Здорово, Шарик, ты мой лучший друг,
На лавочке я почему ночую вдруг?
А не пускает в дом меня жена,
Что делать, обычно у поэта баба - сатана.
Поэт он ведь не понят, как Есенин или Блок.
Э, братец, сколько у тебя я вижу блох,
Жаль водку ты, дружок, не станешь пить.
И, впрочем, нет её даже себе налить,
Без водки, Шарик, плохо - блохи и тоска.
Светает, полежу еще - какая жесткая доска!