Мой столыпинский конспект



Столыпин все время подчеркивал, что «наши реформы, чтобы быть жизненными, должны черпать свою силу в... русских национальных началах», что «нельзя к нашим русским корням, к нашему русскому стволу прикреплять какой-то чужой, чужестранный цветок».

Свое понимание исторического пути России Петр Аркадьевич выразил такими словами: «Я думаю, что на втором тысячелетии своей жизни Россия не развалится. Я думаю, что она обновится, улучшит свой уклад, пойдет вперед, но путем разложения не пойдет, потому что где разложение - там смерть».

В обстановке, когда насилие захлестнуло страну и когда Россию фактически толкали к гражданской войне, совершенно понятной становилась позиция Столыпина, выраженная словами: «Там, где аргумент - бомба, там, конечно, естественный ответ—беспощадность кары».

В письме к Николаю II Петр Аркадьевич так выразил необходимость применения силы против насилия: «Тяжелый, суровый долг возложен на меня Вами же, Государь. Долг этот, ответственность перед Вашим Величеством, перед Россиею и историею диктует мне ответ мой: к горю и сраму нашему, лишь казнь немногих предотвратят моря крови».

Сам Столыпин объяснял вынужденность суровых карательных мер так
«...Повторяю, обязанность правительства, святая обязанность - ограждать спокойствие и законность, свободу не только труда, но и свободу жизни, и все меры, принимаемые в этом направлении, знаменуют не реакцию, а порядок, необходимый для развития самых широких реформ».

Главным направлением политики Столыпина было «устроение» - реформирование всех сторон государственной жизни, а оно основывалось в первую очередь на прекрасном состоянии русских финансов.

Ежегодно расходы бюджета увеличивались на 72 миллиона рублей, а доходы - на 75-80 миллионов. Несмотря на то, что русско-японская война обошлась казне в огромную сумму - 2,3 миллиарда рублей, Россия нашла средства не только на покрытие ежегодных бюджетных расходов, но и на сокращение государственного долга. Если к концу 1909 года долг по государственным займам достиг наивысшей после русско-японской войны суммы - 9,054 миллиарда рублей, то к концу 1913 года он понизился на 230 миллионов рублей.

Главным же делом Столыпина было «укрепить низы», то есть помочь крестьянству - этой «соли земли русской». По мысли Столыпина, все части государства должны были прийти на помощь слабейшей части - крестьянству. Именно на это была нацелена столыпинская земельная реформа, сразу давшая ощутимые результаты и быстро изменившая положение России на мировых рынках.

В 1909 году Россия вывезла только через европейские границы свыше 314 миллионов пудов пшеницы, то есть больше, чем США и Аргентина вместе взятые (266 миллионов пудов). При этом вывоз сельскохозяйственной продукции из США в 1907-1910 годах постоянно падал, а из России в 1909-1912 годах постоянно увеличивался. Россия опережала США и по общей урожайности зерновых. В1909 году в России урожай составил 97,7 миллиона квартеров (1 квартер - 291 литр), в США - 92,1 миллиона, в Арктике - только 16,4 миллиона квартеров. В1910 году Россия собрала 96,7 миллиона квартеров, США - лишь 86,9 миллиона. Аргентина - 20,5 миллиона. В том же году Россия вывезла в Англию пшеницы больше, чем Аргентина и США вместе взятые.

Самое важное в эти годы - резкое увеличение выпуска сельскохозяйственных машин и орудий русской промышленностью. С1900 по 1909 год он удвоился.

ОЧЕНЬ ВАЖНО: СТОЛЫПИН И АРМИЯ

«Столыпинская реакция» и «столыпинская земельная реформа» - это, пожалуй, все, что еще недавно было известно о Столыпине. Но почти ничего в советское время не было известно о деятельности Столыпина по обеспечению «мировых интересов» (его слова) России, то есть по укреплению обороноспособности страны, в первую очередь по усилению флота.

Столыпин и Николай II были инициаторами восстановления русского флота, крайне ослабленного после русско-японской войны 1904-1905 годов. В июне 1908 года Столыпин заявил (на заметку всем нынешним и будущим правителям России - ВБ):

«Великие мировые державы имеют и мировые интересы. Великие мировые державы должны участвовать и в международных комбинациях, они не могут отказываться от права голоса в разрешении мировых событий. Флот - это тот рычаг, который дает возможность осуществить это право, это необходимая принадлежность всякой великой державы, обладающей морем».

В 1909 году Столыпин добился начала строительства на Балтике первых русских кораблей-дредноутов. В 1911 году ему удалось провести через Думу законы об усилении Балтийского и Черноморского флотов (на это выделялось 222 миллиона рублей).

Выступая в Думе, Столыпин сказал, что отказ в кредитах флоту будет равносилен «изъятию одного из краеугольных, одного из важнейших камней. Отказ - это будет остановка... При теперешнем мировом состязании народов такая остановка гибельна».

Поскольку Столыпина в советской исторической науке принято было называть несостоявшимся кандидатом в российские Бисмарки, уместно напомнить слова бывшего германского императора Вильгельма II, сравнивавшего Столыпина с Бисмарком:

«Бисмарк был бесспорно величайшим государственным деятелем и преданным престолу и своей Родине, но вне всякого сомнения, что Столыпин был во всех отношениях значительно дальновиднее и выше Бисмарка».

Высказывание английского посла в России А, Никольсона:

«Столыпин был великий человек. Он был, по моему мнению, наиболее замечательной фигурой во всей Европе. Он имел дело с ситуацией, которая угрожала существованию Российской империи. Он считал, что революционеры превратят страну в руины... Я имел с ним близкие отношения и знал его хорошо».