Видели ли вы когда-нибудь зачаровывающую красоту стали, как видела ее я. Так близко, что можно разглядеть искры смерти на ее кончике. Когда, разрезав воздух, стройный стальной корпус летит навстречу плоти, и ни остановить, ни удержать его нельзя.
Оно прекрасно и смертельно опасно. Холодное оружие.
В порыве бешенства, порой, я беру меч и отправляюсь в небольшой лесок рядом с домом.
Лезвие не тупится и не тускнеет с годами.
Направив всю свою злость и боль, я начинаю обрушивать на деревья удар за ударом. В пасмурный осенний день лезвие блестит особенно таинственно.
И все страданья уходят через него.
Тяжелая рукоять чаще всего натирает руку. Я надеваю кожаные перчатки без пальцев.
Этот меч терпит все.
Иногда, устав от физической тяжести, в задумчивости я смотрю на свое отражение в нем, сев на какое-нибудь бревно. Отражение преломляется, потому что сталь клинка многослойна. И я представляю те далекие времена рыцарей, отважных героев и прекрасных принцесс.

Во что превратился наш мир? Что мы с ним сделали? Где все те понятья чести, благородства, честности, за которые боролись наши предки много веков?
Где мораль самого боя? Прицелиться - нажать на курок - готово!
Лживые методы убийства стали называться «современными» а методы уничтожения масс – «действенными»
Мои мысли и мечты несутся к таинству прошлого. Когда каждый войн отстаивал свою жизнь собственными руками. Честно боролся – и выживал, если был сильнее, и умирал, если был слаб.
Сейчас нет сильных или слабых – есть только более или менее технически оснащенные. Разве это правильно?
Разве может бездушный автомат вершить судьбы людей. Всего лишь механизм, который убивает не только человека, но и кусок души убившего – ведь это его рука не дрогнула, и нажала на курок. Говорят, что убивать людей только сначала тяжело. А потом они превращаются в кусок мяса, по которому надо стрелять.
В битве на мечах все совсем иначе – ты можешь увидеть взгляд противника, почувствовать его липкий страх или бешенную ярость. И каждый человек, в которого ты вонзил свой меч – будет у тебя в памяти. Как враг, которого ты одолел своими руками, а не механизмом, придуманным еще до твоего рождения. Как враг, которого ты справедливо покарал за свою идею, а не расстрелял за идею своего никчемного правительства.

Вконец расстроившись, я поднимаюсь и резко, с размаху, обрушиваю меч на то самое бревно. Со свистом сталь вонзается в дерево и пронзает его насквозь.
Теки моя боль, вместе с кровью врагов. Этому миру лучше не стать никогда…