Мадурай — центральный город на пересечении путей, его население полтора миллиона жителей, а главный храм по статистике посещают 25 тысяч человек в день. Мадурай — центр шёлковой промышленности, в нем нет провинциальности и есть образовательно-культурный уровень, хоть он и не является мегаполисом. 'Мадурай' переводится как 'медовый', что у нас ассоциируется прежде всего с благоухающими цветами — и это, конечно, верное представление о юге Индии. Но для индусов 'Мадурай' значит 'сладостный город': приятный в высоком смысле этого слова, и он действительно такой. Согласно легенде, причина этого в нектаре, который осенил это место, упав на землю с волос Шивы. Были ли то остатки амриты, которые запутались в космах аскета, когда он пил яд калакуту, а может, благословение небесной реки Ганги, которую он подхватил на плечи? — земные существа, наверно, разобрать не успели, потому что при местной жаре сразу все высохло. Но особое расположение трехокого бога к этому месту не вызывает сомнения. Мадурайцы любовь Шивы к их городу объясняют тем, что он тут родился.
 

Обычно Шива, как аскет, изображается на фоне заснеженных Гималаев. Но смуглый цвет его кожи — иссине-коричневый, который эстетика сделала синим — может свидетельствовать о том, что Шива и вправду из этих мест. Поскольку знание духовных практик (йоги и медитации) к арийцам пришло от местного населения (дравидов), Шиву естественно считать не-арийцем. Может, он был тамильцем. То, что в честь его мадурайской невесты Менакши построен самый знаменитый индийский храм, это косвенно подтверждает. Сама же она, с попугаем в руке, доносит психологические глубины древнего тотемизма, который здесь господствовал задолго до прихода ариев. Хотя если северным чужакам понадобилось бы наглядно обозначить звонко-выразительную красоту речи местного населения, лучшего символа, чем попугай, они бы не нашли.
 

Ритуальный цвет лица Менакши и её платья — зеленый, цвет перьев попугая и зелени пальм. Такой же цвет платья Каньякумари, хотя на свою свадьбу богини одевают ритуальное красное сари.
Изумрудные потолки и статуи встречают при входе в алтарь Менакши, сменяясь золотом внутреннего убранства и разноцветьем мандал на потолке.
Храм Менакши привык к туристам, и проблем со входом нет — лишь как и везде надо снять обувь и дать за это монетку. Внутри висит объявление с перечеркнутым фотоаппаратом и подпись, что делать снимки можно в определенное время и за это надо платить.
Во внутренней части храма жилище богини Менакши, где за вышитым зеленым покрывалом с её образом находится золотая статуя с огромными серьгами, доходящими до плеч, и многоэтажно-высокой круглой короной на голове.