Значение Посвящения

Бог, в доброте своей, предоставил нам возможность
без устали прилагать усилия, изо всех сил стремясь
[210x151] ввысь, и все же постоянно испытывать непреходящее
изумление и свежесть обновления.
Льюис Спенс
«Египетские мистерии»

Великая Древняя мудрость мистерий открыта тем, кто всей душой стремится её найти, ибо к сокровенной сути мистерий может прикоснуться лишь тот, кто готов ее воспринять. «Личный», или индивидуальный, путь к ним всегда открыт.
Само Посвящение – всего лишь врата к Истинным духовным знаниям. Обряд и символ, оторванные от высоких намерений и духовного содержания, могут даже послужить деградации, несмотря на то, что они зачастую выражают намного больше, чем способны выразить слова. Ритуалы при выражении высоких понятий действуют как вспомогательные средства в дополнение к несовершенной человеческой речи. Однако их не следует рассматривать, как действие, оказывающее реальное магическое или сверхестественное влияние на дух посвященного. Посвящение само по себе никогда не откроет истину во всей полноте. Степень открытости истины пропорциональна собственному духовному потенциалу стремящегося.
Посвящение это вступление в новую жизнь, или, вернее, возвращение к старой, к тому первоначальному «раю», откуда пал человек, к тому божественному обществу, которое он покинул. Основой учения всех мистерий является доктрина о предшествующем существовании, которую порой связывают с перевоплощением. Таким образом, Посвящение – это интуитивное и интеллектуальное стремление Высшего в человеке к восстановлению связи с Божественным, единения, или слияния с Ним. Посвящённому дается знание о том, как он спустился в материальное существование и как он может подняться обратно.
Посвящение – это в действительности внутренний поступок души, «магический поступок», совершенный в самой физической сущности человека душой свободной, непреклонной, чуткой, черпающей все вдохновение из собственной сути. Это напоминает христианское спасение, поскольку, несмотря на долгие и настойчивые попытки Высшей Силы, или Бога, сотворившего человека, достучаться до его сердца, избавления не произойдёт, пока обитающий внутри, не откроет эту дверь. Подобно цыплёнку, пробивающему скорлупу изнутри, человек внутренним светом своего сознания и теплом своего сердца растворяет скорлупу невежества.
Также можно утверждать и то, что прошедшие Посвящение, при всём своём желании, не могут во всей полноте донести значение Высшего до тех, кто находится за пределами внешних врат. Тайны, открытые Посвящённому, были переданы непосредственно его духу не словами, но безмолвным посланием, состоящим из символов. И зачастую эти тайны осознаются впоследствии не через размышление и созерцание, а через внезапное озарение.
Прокл уверяет нас, что древние мистерии вначале следовали общеизвестным мифам, пока их высшая суть, в конце концов, не встретилась лицом к лицу с божественной. Как он говорит, душа сначала распознаёт тени и образы вещей, но позже, обращаясь внутрь себя, постепенно начинает осознавать и созерцать свою божественную сущность. Она видит разум, а позже – божественную субстанцию, с которой, наконец, объединяется. Некоторые авторы считают, что это неизбежно и естественно влечет за собой интенсивное трансовое самонаблюдение, тот глубокий самогипноз, известный всем истинным поэтам, когда мысль становится неуправляемой и поэтому интуитивной и гениальной.
В Малых мистериях после начального очищения ученика, следовал спуск в Аид (Гадес), что в мистике олицетворяет страх перед новых состоянием, предшествующим блаженному состоянию облегчения, что обретается на Елисейских Полях. В Великих же мистериях центр откровения заключен в интеллекте, содержащем архетип универсальной природы. Далее следует созерцание и единение с Высшим. Но в должной мере этого не выразишь словами, подобные вещи нельзя увидеть или услышать, можно лишь постичь. Здесь заканчивается мысль и берёт начало истинная магия, непосредственное действие разума. Ибо истинная магия – воистину ядро философии мистерий.
Жизнь загадочна и путь загадочен, и так же таинственны жизнь и путь магии, магии волшебства, - той «нереальности», которая более реальна для мистика, чем реальность видимая. В этой магии заключены экстаз, который и есть высшая музыка Вселенной, и живой восторг, который и есть поток жизни в Божественном. Истинный поэт, непременно являющийся мистиком и прокладывающий путь к тому высочайшему постижению, о каком нищие лишь помышляют, и мистик, который в конечном итоге должен быть поэтом, - оба проникают в эти сферы, вызывая смятение, зависть и уныние мелких людишек. Оба обладают средством живыми подняться к тому самому небу, которое весь мир ищет среди суетной и фальшивой видимости удовольствия вместо того, чтобы обратиться к широким просторам духовного космоса и тем небесным высотам, которые и являются истинной обителью человеческой души.
[146x220] Разве в этих уроках жизни нужно изучать что-либо ещё, кроме необходимых основ и средств приближения к иному миру? Этот мир представляет собой «стартовую площадку», на которой человек создает и испытывает те крылатые суда, что понесут его к бессмертию. Не справившись со своим уроком, он неизменно возвращается к месту своего тяжкого труда. Мнение, что этот процесс имеет природу наказания или воздаяния, неверно. Это всего лишь самодисциплина Божественного, стремящегося познать себя на большом удалении с помощью разнообразных экспериментов в глубинах времени и пространства. Отец посылает свои частицы, которые заполняют отдалённые сферы и радуются, возвращаясь на родину, дабы почерпнуть из первоисточника новые силы.
И в этой связи чрезвычайно важно путем постоянного созерцания удалённой, непостижимо отстранённой Божественности, взращивать в себе то особое душевное состояние, которое является сутью и сердцем рая. Размышление же, свидетельствование, уменьшение хаоса в мыслях и чувствах и упорядочивание житейской неразберихи и смятения в сердце, разуме и душе ведут к полному осознанию одной простой истины и настоятельной потребности – единению с Богом. Это уединённое путешествие – единственный путь адепта.
Бесспорно, за вероисповеданиями и догмами всевозможных религий стоит единая религия будущего, сердце и суть всей жизни. Человек, преданный родной вере и церкви, достаточно оснащён, но, если говорить прямо, он зачастую упускает блаженство знаний и уверенности и, определенно, мучается в дебрях сомнений, которые являются копотью, исходящей от лампы веры. Такой человек собирает от священного светильника весь его дым и получает слишком мало истинного света и радости.
Доктрина, гласящая о безнадёжной греховности человеческого сердца, - никуда не годное и воистину отвратительное учение. Я утверждаю, что оно приносит несказанный вред и, возможно, больше жизней разрушило, нежели помогло их приятию благодати. В основе этого темного проявления «знающего» превосходства лежит искаженное представление о повсеместной человеческой порочности. Оно может лишь породить ненужную обратную реакцию в сверхчувственном и ограниченном уме и отдалить его от истинного благородства всеобщего разума, который явно присутствует рядом с каждым из нас. Душа человека устала от разговоров о её бесполезности, тогда как в целом она обладает божественными качествами и изо всех сил стремится к благу, к поиску своего пути через тернии к звёздам.
Осознание взаимосвязи с Богом и ощущение Его любви – первый важный признак того, что процесс объединении с Божественным начался. Это состояние подготовительное, предшествующее Посвящению, ибо единение с Богом возрастает и развивается по мере роста осознания и интуиции и является результатом духовных усилий. Чем сильнее крылья, тем выше полёт! Если светильник постоянно зажжен, человеку надлежит использовать его свет. Освоение иного мира должно быть непрерывным и постоянно расширяющимся, а полученный там опыт необходимо сберегать и накапливать, дабы обрести новые силы для полётов в непознанное.
[210x183] Необходимо понимать, что мистерии, как мы их знаем, несомненно, должны характеризоваться, как мистерии земные. Их конечная цель – переход от смерти к верной жизни, а потому они никак не могут быть отнесены к Божественным Мистериям, о которых человек имеет некое отдаленное представление, но не имеет возможности представить себе природу божественного блаженства. Иными словами, после раскрытия одной мистерии перед нами предстает новая, и так будет продолжаться дальше и дальше за пределами человеческих познаний.
Мистерии Египта, представляют большую ценность для современного мистика. Они стали первой в истории человечества обоснованной и официально принятой системой мистической веры и практики. Целью посвящения является попытка уяснить место человека во Вселенной и в божественном порядке вещей. Египетская мистериальная система первой достигла этого в философской манере, подобающей столь высокой цели. Таким образом, их значение и уроки, из них извлекаемые имеют основополагающее значение, и отбросить их невозможно. Поистине величайшим в мире является знание о том, что лишь божественное самопостижение может приблизить человека к Божественному. И это знание даёт нам Древний Египет.