[400x543]
Константин Кедров
ТОН НОТ
Поистине в поэзии нет ничего случайного.
Если взглянуть на тень тени кругомета Андрея Вознесенского
 «ТемзаТемзатемЗАТЕМ»
на 3-й станице «ПО», то через теневые перевертыши влево «Е» и «Т» ясно читается
«матагазетаМЕТАгазетаМЕТА».
Так с легкой руки маэстро определился жанр «Газеты ПОэзия».
Я вспомнил, как в 1983 году удвоилось в моем сознании слово метафора и возникла
МЕТАметафора.
«Все живое особой МЕТОЙ отмечается с давних пор» (Есенин). Ночью явился ко мне музыкальный «душман» (дух музыки). Приставил мне «к уху склерозный обрез» (Парщиков) и разрядил в него все «семь нот в тишине». А если вернее – все восемь от ДО до ДО (есть такой палиндромический кругомет в музыкальной грамоте
«ДО–РЕ–МИ–ФА–СОЛЬ–ЛЯ–СИ–ДЛ»
И родился от него другой палиндром
«ТОН НОТ»
КАМЕРТОН
Камертон, взволновавший море
я извлек свое Ля из скал
Ля ласкало скалы
и летело тело
в море Ре
Ре редуцировалось
 пере–
летая
    тая и
    тая
Ре говорило тело
Ля в разъяренный звук
Лья
МИРЕДО
Я – МИ
       ми–
мо  РЕ
      РЕю
      от
      ДО
      до
      ДО
Где все ноты 
сливаются в одну
    СОЛЬ
Где все слезы
сливаются в одну
       соль
Где все РЕки
сливаются в одно
        РЕ
Где уМИрают
         МИры
    из МИ
     и ДОно–
         СИтся
         ДО
          до
         МИ
Из мемб–
      раны
       СИнего
       СИ
-----------------------------------------------------------------------------
Андрей Вознесенский
В начале нынче заканчивающегося века, в . Жак Брак впервые ввел три буквы как элемент живописи в кубистическую композицию. Он начертал на холсте «БАЛ» и на другом «БАХ» (уже четыре буквы на латыни). С этого момента слово вошло в живопись. Просвечивало «БОГ». Слово бе БОГ.
Думается, эти слова стали кодовыми для всего искусства пролетевшего столетия. Игривое начало, бальное, маскарадное, плюс игра органная, в которой угадывается Бог. Для многих русских поэтов игра оказалась смертельной.
Текст, афиша, информативный титр отпраздновали все свадьбы – и золотую, и бриллиантовую – со станковой живописью. Слово вышло из глубин из глубин живописи. Ныне, в конце века, пора отдавать долги. Из слова, из буквы рождается живопись. Круг завершается кругометами.
Для поэта завязью стихотворения является неосознанное звукосочетание, ген стиха. Для Блока – вот уж кто вроде не был формальным экспериментатором! – это были звуковые точки, на которых, как на копьях, держится стихотворение, например: «разверзающий звездную месть».
Затем это ДНК поэзии развивается, у стиха появляются руки. Ноги, голова, пищеварение стиха. Говоря что-то понятное постмодернистам, стихотворение лишь комментарий, вариация на тему этой самой ДНК.
Порой этот магический, порой непонятный автору ген, вызывает, провоцирует события, загадывает то, что случается в жизни. Так опубликованный в первом номере «ПО» кругомет «Давайдавайда» может быть прочитан как стихотворение «Мордовская мадонна».
Вероятно, шаманство слов вызвало к жизни в июле . встречу на волжской набережной, которая когда-то в брежневские времена демонстрировала лагерникам эротическое шоу, не подозревая, что за изгородью томится, наблюдая ее, великий режиссер Сергей Параджанов.
А вот новый кругомет –

-----------------------------------------------------------------------------
ТЕМЗАТЕМЗАТЕМЗАТЕМ