Это цитата сообщения Lunaire Оригинальное сообщение

***

вот живёшь себе, что-то пишешь и говоришь,
вроде светишь, а может, просто кому-то врёшь,
как внезапно что-то рождается изнутри,
всё беспомощное, слепое, такой зверёк,
или, может, такое солнце - не разобрать,
и зовёшь его по-простому: "оно" и "свет".
поначалу - стремится выпрыгнуть из ребра,
а потом почему-то селится в голове.
да, в твоей обрационаленной голове.

ты надеешься: оно скоро остепенится,
а оно что-то и не думает степениться -
заползло в тебя и ворочается в словах.

а когда рисковало вылиться за границы,
нужно было совсем не думать. и доливать.
ты бездействовал сам. никто же не виноват.

закрываешь глаза и кружится голова,
открываешь глаза и кружится голова,
как земля вокруг солнца - с тем неизменным циклом,
чья гранитно-больная точность сбивает с ног.
а оно, кроме слов, ворочается и в цифрах.
ты боролся. старался дьявольски. но не смог.
ключевое здесь - не боролся, а но не смог.
и от этого вечно кружится голова,
или нервы, небрежно сотканные в полотна,
темнотой или пылью падают на глаза,
в уши - звоном, и это что-то сродни болоту.
ты боялся, что дрогнет голос. и не сказал.
просто пялился в эту пропасть и не сказал.

это то, в чём, пожалуй, стоит себя винить,
раз уж большее в такой степени запредельно.
посмотри, приглядись, подумай, что ты наделал:
перед пропастью, будто плесень, растёт гранит.
можешь даже не притворяться, что наплевать -
ты пытаешься стать сильнее всех тех стихий,
но выходит, что только льёшь в пустоту слова -
и ему остаётся выплеснуться в стихи.

***

после этого ты совсем перестал смотреть,
да и вовсе, по правде, больше не хочешь знать.
ты выходишь из дома - там вот опять весна,
начинает теплеть, заканчивает ветреть.
ты узнал. не хотел, бежал. всё равно узнал.
начинаешь всё время нервничать и курить
и заканчиваешь быть прежним - вот просто так.
у тебя вообще с весной вечно всё не в такт -
не сложилось, бывает. плюнул? и разотри.
в этом мире не повторяются январи.

летом - знаешь, что ты уедешь. поставь печать.
а пока - приезжаешь вроде бы, но молчишь.
это точка отсчёта - помнишь про кирпичи? -
ты потом ещё долго будешь вот так молчать.
просто пялиться в эту пропасть и так молчать.

осень, господи, снова осень, опять туда,
и зимой, и весной не раз, в общем, странный год.
птички лапками не вжимаются в провода
так, как сердцем всегда вжимаешься ты в него.
не устал-то туда мотаться? - да нет, вы что.
в сердце тот же, что в проводах, созревает ток.

лето, лето, чудное лето. твой лучший друг
превращает твою квартиру в коробку шпрот,
там все дышат и говорят, там тепло - вокруг,
им питаешься булимически, в полный рот -
для контраста с пришедшей осенью: ты один.
ты не знаешь. как и хотел. ну так что, ты счастлив?
оно съёжилось и скребётся внутри груди.
уходи из меня, пожалуйста, уходи,
никогда больше, никогда, ты слышишь, не возвращайся.

ну а дальше расструктурировано - не хочу.
всё так скомкано и запутанно - не копаюсь.
скажу только: я уже меньше вот так молчу
и тону в вязковатой сладости, засыпая.
это можно назвать "смириться" и "повзрослеть".
ну, вперёд, ты хоть и в пустыне, но на осле,
и душа доведёт как следует - не слепая;
это вроде должно накладывать светлый след.

***

он-то солнечнее всех солнц; но у солнц - болит,
их же нужно поить теплом из больших стаканов,
приставляя четыре буквы к глаголу "лить" -
перелить - чтобы это "пере" и вытекало.
вытекало, рождая свет для таких зеркал,
из которых потом он будет струиться дальше,
как огромная, вечно дышащая река.
ты поделишься? даже больше. ты всё отдашь им.
это правильно. это так, как оно должно быть.
восхищение, доводящее до озноба.

***

вот живёшь себе, что-то пишешь и говоришь,
а внутри копошится судорожно всё то же,
и не ври, что оно исчезло. себе не ври.
это есть, и ты сам кричал, что - не уничтожить.

глупый ёжик.
всего лишь глупый дурацкий ёжик.