Китай планомерно укрепляет международную роль своей национальной валюты — юаня. Что означает для Поднебесной и для других стран свободно конвертируемый юань, как скоро он станет мировой валютой, и входит ли это в планы китайского правительства? Об этом, а также о прошлом, настоящем и будущем китайской экономики Анне Андриановой рассказала профессор экономики Шанхайского педагогического университета Лиу Синьхуа.

Как, на ваш взгляд, выглядят сегодня китайско-американские отношения в сфере экономики? В чем их специфика?

— Китай и США связывают не только торговые отношения, но и потоки капитала. Сейчас даже существует такое мнение, что Китай во многом поспособствовал наступлению финансового кризиса в Соединенных Штатах. У него большое положительное сальдо торгового баланса, большое количество валютных резервов в иностранных бумагах и, направив потоки долларов обратно в США, китайцы спровоцировали бум, к примеру, на рынке недвижимости, что и стало причиной кризиса 2008 года. Я не согласна с этой точкой зрения. Китай использует свои ресурсы для экспорта в Америку и взамен получает денежные обязательства Федерального резерва США: доллары или государственные облигации. Китай переводит американские доллары в ценные бумаги просто потому, что предпочитает последние первым, поскольку считает размещение своих активов не в валюте США, а в гособлигациях США более надежным. Китай не может отправить деньги обратно в Америку. Китай — держатель американских денежных обязательств, не важно, идет ли речь о валюте или о ценных бумагах, но обратно в Америку отправить он их не может. Так это не работает.

Такая конфигурация двусторонних отношений выгодна Китаю?

— Думаю, что китайское правительство понимает, что самая важная задача — стимулировать внутренний спрос, а не только наводнять Америку экспортом. От производства в Китае Америка выигрывает: минимальная оплата труда, загрязнение окружающей среды происходит у нас, а не у них. Думаю, что в скором времени стратегия Китая изменится. Возможно, в будущем двусторонние американо-китайские отношения станут более сбалансированными. И не только в торговле, но и в потоках капитала. Я считаю, что нужно следовать этим путем, но такое сотрудничество обусловлено внутренним состоянием экономики и суверенностью валют. Страна с суверенной валютой — это новые рабочие места для ее граждан, это забота о старшем поколении. Когда это есть, тогда можно говорить о балансе в торговле и капитале. Но это следствие, а не причина. Мне кажется, что понимания этого нет, и причину со следствием путают. Нужно просто изменить понимание причинно-следственных связей.

США обвиняют Китай в намеренном занижении обменного курса юаня…

— Обменный курс — это следствие, а не причина. Это результат. Насколько валюта сильна, зависит от политики, истории, культуры государства, которое ее печатает. Все эти факторы обеспечивают ее ценность на мировом рынке. Даже при учете того обстоятельства, что Китай регулирует стоимость своей валюты. Но и другие страны делают это. Среди экономистов существует мнение, что если Китай занижает курс юаня и потоки китайского экспорта расходятся по всему миру, то в один прекрасный день Китай станет доминировать в мировой экономике. Но возникает вопрос: как это будет происходить, если с укреплением юаня спрос на китайские товары со стороны других государств будет падать? Важна не валюта, важен спрос, внутренний спрос. Многие экономисты в Китае полагают, что, после того как произошел финансовый кризис, нужно увеличить объем ВВП. Но как он может увеличиться, если рост потребления не поспевает за этими ожиданиями? Если это невозможно сделать за счет эскалации потребления, это нужно сделать за счет номинального увеличения стоимости экспорта. Поэтому юань сначала немного укрепился, а потом был ослаблен. Это политика китайского правительства, но я думаю, что все правительства делают это (манипулируют валютным курсом. — Прим. ред.).

Что стало отправной точкой в смене курса финансовой политики Китая?

— До 1994 года обменный валютный курс в Китае строго регулировался государством. Существовала двойная система: формальный обменный курс, установленный государством, и теневой рыночный курс. Тогда у Китая почти не было иностранных резервов. В 1994 году правительство начало реформу финансовой системы и экономических структур Китая и покончило с двойной системой валютного курса. Сейчас они продолжают наращивать экспорт и скупать долговые обязательства другой страны. Для увеличения экспорта они применяют налоговую льготу. Фирмы, ориентированные на экспорт, чувствуют себя в Китае вполне хорошо. Им даже не нужно заботиться о зарабатывании прибыли на загранице: вы экспортируете товары — в Америку, например, — а потом получаете возврат по налогам. Это позволяет экспортно-ориентированным компаниям увеличивать свой профит. Такая мера дает возможность Китаю наращивать свои иностранные резервы.

К 2005 году Китай стал самым крупным держателем иностранных резервов, крупнее Японии. Но в то время возникла идея изменения режима валютного курса. Китай боялся обесценивания доллара, что означало потери как для держателя американских ценных бумаг. Они начали реформирование. После 2005 года США, Япония и европейские страны подтолкнули Китай переоценить юань, угрожая барьерами для китайского экспорта. Они утверждали, что быстро растущая экономика Китая будет доминировать на международном рынке, что сократит их спрос и, следовательно, приведет к росту безработицы. Эти угрозы заставили китайские власти укрепить юань, курс доллара к юаню начал снижаться с более чем 8 до менее чем 7 юаней за доллар.

Но это не означает, что Китай и дальше будет быстро укреплять юань. Логика власти такова: с одной стороны, есть озабоченность состоянием валютных резервов и нужно снизить риск их обесценивания, с другой — процентные ставки в Китае регулируется не рынком, а государством, поэтому китайские экономисты считают, что нет никаких фундаментальных оснований для того, чтобы обменный курс в Китае был рыночным и по-настоящему гибким.

Означает ли это, что о становлении юаня как мировой валюты и о смене господствующего ныне глобального финансового миропорядка, в котором главная роль отведена Соединенным Штатам и доллару, говорить пока рано?

— Китайское правительство считает, что цены и ставки вначале должны стать рыночными внутри страны, а только потом рыночные принципы можно распространить и на внешнюю торговлю. Я как раз совсем недавно разговаривала с одним экономистом, очень известным в Китае, о возможности превращения юаня в мировую валюту. Да, китайское правительство предпринимает определенные шаги к тому, чтобы юань имел хождение как мировая валюта. Как известно, если операции по текущим счетам в Китае носят относительно свободный характер, то операции по капитальным счетам строго контролируются государством. Поэтому юань не является конвертируемой валютой. Как он может быть при этих условиях международной валютой? Тем не менее, мне кажется, что это хорошая идея. Китайская экономика растет, и растет вес Китая в международной экономике, но, я думаю, предстоит еще долгий путь.