Там, далеко, завеянный снегами,

Кровавым сном спит бедный, милый край,

Распятый на кресте исконными врагами,

Раздетый донага руками красных стай.

Там рабский гнет, рыдания и стоны,

Развратных уст кощунства и хула,

Бессильные мольбы, бесцельные поклоны

И море русских слез, и море бед и зла.

Там горе без конца и мука без предела,

Утрата ясных дум, потеря юных сил,

Невиданный позор поруганного тела

И цепи новые бесчисленных могил.

А здесь, вдали от родственной Голгофы,

Забыв в пылу недавний свой раздор,

Собрались "вице", "оберы" и "хофы",

Чтоб снова создавать мятежный заговор.

И снова их сердца исполнены интриги,

И снова на устах предательство и ложь.

И вписывает жизнь в главу последней книги

Измену гнусную зазнавшихся вельмож.

Там стон и вопль, рыдания и слезы;

А здесь, в кругу сановных богачей,

Постыдный торг, попреки и угрозы,

И злая оргия разнузданных речей.

Здесь подлый шип преступного поклепа,

Злорадство сплетен, сердца пустота,

Сужденье наглое презренного холопа,

Змеиных уст слепая клевета.

Опомнись, знать! ударил час последний!

Единый Бог

Оставьте сор и мелочь дрязг передней

Под позументами затасканных ливрей.

Не вы ль всегда все блага получали,

Купаясь в роскоши бесчисленных даров,

В шитье и золоте

Украшенные блеском орденов?

Когда ж настал конец прекрасной были

И час пришел, чтоб показаться вам,

Не вы ли первые Монарху изменили

И шпагу отдали мятущимся рабам?

И вот теперь, забыв в своей гордыне

Все то, что вам случилось испытать,

Пытаетесь опять вы нагло на чужбине

Венцом Царей бессовестно играть.

Опомнись, знать! вернувшись из изгнанья,

Ответ ты дашь, как изверг, как злодей,

За лишний день народного страданья,

За каждый стон умученных людей.

За то, что в день, когда к тебе с Престола

Донесся клич Блюстителя Его,

Ты не пошла за ним в безумьи произвола

И руку подняла преступно на Него.

За то, что нагло взяв себе опеку трона,

Чтоб волю навязать корыстную свою,

Ты колебала мощь Российского Закона,

Вселяя злой раздор в Державную Семью.

За то, что обратясь в бунтующую свиту,

За чуждым рубежом предательство творя,

Не встала, как один, ты грозно на защиту

Многострадального, далекого Царя!