Слишком странные и неестественные были краски - как в плохом фильтре в Фотошопе. Слишком теплый воздух для осени, слишком красивый закат, слишком... все было "слишком". Слишком ненастоящим. Эйфорическим.
Все суетились - собирались, таскали сумки, баулы и пакеты "очень-нужных-вещей", бабушка как всегда взяла с собой немного еды, перекусить.
Ехать надо было на двух машинах, и я никак не могла понять - зачем? Зачем ехать нужно было нам всем? Зачем надо было тащить столько барахла. Ладно для него, но зачем для нас? Что-то не так... Где-то играла музыка. Знакомая, печальная... не могу вспомнить, какая... а я должна вспомнить, обязательно... в этом ли дело?
В суматохе не участвовала только я. Я стояла между двумя машинами, иногда помогая что-то затолкать внутрь.
"Не опаздываем нет?" - спрашивал он, поглядывая на часы. И вот, опять, здесь что-то не так! Слишком... слишком... Слишком энергичный он был, слишком бодрый, слишком здоровый... Опять не понимаю: зачем его нужно здорового класть в больницу? У него же явно уже не болят ни сердце, ни нога... вон как носится!
"-Давайте уже, поехали!" - торопит тетя, "-Ну все, прощайтесь", - командует она захлопывая дверь водительского сидения.
Прощаться? Зачем? Не понимаю, мы ведь просто едем в больницу! Зачем надо прощаться...
"-Алиш!" - беззаботно и весело зовет он меня. Да, я знаю, надо прощаться. Музыка становилась все громче.
И тут крик вырывается из груди. Я бросаюсь ему на шею, кричу, рыдаю, судорожно хватаю его руками, прошу прощения... сама даже не понимаю за что. За что-то давнее, еще наверно детское... Музыка... выключите ее, выключите!
"-Прости меня, прости!!!" - как заведенная кричу я.
В ответ слышу прерывистое дыхание: посмеивается, успокаивает. Улыбается. Похлопывает по спине. Ободряюще так...
И здесь что-то заставило меня отцепиться от него и с силой утереть слезы. Что-то... вот оно. Это, что-то, не правильное! С собой мы везем гроб. Мы везем его с собой. Для него. Не знаю, где. Он даже нигде не поместиться! Как это? Зачем? Я же знаю. Точно знаю. Не правильно все... вот, что было неправильно... Музыка достигала своего апогея. Голова взрывалась изнутри.

***

Проснулась от собственного истеричного крика. Вся в слезах, в рыданиях, нервно утирая слезы уголком одеяла. На часах шестнадцать тридцать два. Странно это все. Страшно. Страшно, когда снятся мертвые. Страшно, когда снятся... еще живые.

P.S.: Еще несколько дней после этого сна, я пыталась вспомнить эту призрачную музыку. Почему-то, так "убивала" меня именно музыка. Я ее точно знала, безусловно. И совсем недавно она полностью всплыла в моей голове. Музыка из фильма: "Свой среди чужих, чужой среди своих".