Со дна легенд, чьи глаза слепы доносится мерный стук копыт...

Солнца жар, Тепло огня, Россыпь звезд по ночной воде...Воинство на грани дня зовет с собой...

Бесшумней, чем птицы летящей тень...

А завтра утро, так что держись - и дальше будет новая жизнь, И через четыре месяца будет май. Будет май...

Душный офис, июль. Работа. Переводим. Практика. Ждем вечера.
И строчки, строчки, посвещенные Белому морю... Так неожиданно и в то же время знала всегда, что эта песня про те берега...

Там чернике расти, ветру ивы плести - земли радости.
Нет дороги трудней, чем до белых камней, чем идти до хрустальных твоих камней.

Был сине-алым Крыл острых смерч, себя не щадил, не любил никого -
Из лунной стали Волнистый меч, и пояс из золота у него.
Он остров нашел, но сумрак привел на острые камни, где дремлет мгла.
Он грудой у скал в прибое лежал и волны трепали его крыла.
И меркнул одежд золоченый шелк - так первый искатель во мглу ушел.

Я знал и иных искателей ив Герольды рассвета, так звали их.
Глаза ярче вод, ладья их как лед по воздуху утра скользит вперед.

На правом весле прошлой ночи след, на левом светлеющий небосвод,
Но утро пришло, и лаской сожгло Серебряно-ледяной народ.

Ни блеска корон, Ни крика ворон, Ни зла, ни отчаянья - ничего
Не знал за собой Охотник простой. И теплыми были руки его...


Там сосны растут и вода как мед, как жаль, что никто из нас не найдет.

Но сердце мое, о сердце мое, просит пустые поля цвести,
И может усталые ноги твои ступят на землю поющих ив - Земли радости.