары, робкие шаги, несмелые па – приземлится такая балерина тебе на рукав и..застынет… А ты несешь ее, не дыша, не обжечь бы ее горячим дыханием.

Дневное солнышко скрылось за невнятным матовым слоем каких-то серо-бежевых облаков – размазаны по небу ровным слоем – ни штриха поверх, ни формы, ни забытой линии. И летят на землю белые хлопья, будто и вовсе не оттуда. Коричневый снег…это, наверное, странно…

Серо-желтые дома Остоженки, палитра березовой коры, даже скорее полена. Беж, мышиный серый, черный, оттенки белого: молоко, ряженка, сырая древесина, эмаль; теплые и холодные – но все как один – неживые. А помнится – показалась весна – а тут, снова, будто и не было ничего, - зима. И до весны еще – огого.
***
А еще вчера в дом пробрался вестник весны, следом тонкого индийского шелка, полупрозрачной вуалью замер в воздухе и растаял, оставив после себя такой невесомый аромат, вобравший в себя шепот ландышей, улыбки подснежников, смех солнышка, тот, что спрятался в подтаявших льдинках.

Когда в окне – утро. Не зимние тяжелые сумерки, когда горят фонари и нехотя светлеет край неба, предвещая нескорый рассвет, а радостное, легкое, воздушным шариком улетающее в незабудковое небо, солнечно-теплое, беззаботно-детское, смеющееся и наполненное невидимой мелодией весны. Будто из будущего доносится гомон птичьих стаек… слышишь ветры городских крыш и дворов, перекличку окон, в которых то тут, то там отражается умытое талым снегом небо с озорной улыбкой шкодника…

Можно чуть-чуть поваляться, ведь пары – только в 14.00))) Разнежиться, потянуться и, потеряв бдительность, с громким мявом упасть на пол (хорошо, что там ковер и матрас!), подняться, состроить ответную гримасу оконному проему и отправиться босиком на кухню, ступая теплыми со сна ступнями по холодному линолиевому полу…

И хочется – горячего расплавленного соленого сыра, ароматного кофе, плюшку с сахаром и кусочек вчерашнего твороженно-фруктового пирога. Запивать все теплым сладким чаем - он как кленовый сироп, только не такой густой… И улыбаться) Разлить по чашкам ароматный кофе и дать ему остыть, настояться, пропитаться атмосферой этого чудного утра…

А потом в тишине квартиры, под аккомпанемент гудящего процессора и мурчащего кота читать вслух рассказ…
…чернильно-черные аккуратные буквы на белой плотной бумаге звучат твоим-не твоим голосом, передают интонации и картины, переживания – такие близкие и невероятные... Читаешь. Слушаешь. Притих кот, потерялось время. Сопит, вздыхает, смущается и смеется сидящий напротив…

Взгляд-фраза, взгляд-слово, взгляд-ответ.
День вне правил и вне сомнений, еще одни ярким акварельным листом ложиться поверх серых листов газет и учебников, глянцевых листов пестрых журналов, а ветер жизни уже уносит дальше, прочь от закрывшейся за спиной двери – и только шепот-взгляд-надежда: «Я вернусь…»
***
Сменилась песня, возвращаешься из воспоминаний в реальность. За окном - другим – все тот же день, только уже вечер. Окно-В-мир, за которым неспешно падают снежинки, большие, невероятные, холодным касанием таят на щеке. Ты помнишь, как шли сюда. Теперь они там, за стеклом. Медлительно размеренное движение в ореоле уличного постового – след-в-след.

Так причудливо течет время – хочется верить, что в такт снежинкам но где-то глубоко сидит понимание:
«Прости, но ему все равно…»
Позволяешь шторе – желто-зеленые лотосы на темном стебле – скрыть от глаз это неторопливое великолепие зимнего сна. А на стекле различаешь берег реки, поросший лесом, волшебный зимний косогор… и силуэт кактуса, гостя зимы, в этом странном мире Окна.